Читаем без скачивания Куда уходит вчера - Константин Бояндин

— Кажется, понял, — по спине воина прополз холодок. — Скажите, Лейрн, она человек?

— Безусловно, — целитель оглянулся и понизил голос ещё сильнее. — Человек практически во всём. Но есть кое — что, чего я не понимаю.

Поднявшись, Лейрн бесшумно отворил дверь в комнату, где, на просторной кровати, укрытая лёгким покрывалом, безмятежно спала Фиар. Увидев её, Ривллим сразу же перестал беспокоиться: человек с таким лицом не может быть серьёзно болен.

— Она спит, — пояснил целитель. — И будет спать ещё несколько часов, не беспокойтесь. Все лекарства действуют так, как и положено. Но вот это…

Лейрн наклонился над спящей и, осторожно разведя в стороны пальцы на обеих ладонях, на краткий миг прикоснулся к трём точкам на голове Фиар — одна была где — то на лбу; другие, Ривллим не успел заметить. Где — то на затылке.

Ничего не произошло. Девушка даже не пошевелилась.

— И что?

— Человек от этого просыпается, — пояснил целитель. — Могу научить. Просыпается, в каком бы состоянии ни был, пусть даже ненадолго. Средство безотказное.

— А если…

— Если она принадлежит другой расе? Извольте, могу показать соответствующие точки для ольтов, карликов… Впрочем, она, конечно, не карлица. То же касается и некоторых других рефлексов. Вот, смотрите… — прежде, чем Ривллим успел что — то понять, комната вокруг воина поплыла, проваливаясь в чёрную мглу. Впрочем, он тут же очнулся.

— Приношу извинения за эту демонстрацию, — Лейрн не улыбался. Воин ощущал себя необычайно бодрым и свежим — вся застарелая усталость пропала бесследно. — Как видите, действует. Но на неё — он указал ладонью — не действует вовсе. А жаль…

Ривллим смотрел на спокойное лицо Фиар, на котором замерла едва заметная улыбка, и ему стало не по себе.

— Отвечая на вопрос: я не знаю, кто она, — заключил целитель. — Если относиться к ней, как к человеку, этого будет достаточно. Над ней проводили какие — то опыты, — Лейрн нахмурился. — Я готов допустить, что всё это, включая её необычные… э — э — э… таланты, есть итог этих экспериментов.

— А что, если браслеты… — начал Ривллим, указав на матово поблескивающие «украшения» на обеих кистях рук Фиар, и осёкся, увидев выражение лица собеседника.

— Браслеты? — Лейрн провёл пальцами по руке Фиар, на миг задержав их на браслете. — На ней не было никаких браслетов, сайир.

— Разумеется, — ответил Ривллим, осознавая, что доктор не замечает присутствия «украшений». Так же, как и весь остальной мир… за исключением их троих. — Мне показалось…

— Да — да, разумеется, кожа на запястьях несколько бледнее. Она действительно долгое время носила браслеты. Я оставлю вас, сайир. Буду у себя дома — откровенно говоря, мне очень хочется поговорить с вами.

— Одну минуту, — целитель остановился в дверях и обернулся. — Откуда вы узнали, что я сайир?

— От неё, конечно, — Лейрн не выглядел удивлённым. — Она всё утро пыталась убедить меня, что ничуть не больна, и ей необходимо срочно повстречаться с вами. В жизни не видел настолько упрямой пациентки.

— Это точно, — усмехнулся Ривллим и поставил стул поближе к кровати. — Спасибо, доктор. Я надолго не задержусь.

Дверь бесшумно затворилась за его спиной.

В третий раз Ривллим повторил краткую историю их приключений за последнюю неделю. Вкратце, разумеется; опустив множество событий. Менее всего ему хотелось распространяться о своём прошлом… о том месте, где было своё прошлое. Пока не повстречался с Лигввиром, об этом говорить не стоит. Хотя в Меорне все на виду у всех.

— Поразительно! — в который раз воскликнул доктор. — Я слышал, генерал планирует напасть на Шайр. Никто не знает, когда, разумеется, но если это удастся, Меорн наконец — то вздохнёт спокойно.

Разговор ещё некоторое время длился ни о чём, плавно переходя от погоды к намечаемым торжествам, от лекарственных трав к пиратам, докучающим местным мореплавателям, и так далее.

— Скажите, Лейрн, — решился, наконец, воин. — Имя Лигввир вам ничего не говорит?

— Лигввир, — Лейрн озадаченно посмотрел на собеседника. — Разве генерал вам не рассказал?

— О чём? — воин насторожился. Интонация хозяина дома ему совсем не понравились.

— Спросите генерала, — повторил целитель. — Он расскажет гораздо лучше. Лигввир был уважаемым человеком и должен был стать сайиром через два малых месяца.

«Должен был?»

— Что с ним случилось?

— Погиб, — ответил Лейрн кратко. — Странная история… и страшная. Он приходился вам родственником?

— Дальним.

— Я соболезную, — целитель слегка поклонился. — То, что вы — сайир, не может быть случайностью. Хотя, конечно, я предпочёл бы, чтобы вы оба были живы.

Ривллим встал.

— Позволю себе небольшую просьбу, — произнёс Лейрн, провожая его. — У меня сложилось впечатление, что пригласить повторно нашу общую знакомую в мою лечебницу можно будет только при помощи армии…

— Пожалуй, — Ривллим улыбнулся впервые за последние пятнадцать минут.

— …поэтому я пошёл на небольшую хитрость. Дал ей травы, чтобы побыстрее восстановить силы. От этого у неё будет… так скажем… очень хороший аппетит. Если у вас на неё есть хоть какое — нибудь влияние, проследите, чтобы она питалась, как следует. С истощением шутки плохи.

— Постараюсь, — кивнул Ривллим. — Хотя вы переоцениваете моё влияние. По — моему, она слушается только саму себя. А может быть, вообще никого.

Лейрн некоторое время смотрел вслед воину и со вздохом запер парадную дверь. У него было сильное и неприятное чувство, что больше они не увидятся.

А Ривллим шёл, размышляя о судьбе Лигввира, которого теперь не удастся увидеть, и недоумевал, что же в словах Лейрна могло так вывести его из равновесия. В конце концов, он понял.

В Меорне никогда не было двух сайиров одновременно.

Генерал Той — Альер встретил воина не менее торжественно, чем накануне. Солнечный Лист был водружён на почётное место, а самого Ривллима, одетого вовсе не в самое парадное, пригласили в святая святых генерала — штаб в Меорне.

Некоторое время они разглядывали друг друга. Увидеть Той — Альера для Ривллима совсем недавно означало бы примерно то же, что запросто поговорить с божеством. Во плоти. Сейчас, хоть и сохранялось ощущение нереальности, Альер не производил впечатления существа сверхъестественного. Хотя его слава уже сейчас гремела по всему Ралиону, а Шамульез предлагал за голову генерала самую богатую провинцию своей обширной империи. Люди только что не молились ему; сам же генерал, так и оставшийся пришельцем с далёких западных островов, был в высшей степени человеком — безо всякого налёта таинственности.