-- Разбивайте лагерь у рощи. Соберите все оружие и сносите его на телеги в обоз. Мертвых кладите в овраг, что за рощей. Пусть каждый, кто хочет, попрощается с погибшими братами, - приказал кошевой атаман.
Головань искал Кульбаса на поле. Он видел, как полковника окружили татары во время битвы. Но так, как его самого теснили басурмане, он потерял Кульбаса из виду. Теперь, когда все закончилось, Игнат вернулся на то место, где ему на помощь пришел полковник. Богатырь лежал на боку. Из его могучей груди торчали копья. Вокруг, валялось около двух десятков убитых татар. Вся земля была залита кровью. Головань стал на колени перед ним. Вынул копья из тела богатыря. Кульбас вздохнул и открыл глаза. Из ран на груди потекла кровь. Хорунжий оторвал от своей сорочки кусок ткани и начал перевязывать полковника.
-- Не надо. Я чувствую, как жизнь уходит из меня. Слава Богу, перед смертью хорошего человека повидал. А то кругом одни поганые лежат. Передай моей жене - пусть простит меня и зла на меня не держит. Я очень ее любил, - проговорил Кульбас и замер.
Его открытые глаза смотрели в небо. Игнат поднял голову и увидел, парящего над ними сокола. Головань закрыл полковнику глаза.
-- Батьку атаман! Пленные басурмане просят разрешение собрать своих убитых и похоронить, - обратился к кошевому вестовой.
-- Пусть хоронят, только подальше от наших. И скажи полковнику Череде, чтобы выставил охрану вокруг лагеря.
-- Тут к Вам сотник Яворной с казаками из полка погибшего Кульбаса. Просят Вашу Милость выйти к ним.
Шульга вышел из шатра. Его ожидали три десятка казаков.
-- Нас полк выбрал послами к тебе, Батько кошевой. Мы с просьбой, к твоей Милости, - говорил Яворной.- Наш полковник погиб в бою. Остались мы сиротами. Товаривство просит Вашу Милость назначить нашим атаманом Игната Голованя.
-- Хорунжий Головань- достойный лыцарь, - сдерживая радость, отвечал Шульга, - я сообщу Вам свое решение. Идите.
Войдя в шатер, кошевой приказал вестовому:
-- Быстро Голованя ко мне.
Подходя к головному шатру, Игант увидел сотника Яворного и казаков из полка Кульбаса. Он поздоровался с ними. При этом заметил, что воины, как-то странно посмотрели не него. "Может это из-за одежды? - подумал хорунжий. - Я ведь, еще не успел сменить ее после битвы.
-- Хорунжий Головань явился по Вашему приказу, Батько атаман, - доложил Игнат.
-- А ну, похвастайся ханским медальоном, - сказал кошевой и, подойдя ближе к Голованю, рассматривая амулет, продолжил, - Посланцы из полка покойного Кульбаса, просят назначить тебя их полковником. Ты как, не возражаешь?
Игнат молчал, явно не ожидая такого события.
-- Да разве я достоин такой чести? Кульбас был такой знатный воин. А что я? - скороговоркой выпалил Головань.
-- Ну, ты мне туман не напускай. Я тебя не про то спрашиваю. Согласен или нет?
-- Согласен, Батьку.
Кошевой вместе с хорунжим вышли к казакам. Шульга поднял булаву и сказал:
-- По моей воле и по вашей просьбе - это Ваш новый полковник Головань. Повинуйтесь ему и, как Богу нашему, покоряйтесь.
Сотник Яворной подошел к Игнату и протянул ему полковничий пернач Кульбаса. Головань поцеловал булаву и засунул ее за пояс
К ночи поле битвы полностью очистили. Собрали оружие. Убитых положили в яру за рощей. Казаков в этом сражении погибло около тысячи. Татар никто не считал. Басурман, захваченных в сражении, под охраной трех сотен казаков во главе с полковником Чередой, отправили к Перекопу, чтобы обменять там, на пленных казаков и украинских селян, находящихся в Крыму. Ночью в запорожском стане было тихо. Казаки отдыхали после битвы. Вспоминали погибших товарищей. Как только начало светать, вся армия собралась возле рощи, где лежали павшие в сражении казаки. Все стояли молча, с непокрытыми головами.
Иван Шульга шел вдоль убитых и внимательно вглядывался в их лица. Многих он знал не один год. Ни в одном бою сражались. Кошевой остановился возле Кульбаса. Полковник лежал рядом со своими погибшими товарищами. Это сотник Яворной попросил похоронить Кульбаса вместе с его казаками.
-- Полковник наказывал, что, если убьют, положить его в одну могилу с однополчанами, - говорил накануне вечером кошевому сотник Яворной.
Шульга наклонился и поцеловал Кульбаса. Вложил ему в руку свою булаву. Поднялся и смахнул ладонью слезы:
-- Прощайте, браты. Вы славно бились в сражении и погибли с честью. Дай Бог и мне, если придется умирать, то лучше в битве, чем в постели от болезни или старости! - проговорил кошевой атаман Запорожской Сичи Иван Шульга.
Казаки подняли ружья и по команде выстрелили. От залпа взлетели, сидящие на ветках в роще птицы. Летая над яром и хлопая крыльями, они, как будто, прощались с погибшими героями.
-- Засыпайте хлопцев землей. Тщательно разровняйте и накройте травой. Сделайте так, чтобы басурмане не смогли найти место захоронения. А то, мало ли что, - отдал приказ кошевой.
Запорожское войско вытянулось в цепь и двинулось на север. Все дальше и дальше отдаляясь от места сражения.
Степь снова зажила прежним порядком. Как будто ничего и не произошло здесь. Звери возвращались в свои норы, птицы - к своим гнездам. Вытоптанная трава выпрямлялась, поднимаясь с земли, и тихо шумела, как и тысячи лет назад. Заглушая шорох ковыля над степью, зазвучала казацкая песня:
Нехай Рідна Укра§на цвіте, розквітає,А лихо трикляте нас з краю минає.Заживемо, хлопці, вільно і щасливо.Якщо треба кращу долю -здобудем сміливо.Брати наші в полі голови сложили,Щоб діти й онуки жили й не тужили.Нехай кляті супостати залишать бажання,Про сво§ чортівські до нас зазіхання.Як сонце червоне над ланами встане,Так і воля на Вкра§ні назавжди настане!
