Читаем без скачивания Король Воронов - Нора Сакавич

– По крайней мере, это хоть какой-то шанс выжить.

– Шанс сдохнуть где-то еще и в полном одиночестве, – парировал Нил.

Кевин отвел глаза. Нил сунул руки в карманы: в одном – телефон, в другом – связка ключей. Кончиками пальцев он ощупывал зазубренные бородки, пока не нашел ключ от дома Ники в Колумбии. Этот ключ дал ему Эндрю – в августе, когда впервые пообещал свою защиту.

Нил опустил взгляд под ноги, на отпечаток лисьей лапы. Начал говорить и почувствовал, как страх постепенно уходит, сменяясь обреченным спокойствием:

– Бежать надо было в августе. Эндрю еще тогда сказал, что это мой последний шанс. Я решил, что останусь. Я не был уверен, что он действительно сможет защитить меня от отца, но так хотел остаться, что наплевал на риски. Может, в тот момент я не вполне понимал, насколько все серьезно, но своего решения не изменю и теперь. – Нил опустился на корточки и прижал ладони к оранжевому отпечатку. – Я не хочу бежать. Не хочу быть Вороном, не хочу быть Натаниэлем. Я хочу быть Нилом Джостеном. Лисом. Хочу отыграть с вами этот сезон и дойти до финала. А весной, когда за мной придут люди Морияма, я сделаю то, чего они так боятся: пойду в ФБР и сдам их всех. Пускай меня убьют – для них уже будет слишком поздно.

Кевин долго молчал.

– Твое место в национальной сборной, – наконец сказал он.

Кевин произнес эти слова едва слышно, однако Нилу они вонзились в самое сердце. Кевин с болью отпускал мечту о блестящем будущем Нила Джостена. Он взял Нила в команду, потому что разглядел в нем талант; привел к Лисам, потому что собирался сделать из него звезду экси. Несмотря на свою надменность и внешнее безразличие к стараниям Нила, Кевин Дэй искренне верил, что после университета тот займет место в сборной страны. А теперь он осознал, что всему этому не суждено осуществиться: к маю следующего года Нил будет мертв.

– Ты продолжишь меня тренировать? – нахмурился Нил.

Кевин опять ответил не сразу, хотя эта пауза вышла не такой долгой:

– Каждую ночь.

Нил сглотнул, пытаясь побороть тупую боль в груди.

– Мэтт и Дэн надеются, что мы выйдем в финал. По-твоему, у нас есть шанс?

– Есть шанс добраться до полуфинала, если Ники возьмется за ум, а Эндрю перестанет стоять столбом. Но «большую тройку» нам не пройти.

«Большой тройкой» в НССА считались сборные экси университетов Южной Калифорнии, Пенсильвании и Эдгара Аллана, причем «Вороны» неизменно возглавляли список, а колумбийцы и пенсильванцы занимали второе и третье места, постоянно обходя друг друга в рейтинге. Единственный способ пробиться в финал – выиграть у одной из этих команд в полуфинальном матче.

– Ну, наверно, и это неплохо, – сказал Нил.

Он выпрямился и обвел взглядом стадион – сперва оранжевую разметку поля, затем трибуны за прозрачным ограждением. Эндрю закончил подъемы и спуски и теперь наматывал круги по периметру внутренней зоны. Нил позавидовал выносливости Миньярда – побочному эффекту таблеток.

– Кевин, чего он хочет?

Сообразив, что Кевин не читает его мысли, Нил махнул рукой в сторону Эндрю.

– Эндрю не знает, кто я, но знает, что за мою голову назначены немалые деньги. Несмотря на это, он обещает мне защиту в течение сезона. Не ради меня, конечно. Просто он думает, что наши тренировки помогут тебе не зацикливаться на угрозах «Воронов». – Нил снова повернулся к Кевину. – Так чего он добивается, если готов так рисковать, лишь бы удержать тебя здесь?

– Я дал ему слово. – Кевин медленно перевел взгляд с Нила на Эндрю. – Теперь Эндрю хочет проверить, сдержу ли я его.

– Не понимаю.

Кевин погрузился в такое глубокое молчание, что Нил уже почти перестал надеяться на ответ. Наконец он сказал:

– Когда Эндрю под таблетками, толку от него ноль, но когда он чист – все еще хуже. Сравнив состояние Эндрю за год до окончания школы и перед самым выпуском, его кураторша клялась и божилась, что лекарства спасли ему жизнь. Без таблеток Эндрю… – Кевин умолк, вспоминая точные слова школьного куратора, потом согнул пальцы, изображая кавычки, и процитировал: – «Подавлен и склонен к саморазрушению». У него нет ни целей, ни стремлений, – продолжал он. – Я был первым, кто сказал Эндрю, что он чего-то стоит. Когда курс лечения закончится и у него не останется «костылей», я дам ему стимул, опору в жизни.

– И он на это согласен? – с сомнением спросил Нил. – Но ведь он сопротивляется и спорит с тобой на каждом шагу. Почему?

– Когда я впервые сказал, что ты будешь играть в национальной сборной, почему ты разозлился?

– Потому что я знал, что это невозможно. Но все равно этого хотел, – признался Нил.

Кевин промолчал. Чуть погодя до Нила дошло, что он сам ответил на свой вопрос. Потрясенный, он тоже умолк. Отрицание боролось в нем со смутной тревогой, но откуда взялось это неприятное ощущение, Нил не понимал. Он переступил с ноги на ногу и скрестил руки на груди, сжав их едва не до хруста.

– Так что дальше? – вполголоса спросил он. – Думаешь, следующим летом он слезет с таблеток и внезапно поймет, что жить не может без экси? Ты не похож на человека, который верит в чудеса.

– Эндрю – чокнутый, но не тупой, – покачал головой Кевин. – Даже ему в конце концов наскучит быть неудачником. Когда в его организме не будет химии и он снова начнет ясно мыслить, мне будет легче до него достучаться.

Нил в этом сильно сомневался, но все-таки пожелал:

– Удачи.

Как ни странно, сказал он это совершенно искренне. Бо́льшую часть времени к Эндрю нельзя было подступиться ни с какого бока, но в то же время он делал все возможное и невозможное, чтобы удержать их с Кевином в Пальметто. Меньшее, чем они могли отплатить, – это постараться вернуть его самому себе. Размышляя о том, что Эндрю ждет будущее, которого он сам будет лишен, Нил невольно испытывал легкую горечь, но знал, что со временем это пройдет.

– Нам пора, – сказал он, не желая больше об этом думать. – Не говори ничего Эндрю, ладно?

– Не могу, – ответил Кевин. – Он не поймет твоего выбора.

Нил шагнул к двери, но Кевин остановил его, положив руку ему на плечо.

– Нил…

В этом имени прозвучало и горькое сожаление, и обещание. Нил собрал себя по кусочкам и вслед за Кевином покинул поле.

Впервые в жизни Нил не думал о будущем. Он перестал считать дни до матча против «Воронов» и свел к минимуму просмотр и чтение новостей. Всю свою энергию он направил на тренировки, уже не засыпал на занятиях в университете и старался общаться со всеми Лисами в равной мере. Поскольку в компании близнецов, Ники и Кевина он ездил на тренировки, а Эндрю и Кевин к тому же возили его на