Однако, как мы вскоре сможем убедиться, Моро имел свои планы по реструктуризации армии, которые полностью отвечали целям предстоящей кампании.
К 25 апреля 1800 г. численность армии Моро была доведена почти до 140 000 человек. Правым крылом командовал генерал Лекурб. В его корпус, фактической численностью 31 797 человек, входили дивизии Вандамма, Монришара, Лоржа, Нансути и артиллерийский парк. Центром командовал дивизионный генерал Гувьон Сен-Сир. Его корпус, численностью 26 356 строевых, имел в своем составе дивизии Бараге д'Илье, Тарро, Нея, Саюка и артиллерийский парк. В левое крыло, численностью 20 624 человека, под командованием Сен-Сюзана входили дивизии Коло, Суама, Леграна, Делаборда и артиллерийский парк. И, наконец, под собственным командованием Моро имелись дивизии Дельма, Леклерка, Ришпанса и одна кавалерийская дивизия. В сумме 29 400 человек. Кроме того, с учетом контингента крепостей и укрепленных пунктов, а также так называемого Гельветического обсервационного корпуса, численность армии Моро составляла 137 619 человек, включая 137 батальонов пехоты и 143 кавалерийских эскадрона.
Начальные операции должны были задержать растянутые силы барона фон Края ложной демонстрацией наступления на Шварцвальд силами одного корпуса. Одновременно остальная часть армии должна была обрушиться на австрийский тыл через Шаффхаузен и захватить его склады в Штокахе, Энгене, Месскирхе и Биберахе. При успехе этих начальных операций Моро должен был выделить корпус под командованием генерала Лекурба, для того чтобы удержать Швейцарию, соединить германский и итальянский фронты и в любых последующих операциях действовать совместно с Резервной армией. Тем временем Массена должен был удерживать внимание Меласа в области Генуи. По своему замыслу это, безусловно, был наполеоновский план. «Наведение четырех мостов одновременно в такой высокой точке на Рейне, как Шаффхаузен, даст возможность всей французской армии переправиться за одни сутки. После прибытия в Штоках французы обойдут левый фланг неприятеля, и их армия сможет атаковать с тыла все австрийские войска, дислоцированные на правом берегу Рейна среди дефиле Шварцвальда. В течение 6—7 дней после начала кампании армия подойдет к Ульму Уцелевшие австрийцы будут отброшены назад в Богемию» (Correspondance de Napoleon I-ier (Paris: 1858), Vol XXX, p. 399). После этого французы могли бы захватить перевалы через Тирольские и Карнийские Альпы и этим перерезать линии коммуникаций Меласа; при необходимости Резервная армия затем могла бы продвинуться в Италию, завершая полную победу на обоих фронтах, и австрийскому правительству пришлось бы признать свое поражение и принять мир, продиктованный первым консулом, — другого выхода не было.
* * *
Наполеон направил генерала Массену принять командование Итальянской армией и по этому поводу издал общий приказ, который существенно укрепил моральный дух войск. Массена пользовался заслуженным авторитетом в солдатской среде; и после его прибытия в Геную даже дезертиры начали возвращаться под знамена своих полков. Одновременно Бонапарт приказывает генералу Моро, как мы уже упоминали, принять командование двумя корпусами, дислоцированными в долине Дуная и в Швейцарии, и сформировать из них так называемую Рейнскую армию. И, наконец, Резервная армия должна была сосредоточиться в районе Дижона, заняв тем самым центральное положение, при котором как Массена, так и Моро могли быть поддержаны и усилены в зависимости от сложившейся обстановки, что послужило бы основой для достижения главной цели — успеха операции в целом.
К этому времени Бонапарт совместно с Карно разработал самый смелый и самый искусный план всех военных кампаний. А так как выполнение последнего зависело и от самого Наполеона, то план оказался на редкость удачным.
Вторая Итальянская кампания началась.
Бурьен вспоминает: «Поставив Моро во главе 150 000 армии, без сомнения самой многочисленной и наиболее дисциплинированной армии республики, Бонапарт превозмог в себе чувство личной зависти. Репутация этого генерала была почти равна его собственной, а боевые успехи доказали незаурядные полководческие таланты Моро. Первый консул думал только об одном — как наилучшим образом добиться целей совместной кампании.
Моро, однако, был уязвлен тем, как Бонапарт относился к ответственности, возложенной на него. Моро получал депеши, приказывающие ему немедленно начать наступление на Ульм, рискуя оказаться один на один с многочисленной австрийской армией под командованием генерала Края и оставляя тем самым незащищенной протяженную границу с Францией. Кроме того, Моро предписывалось отрядить 15 000 корпус его лучших войск для перехода через перевал Сен-Готард в качестве подкрепления Итальянской армии Бонапарта. Одновременно Моро вменялось в обязанность ни в коем случае не допустить проникновения Края в Италию через Тироль. В этих обстоятельствах генерал, имеющий над собой такого начальника, вынужден был проявлять большую осторожность, чем та, которая соответствовала гигантским замыслам ничем не скованного Наполеона. Хотя следует признать, что Моро имел репутацию скорее осторожного, чем отважного командира».
Здесь невольно вспоминаются слова генерала Ламарка, сказанные им в отношении Моро: «Я часто видел, как он, не задумываясь, совершал благородные поступки, совершенно не придавая этому значения, как если бы это было само собой разумеющееся».
* * *
Именно в этой кампании наиболее ярко проявилась «великая тактика Наполеона» и оправдала себя разработанная им система армейских корпусов, которую по праву можно считать «секретным оружием Наполеона». Остановимся на этих элементах наполеоновской стратегии и тактики чуть подробнее.
Со стратегической точки зрения Наполеон предпочитал «la manoeuvre sur les derhers» — или широкий охват, при наличии у него превосходящих сил и, напротив, при превосходстве противника — использовал хорошо отработанный маневр, основанный на центральном положении. При этом он пытался разделить своих оппонентов на части, а затем с превосходящими силами обрушиться на каждого в отдельности и одержать, таким образом, двойную победу.
Стратегия центрального положения была далеко не нова. Так, еще в апреле 1796 г. Бонапарт построил начальную фазу своей первой кампании в качестве главнокомандующего на тех же принципах, которые намеревался применить сейчас. Метод состоял в максимальной внезапности, скорости и точно скоординированном маневре с задачей сведения к минимуму недостатков, связанных с необходимостью вести боевые действия с численно превосходящим противником. Так было всегда в его искусстве ведения войны, когда Наполеона численно превосходили, либо когда Бонапарт настаивал на смелом перехвате инициативы у противника. В 1796 г. диспозиция его войск была неудачной — с тылом, примыкающим к Средиземному морю, и с минимальным оперативным пространством на узкой равнине Лигурийского побережья. Его войска находились перед лицом двух неприятельских армий — пьемонтской и австрийской, которые, вместе взятые, численно значительно превосходили французскую и, более того, занимали все господствующие высоты горной гряды, тянувшейся вдоль побережья. Сейчас же, в 1800 г., армии первого консула не были столь неудачно расположены с географической точки зрения. Перед началом военных действий в первые месяцы 1800 г. линия французских позиций в Италии тянулась от Генуи вдоль берега через Савону к Тендскому горному проходу. Ее занимала тридцатитысячная армия Массены, и, кроме того, 10 000 человек охраняли проходы в Альпах. Перед этой линией стояла австрийская армия численностью 80 000 человек под командованием Меласа, полководца старой школы, воспитанного на уважении к мелочным формальностям и традиционным правилам, и, кроме того, связанного по рукам и ногам распоряжениями венского гофкригсрата. В укрепленных городах Тосканы, папских владений и Пьемонта разбросано было еще до 20 000 французских солдат. На Рейне стоял Моро с армией по разным оценкам в 120 000—150 000 строевых против столь же многочисленной австрийской армии, которой командовал генерал барон фон Край, являвшийся еще менее способным полководцем, чем Мелас. Имперская армия была расположена вдоль линии от рейнских водопадов до Кинцига, имея главную штаб-квартиру в Донауэшингене. Лучший из австрийских полководцев эрцгерцог Карл (впоследствии крестный отец дочери Моро) оставался не у дел. Впечатлительный эпилептик, он чувствовал себя оскорбленным постоянным и неуместным вмешательством венских штабистов в его распоряжения и временно числился в отпуске. Император Франц и его министры выработали следующий план военных действий: они рассчитывали оттеснить численно слабую армию Массены, а затем, с помощью английского флота (прибывшего к берегам Италии в марте 1800 г. под командованием адмирала Кейта), овладеть Генуей, заставив Массену перейти к глухой обороне. Затем планировалось перейти через реку Вар и, соединившись в Провансе с роялистами под командованием Пишегрю, только что бежавшего из Гвианы, заручиться таким численным перевесом, который позволил бы австрийской армии вторгнуться во Францию, пока Край будет удерживать перед собой армию Моро.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
