легко, как и того тормоза на светофоре подтолкнуть под грузовик. Или под поезд. Или столкнуть в реку, заблокировав при этом всю электронику. Никто же не узнает!
И придется с этим как-то жить. С тем, что не случайно, с подачи Тони, устроил сердечный приступ толстяку в самолете. Не в ярости от устроенного на офис Ники налета, когда слишком сильно наподдал одному из охранников. А спланированно.
Заранее подготовленный план убийства человека, которого я видел всего лишь раз в жизни. Может, он не так и плох. И даже не слишком бесил меня — особенно если сравнить его с Аллой, которая через несколько минут сбежала из автомобиля, обвинив меня в ненормальности. Тут сложно поспорить — в некоторой степени я и правда был ненормальным. Но это не повод оскорблять человека.
Поэтому с криминалом стоит повременить. Нужно основательно разобраться в ситуации, выяснить, кто такой Артем и чем именно он занимается. Алла и без того недоговаривала всей правды. Есть вероятность, что и в этот раз она была не совсем искренна со мной.
Сзади посигналили, потом небольшое, ядовито-зеленое купе обогнало меня и стало подтормаживать спереди. Я уже собрался применить к помехе уже испробованный ранее приемчик, но заметил небольшую потертость на бампере и передумал — вероятно, это тот самый контролер.
Так что я притормозил и взял вправо, остановившись на обочине. Хочет перетереть — пожалуйста, я уже ко всему готов. И даже собрался нацепить на лицо привычную ухмылку, пока не рассмотрел знакомый платиновый блонд и дерзкую короткую юбку. Еще пара сантиметров и мускулистые ягодицы будут заметны невооруженным глазом.
— Я думала, ты уже доехал до места! — воскликнула Вика, хмурясь. Она только что сняла солнцезащитные очки и теперь недовольно посматривала на меня поверх опущенного стекла.
— Колесо спустило, пришлось менять, — я продемонстрировал ей оставшиеся следы на руках, которые не удалось отмыть.
— Значит, не мне одной не повезло, — добавила она, а я уже хотел машинально ляпнуть «да я знаю!», но вместо этого сочувствующе вздохнул, и Вика продолжила: — какой-то старый пердун не захотел впускать в свой ряд.
— Жалко машину, — я вздохнул еще раз. От такой даже я бы не отказался: компактная, быстрая — все формы в ней подчеркивали возможность набрать куда больше двухсот пятидесяти в час, чем обычно славились почти все немцы.
— Хуй с ней, с машиной. Могу продать и купить другую. Или вообще на слом пустить.
— Отдай мне, если не жалко, — нагловато улыбнулся я.
— Попрошаек не люблю, — она неосторожно положила ладонь на разогретый солнцем металл и тут же с шипением ее отдернула: — вот же бля… м-м-м… — и положила в рот палец, пострадавший сильнее всего: — и чего смотришь?? Я же тебя не интересую, а стоит вам только палец показать… мужчины…- она недовольно отвернулась и показала средний палец водителю, что катил мимо и тоже во все глаза смотрел на блондинку.
— Да, как-то ты не очень жалуешь противоположный пол, — хмыкнул я и даже высунулся наружу. — Только я чем-то тебя и притягиваю.
Ее взгляд выражал настолько явное непонимание, что мне даже стало ее жалко. Я не собирался издеваться над ней, но Тони в последнем нашем разговоре ничего не сообщил о том, что она напрямую причастна к происходящему. Есть шанс, что она просто выполняет просьбу Франсуа и потому я решил взять ситуацию под контроль.
— Раз уж ты за мной следишь, тебе не проще будет ехать со мной в одной машине? И твоя красотка будет целее, — добавил я, когда лицо Вики приобрело осмысленное выражение.
— Нет ничего лучше совместной поездки? — сказала она, смягчившись и став из-за этого даже по-своему милой. Словно хулиганка-школьница отпрашивается у родителей на ночную дискотеку.
— Именно. Залезай. Ты же придумаешь, как добраться до машины на обратном пути?
— На обратном пути? — переспросила Вика, уже забравшись в фургон. — Ты оставляешь груз, а потом на этой же машине едешь обратно.
— Должно быть, я что-то не понял у нашего начальства, пробормотал я.
Но раз мои планы все равно похерились, мне уже было все равно, как и на чем я буду добираться обратно. Поэтому смирился с этим и двинул дальше.
— Ты хотел поговорить со мной. О чем?
— О грузе, например, — первым делом спросил я. — Мне опять же ничего не сказали, но жутко любопытно, что я везу.
— Раз Франсуа об этом умолчал, значит, тебе необязательно знать, что ты везешь, — ответили мне.
— А ты едешь со мной, сопровождаешь. Ты знаешь, что я везу?
— Нет. Мне это неинтересно. Рома, — обратился она ко мне почти без паузы. — Задание идиотское, я знаю. Совсем не то, чем бы ты хотел заниматься. Но Фрэнки просил.
— Ты с ним работаешь и очень плотно, — надавил я, — и могла бы знать.
— Блядь, Рома! — девушка в сердцах пнула крышку бардачка. — Что ж ты за человек такой. Я же к тебе нормально отношусь!
— Ага, ломать кости теперь равняется нормальному отношению. Нет, я слышал, конечно, что за бытовое насилие теперь уголовки нет, но не до такой же степени!
— Издеваешься, да?
— Ты сама мне сказала, что делала это ради проявления моих способностей. Что вы все ко мне с этим пристали? Нет их у меня! А ты со своим Фрэнки…
— Да ты сам к нему прицепился! — почти вскрикнула Вика. — С чего ты решил, что мы с ним вместе??
— Потому что за провинность он разделил меня и Тони — а мы с ним, как ты знаешь, вообще неплохо сработались, — и отдал меня тебе. После чего начались все мои мучения.
— Мучения, сученыш?? — ее ногти впились через ткань брюк в мое бедро. — Я тебе покажу мучения!
— Вот поэтому, — просипел я, отчаянно пытаясь удержать машину в
