class="p1">На уровне пятнадцатого этажа прятался один офицер. Он решил воспользоваться темнотой и напасть на меня сзади с ножом. Ему удалось сбить меня с ног и выбить пулемет у меня из рук, но я заставил его заколоть себя ножом при помощи импульса. Он воткнул нож себе в сердце и упал замертво рядом со мной. Я быстро встал на ноги и подобрал оружие.
Когда мы вошли на предпоследний этаж, по нам открыли огонь. Люди прятались за перевернутыми столами в длинном коридоре. Обходные пути были завалены мусором и обломками, поэтому у нас не было другого выбора, кроме как отбиваться от них по фронту. Кто-то из них швырнул гранату в нашу сторону. Боец ближнего боя подобрал ее и кинул обратно. Я прикрыл его огнем, нейтрализовав двоих людей в конце зала. Когда граната взорвалась, стрельба с другого конца коридора прекратилась. Внезапно двери соседних помещений, которые были завалены, резко распахнулись и оттуда на нас обрушился плотный огонь. Работало несколько крупнокалиберных турелей. Мы с трудом успели спрятаться в простенке у окна:
– Вот это да. Они, похоже, так просто не сдадутся. – Сказал мне специалист, перезарядив свое ружье.
– Да уж. – Я сменил отработанный охлаждающий картридж на своем пулемете. – Я примерно так себе это и представлял. Они прижали нас. Что будем делать?
– Не знаю. Давайте подумаем… – он повернул голову влево. – Похоже, нас теперь трое. Берсерк не добежал до укрытия.
Я посмотрел, куда он показывал. Да, действительно, берсерк получил 15 пуль в живот, когда бежал за нами. Теперь его разорванное тело лежало на полу в луже кислотной крови:
– Вот и первые потери. – Я связался со снайперским постом. – Видите нас?
– Так точно. – Ответил стрелок. – Мы меняем позицию. Дайте нам минуту.
– Принято.
Через минуту воздух начали сотрясать громкие винтовочные выстрелы. С каждым выстрелом плотность обстрела людьми нашей позиции становилась все меньше. Через примерно двадцать секунд стрельба полностью стихла. Стрелок доложил:
– Все цели сняты. Мы остаемся здесь, возможно в здании есть кто-то еще. Советую соблюдать осторожность.
– Принято. – Мы осторожно вышли из укрытия и обследовали все помещения на этаже. Он был чист. После этого мы отправились на крышу.
Наверху действительно был развернут индорианский зенитный комплекс. Теперь, когда обслуживавший его расчет был уничтожен, а здание полностью зачищено, можно было связываться с инженером, чтобы он реализовал свою затею с перепрограммированием комплекса и нанесением с его помощью удара по остальным точкам ПВО и ПРО. Я связался с ним:
– Можете подниматься на крышу и начинать работать. Мы зачистили здание.
– Выдвигаюсь. – Ответил он.
Через пять минут он поднялся к нам на крышу. Подойдя к комплексу, он снял свой рюкзак, в котором располагался инженерный модуль, и начал взламывать управление. Через минуту пусковые установки комплекса были развернуты и наведены на первую точку. Я подключил свой КПК к инженерному модулю, чтобы контролировать поражение целей:
– Готовы работать по цели? – Спросил у него я.
– Подтверждаю. – Ответил он.
– Открыть огонь.
– Принято. – Он нажал кнопку на экране своего модуля, после чего комплекс произвел четыре ракетных пуска. Ракеты быстро дошли до цели. Вторая точка ПВО располагалась на крыше здания городской администрации на подступе к историческому району. Там тоже находился индорианский зенитный комплекс, сосредоточенный на стрельбе по приземляющимся капсулам со штурмовыми отрядами. Четыре ракеты, выпущенные инженером из захваченного нами комплекса, попали в цель, спровоцировав обрушение крыши и обескураживание людей, защищавших здание:
– Командир, – сказал инженер. – Мне сравнять это здание с землей или переключиться на следующую цель?
– Сколько у нас еще выстрелов? – Спросил у него я.
– Двадцать. – Ответил он.
– Что ж, тогда оставим немного славы нашим друзьям. Работайте по следующей цели.
– Принято. – Ответил он, после чего в несколько кликов на своем терминале развернул комплекс на 90 градусов и поменял угол возвышения пусковых установок на примерно 25 градусов. Следующий ЗРК находился на крыше крупного торгового центра в деловом районе города. Это был стандартный стационарный комплекс, который мог работать только по визуально обнаруживаемым целям. Таковыми при прочих равных условиях могли быть десантные капсулы с поврежденным модулем активной защиты. Расчет, управлявший комплексом, а также охранная группировка преимущественно состояла из офицеров и рядовых солдат из разных частей регулярной армии людей. Нижние этажи здания, где находился ЗРК, охранялись ополченцами и органами правопорядка.
– Готов работать. – Сказал инженер.
– Огонь. – Скомандовал я.
Инженер произвел 2 ракетных пуска. Обе ракеты попали в цель, накрыв ЗРК и обрушив крышу здания в месте попадания:
– Переходите к следующей цели. – Приказал я.
– Принято. – Ответил он. Внезапно я услышал голос командующего охранным гарнизоном. Вероятно, командование сделало его координатором всех сухопутных операций в этом районе:
– Командир Тойя, Вы отлично справляетесь. Вынужден прервать Вашу демонстрацию тактической хитрости. Прямо в Вашу сторону движется танковая колонна и отряд пехоты людей. Как Вы понимаете, я не могу запросить поддержку у «Звезды». В этом районе помимо Вас действует еще три отряда. Вам придется решать вопрос с танками и пехотой самостоятельно. Я загрузил их текущее местоположение в Ваш КПК.
– Принято. – Я обратился к инженеру. – Изменить координаты цели. – Я передал данные о местоположении колонны в его КПК. – Нужно накрыть их.
Он изменил наводку, но вместо доклада о готовности работать по цели он сказал:
– Командир, линия огня загромождена. Индорианские ракеты могут выбирать траекторию полета самостоятельно, но в этом районе слишком плотная застройка. Боюсь, пуск ракет будет неэффективен.
– Предложения? – Спросил я у всех специалистов, в том числе и у стрелков на снайперском посту.
– Думаю, кое-что можно сделать. – Ответил один из стрелков.
– Слушаю Вас.
– У нас есть противотанковые заряды. Можем подпустить танки на дистанцию огня и обстрелять их.
– Это слишком рискованно. – Возразил я. – Первый же выстрел обнаружит Вас. Ответный огонь будет вопросом времени.
– Я бы мог взломать управление танками. – Начал инженер. – Получив доступ, я бы мог заставить их обстрелять друг друга.
– Что Вам мешает? – Спросил у него я.
– Эти танки используют устаревшие технологии. Использование компьютерных систем у них сведено к минимуму. Боюсь, тут нужна телепатия. К сожалению, у меня только инженерная специализация.
Наши средства противотанковой борьбы ограничивались гранатами и противотанковыми зарядами в моем пулемете, а также в винтовке снайпера. Также у нас была машина поддержки с пусковыми установками, что все это время парила над нами с включенной активной маскировкой, и захваченный индорианский ЗРК, управляемый нашим инженером. Использование любого из этих средств моментально выдало бы нас. Мы бы подбили 2, максимум 3 танка, после чего остальные машины отработали бы по нашей позиции, сделав неминуемой
