Седая, шестисотлетняя гостиница «Мельница и лебедь» сильно изменилась с тех пор, как они когда-то останавливались здесь с Мэтом. В ней появились конференц-зал и учебный центр для бизнесменов. Но под старыми ивами, за мостом, все оставалось, как встарь. Рокот автомашин заглушался шумом крутящей колесо воды, и Саманта чувствовала себя на необитаемом острове.
Но она не собиралась оставаться здесь вечно. Быть может, махнуть рукой на Сити и устроиться в колледж преподавать экономику? Возможно, когда к осени объявят конкурс, она так и сделает. Одно было ясно — ей потребуется много времени, чтобы прийти в себя и избыть это изнурительное чувство к Мэту. За последние дни ее тоска и мучительная тяга к нему не уменьшились. По ночам Саманту одолевало ощущение его магнетического присутствия, его образ своевольно проникал в ее беспокойные сны.
Оставалось только уповать на великого целителя — время. И его потребуется немало… А пока… пока ей надо подумать насчет учительства… Ох, как слипаются глаза…
Саманта не знала, сколько проспала вот так, под теплым солнышком. Какое-то насекомое или былинка — пощекотало щеку, и она отогнала его сонной рукой. Но это не помогло, и пришлось очнуться, с трудом разлепляя веки.
Однако в следующую секунду она уже вновь испуганно зажмурилась, а тело напряженно застыло. Ей почудилось, что она видит рядом с собой Мэта!
Господи! Неужели и средь бела дня галлюцинации! Напряжение прошедшей недели… В своем ли она уме?
И вновь что-то назойливо движется по щеке. Очень медленно и осторожно она заставила себя открыть глаза. Повернуть голову…
Боже правый! Мэт лежал возле нее на траве, опершись головой на локоть, и улыбался прямо в ее ошеломленные, широко открытые голубые глаза.
Глава 10
Должно быть, это действительно был шок. А иначе с чего бы взрослой, вполне нормальной и благовоспитанной женщине, почти тридцати лет от роду, при виде своего возлюбленного разражаться бурей слез?
— О, Мэт… — всхлипывала Саманта, покуда он осушал ее слезы своим платком. — Что со мной? Я веду себя как полная дура… Я вовсе не из тех, кто… Это просто…
— Все в порядке, родная, — шептал он, нежно обнимая и поглаживая по спине уткнувшуюся ему в плечо девушку. — Я знаю: «сильные парни не плачут». Но мне не стыдно признаться, что я и сам уронил несколько слез при мысли, что потерял тебя навеки.
— Понимаешь… Я должна была уйти. Я просто не могла совладать со всем этим… — Она прерывисто вздохнула.
— И ты решила, что я тебя не люблю? Как могла ты оказаться такой глупой? Ты же не могла не знать, что всегда сводила меня с ума. С той самой минуты, как я заметил на одной из своих лекций прелестную золотоволосую девушку. Ее волосы белого золота так чарующе переливались в лучах солнца, льющегося из высоких окон. Я просто ошалел с той минуты!
— Да, но… слово «любовь» все понимают по-разному, разве нет? — сказала Саманта, медленно поднимая голову и глядя Мэту прямо в глаза. — В то время ты говорил, что любишь меня, но посмотри, что из этого вышло. Да-да, я понимаю, поспешила она предупредить его возражения, — почему так получилось. Но если ты смог поступить столь безжалостно один раз, почему бы не повторить это снова? А мне претило кидаться очертя голову в это наспех состряпанное замужество с отцом своего ребенка, коль скоро он может повторить тот фокус девятилетней давности. — Она горестно пожала плечами. — К тому же в Нью-Йорке ты дал понять, что хочешь только легкого приключения. Чистый секс, никакой эмоциональной чепухи, никаких обязательств. А то, что, узнав о моей беременности, ты повел себя как джентльмен, ничего, в сущности, не меняло. Без обоюдной любви наш брак долго не протянул бы.
— О, моя дорогая глупышка! — Он вздохнул. — Иногда я не верю, что мужчины и женщины — существа с одной и той же планеты. Когда мужчина говорит, что без ума от тебя, то, поверь, это означает, что он тебя любит! Хорошо, хорошо… поспешно прибавил он, чувствуя, как она беспокойно шевельнулась в его объятиях. — Я согласен, что под словом «любовь» каждый понимает свое. Но решение расстаться с тобой тогда, девять лет назад, оказалось самым тяжелым в моей жизни. Эта боль не утихала несколько лет. И, вероятно, именно поэтому я никогда не мог решиться узаконить свои отношения с другими женщинами.
— Да, но в Нью-Йорке ты говорил, что хочешь просто…
— Послушай, Сэм! В тот момент нежданно-негаданно судьба вновь свела меня с женщиной моей мечты, понимаешь? Я вдруг понял, что влюблен в тебя так же сильно, как прежде. Да я бы сказал что угодно — лишь бы не дать тебе исчезнуть. — Он улыбнулся ей сокрушенной, чуть растерянной улыбкой. — Когда же стало ясно, что нам с тобой очень хорошо и все идет лучше прежнего, мне пришлось придумывать, как уговорить тебя продолжать отношения. Чтобы не спугнуть тебя. Чтобы ты, с одной стороны, осталась свободной, как птица, а с другой — мы могли бы встречаться как можно чаще. А тем временем я надеялся убедить тебя дать мне еще один шанс.
— Ах, Мэт, если бы ты сразу сказал мне правду, тяжело вздохнула она.
— Ну, я же не мог… в том смысле… — Он резко пригладил рукой темную шевелюру. — Ведь у тебя вполне мог оказаться постоянный партнер, здесь, в Лондоне. Вспомни сама — мне пришлось потратить немало красноречия, чтобы уговорить тебя взять меня в гости к сестре.
— А дальше? — с жаром спросила она.
— А дальше… — Он тяжело вздохнул. — Дальше, в разгар моей эйфории осуществились твои давние мечты, а значит, подтвердились мои худшие опасения. Стало ясно, что я должен общаться с тобой как можно меньше, держа дистанцию по профессиональным соображениям. Ты же немедленно расценила это как охлаждение с моей стороны. Я усиленно пытался обсудить с тобой ситуацию. Но было уже поздно. Ты вся была во власти своих диких подозрений, я с головой ушел в преодоление финансовых затруднений компании. И наш восхитительный роман обернулся чудовищной путаницей и тяжелыми недоразумениями.
— Когда я узнала, что жду ребенка, то поняла, что мне придется расстаться со своей должностью, — снова мучительно вздохнула Саманта. Может, поэтому так уцепилась за мысль, что ты меня одурачил. Ведь если бы наши отношения прекратились, я бы осталась работать в «Минерве». А потом ты неожиданно узнал о ребенке… она снова вздохнула, — и у меня не было иного выхода, как уволиться.
— Поверь, я действительно сожалею о твоей потере. Я же знаю, как много значит для тебя работа. Но я многое обдумал за последнюю неделю. Теперь, когда угроза перекупки для нашей компании миновала…
— Как ты сказал? — воскликнула Саманта. Здесь, в глуши, она была не в курсе последних новостей.
