— Нам по рангу положены молодые жёны, — противно захихикал свёкор. Он посмотрел на Генриха, но тот его не поддержал, а всем своим видом показал, что разговор ему неприятен. Но до свёкра это, вероятно, не дошло, и он продолжил:
— Мы же не зря всю жизнь вкалывали… Теперь имеем возможность выбрать себе любую молодую и красивую девушку. С молодой во всех отношениях проще. Ведь женщина как автомобиль. Одна — с большим пробегом, а другая — с совсем маленьким. Понятное дело, когда выбираем машину, то нас не интересует большой пробег, даже если она и стоит гораздо дешевле. Просто такой автомобиль не представляет ценности. Покататься на «дровах» мы всегда успеем.
— Роберт! — одёрнул мой супруг подвыпившего банкира.
— Благодаря молоденьким девушкам и мы сами омолаживаемся, — не унимался тот. — Ведь это жизнь с чистого листа. Нам сразу начинает казаться, что мы стали моложе на много лет и, несмотря на возраст, у нас вся жизнь впереди!!! Чем свежее женщина, тем более упругое у неё тело, — свёкор устал изображать благородного человека и вместо вина стал хлестать водку, постоянно гоняя официанта за новыми порциями.
И почему мужчин в возрасте тянет на молодых? Вот уж и вправду говорят: седина в бороду — бес в ребро. У них открывается второе сексуальное дыхание? Или осознают, что жизнь проходит, мечты юности остались нереализованными и теперь уже поздно что‑то менять? Прожив почти две трети жизни, мужчины заново впадают в подростковый бунт, им претит обыденность. Им хочется сбежать из дома и позволить себе то, в чём раньше всегда отказывали. Их щекочет «бес в ребро», и они хотят вывести кризис среднего возраста на новый уровень. Их тянет на более молодых, свежих, сочных и красивых. Видимо, беспокоятся об утрате молодости намного больше, чем женщины‑сверстницы. Дамы более достойно и с пониманием принимают вызов судьбы под названием старость. А вот мужчины пытаются воспроизвести то, что у них есть, только в более молодой оболочке. Они не хотят мириться с тем, что имеют. И со стороны это выглядит печально и мелочно… И всё же состоятельным мужчинам есть чем привлечь молоденьких девушек. Они привлекают их деньгами.
— И попки более упругие, и титьки повыше. А у наших ровесниц всё уже давно завяло и отвисло. Зачем нам их старые обвисшие задницы, вечные укоры и постоянные претензии?! Это мы можем стареть и выглядеть как угодно, и наши пивные животики никто не замечает, потому что фактором сексуальности мужчин являются деньги и социальный статус. У женщин всё по‑другому.
— Роберт, прекрати немедленно!
— Это ничего, что у нас виски «снегом» припорошило, мы ещё можем попрактиковаться в камасутре. Ещё в силах «засадить» и «навинтить» до самого горла. Мужская искушённость с возрастом только усиливается.
— Роберт, я не хочу, чтобы ты говорил подобные вещи в присутствии моей жены, — повысил голос возмущённый раскрасневшийся Генрих. — Это недопустимо!!!
— Ну хорошо, буду выражаться галантно. Просто молодое тело не может не тешить мужское самолюбие. Если со мной молоденькая девушка, значит, я ещё многое могу, — не сворачивал с темы свёкор, не обращая внимания на реакцию моего мужа. — Молодые, они такие загадочные и такие переменчивые…
— Молодые барышни не столь искушенны в отношениях, их можно лепить под себя, — высказала я свою точку зрения. — Это лакомый кусочек для мужчины, который хочет быть на высоте на фоне длинноногой красавицы. Таким образом, он просто самоутверждается за её счёт. Я считаю, важен не возраст, а общность интересов, то, что соединяет людей. Секс, идущий от упругого тела, недолговечен. Двух близких людей должно связывать что‑то ещё.
— Возможно, — хитренько усмехнулся свёкор. — Но когда отношения только начинаются, связывает только секс. А вообще нам, при нашем положении, нужно иметь несколько семей и любовниц. Мы их всех и удовлетворить, и прокормить сможем. Я за то, чтобы у каждого мужика был свой гарем. У меня друзья и первые семьи содержат, и вторые, — похвастался свёкор и хлебнул водку прямо из горла графина.
— Вторые… это какие? — не могла я не поинтересоваться.
— Ну, свои официальные и вторые — гражданские.
— Это любовницы, что ли?
— Мы называем это вторыми гражданскими семьями. Есть основной состав, а есть запасной, как в футболе. Запасных выпускают, когда у основных проблемы. Например, голова болит или критические дни.
— Роберт, ты пьян!
— Что первые, что вторые жёны ходят в дорогие фитнес‑клубы, престижные косметические салоны, имеют кредитные карты и любят отдыхать в роскошных заграничных отелях. — Свёкор попрежнему не реагировал на замечания Генриха. — Они живут в Жуковке, ездят на дорогих машинах, имеют запасные элитные квартиры (на случай, если захотят переночевать в городе) и шикарные вещи. Любят встречаться в каком‑нибудь модном ресторане или кафе, хвастаться друг перед другом и рассказывать, кому подарили кабриолет, кому навороченный джип, кому белоснежную норковую шубу до пят или, на худой конец, дорогущий мобильник. Одним словом, они соревнуются, кто больше выкачает денег из таких щедрых перцев, как я. Я решил теперь жить так, как нормальные богатые мужики. У меня уже есть постоянные любовницы, которых я с удовольствием демонстрирую на вечеринках, фуршетах, банкетах и презентациях. Они иногда скрашивают мои одинокие будни. Любой каприз за мои деньги. Так что одной восемнадцатилетней женой дело не обойдётся. Пойду вразнос. Когда жене будет девятнадцать, у меня будут восемнадцатилетние любовницы.
— Роберт, давай сменим тему, — попросил вконец раздражённый Генрих. — Ещё года не прошло, как ты жену похоронил.
— Генрих, это жизнь. Что ж мне теперь до гробовой доски на могиле свою прошлую семейную жизнь оплакивать?! Я мужчина в расцвете лет. Ребята, вы на меня не серчайте, если я с вами немного пооткровенничал и расслабился.
— Роберт, а у вас дети есть? — с придыханием задала я вопрос.
— У меня сын‑красавец.
— Тогда, наверное, у вас есть и внуки? — У меня учащённо забилось сердце.
— Внуков нет. Сын холостой. Мне моя будущая жена быстрее ребёнка родит, чем сын кому‑нибудь брюхо икрой набьёт.
— Роберт! Прекрати! — Генрих с трудом удержался, чтобы не ударить кулаком по столу. Затем посмотрел на часы и спешно сказал: — Нам с женой пора.
— Да вы куда?! Мы ещё не всё выпили. Тут хавчика немерено. Я же один столько жрачки не съем. Такую поляну накрыли, а вы уходить собрались. Генрих, Наташа, если вам что‑то не понравилось, извините. Просто мне водка в голову торкнула. — Совсем опьяневший Роберт постарался взять себя в руки. — Через неделю опять приезжаю в Швейцарию и отдаюсь в руки вашего мужа. Так что, ребята, как бы вы ни хотели, от меня не отделаетесь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
