И это только начало. Быстрые корабли бороздили коварные моря между Ламией и торговыми городами Восточной Империи, доставляя домой наилучшие, самые экзотические деликатесы, производимые в Шелковых Землях. Кроме того, из доков забрали множество опытных рабочих, чтобы возвести большой палаточный городок в Золотой Долине. Весна переходила в лето, и казалось, что все трудоспособные мужчины, женщины и дети лихорадочно работали, воплощая в жизнь грандиозный замысел царя.
Когда наконец в последний месяц лета прибыли мятежные лидеры, их на краю Золотой Долины встречал сам Ламашиззар во главе богато одетых куртизанок, артистов, музыкантов и слуг. После того как правителям вручили дары — кольца, браслеты, прекрасные мечи и великолепные колесницы, — их проводили к раскинувшемуся в плодородной долине городку из шелковых шатров. Палаточный городок поражал буйством красок: морская зелень Зандри, золото Нумаса, синий цвет Ливары и ярко-красный Разетры.
Императорская процессия спустилась к лагерю. Гостям предоставили несколько часов на отдых перед началом официальных празднеств. А на закате Ламашиззар под пение золотых фанфар торжественно провел царственных гостей по улицам города.
Народ Ламии исступленно отмечал конец войны семь дней подряд, и везде — в роскошных дворцах и на самых жалких улочках около доков — мятежных царей встречали как избавителей. А те думали только об одном — об отдыхе между пирушками. Да еще о том, хватит ли в обозах места для богатых даров Ламашиззара.
Только к концу недели, когда гости окончательно измучились и поняли, что сыты по горло богатством и щедростью ламианцев, Ламашиззар созвал Совет Царей, чтобы определить будущее Неехары.
Большой Зал Возрождения был воздвигнут городскими плотниками и кораблестроителями в величественном царском саду у дворца. Собственно, деревянное строение включало в себя сад, создавая иллюзию, что помещение Совета окружено укрощенной дикой природой. Певчие птицы ярких расцветок, большую часть которых за большие деньги привезли из Шелковых Земель, наполняли воздух дивным пением, безмятежно журчали спрятанные в густой листве невидимые фонтаны. Слуги ходили по скрытым тропинкам и разносили освежающие напитки гостям, сидевшим вокруг громадного круглого стола красного дерева на поляне в дальнем конце сада. Ни с чем не сравнимая праздная роскошь производила на правителей пустыни ошеломляющее впечатление.
Весь спектакль, от начала до конца, был просчитан так же тщательно, как любая военная кампания, поняла Неферата, и предназначен для того, чтобы соблазнить, пленить, запугать правителей Востока и Запада, сбить их с толку и разрушить любые союзы, которые они, возможно, заключали против интересов Ламии. Кроме того, этот спектакль был невероятно, сокрушительно дорогим. Городская сокровищница практически опустела. Все богатство, которое их отец, Ламашептра, так старательно копил в темные времена правления Нагаша, потрачено. Их последние резервы выброшены ради единственного выигрышного броска игральной кости. В сундуках не осталось золота даже на то, чтобы внести хотя бы четверть следующей годовой выплаты Восточной Империи. Если переговоры Ламашиззара не увенчаются успехом, Город Зари ждет неминуемая катастрофа.
Пока царь рисковал будущим города, Неферата наблюдала за происходящим с широкого балкона, опоясывающего заднюю часть большого зала прямо над столом Совета. Ее прислужницы расположились на шелковых подушках, угощались засахаренными финиками и приглушенными голосами сплетничали о скандалах, случившихся за неделю празднований. Тонкий дымок курившихся благовоний вился над их головами: мирра, приправленная черным лотосом, чтобы прогнать прочь скуку. У входа на балкон на коленях сидели слуги, готовые мгновенно выполнить любое желание царицы. Рядом с ней торопливо поставили низкий столик, на котором разложили листы бумаги и кисть для туши. Укрывшись за полированной деревянной ширмой, Неферата внимательно изучала прибывших правителей.
Сколь бы ненадежным ни виделось ей будущее Ламии, Неферата понимала, что остальные оказались в куда более плачевном состоянии. За время своего противоестественного правления Нагаш построил Империю Неехары, подчинив себе множество великих городов при помощи своей власти над Неферем, царицей-заложницей Кхемри.
Долгие столетия каждый город был вынужден золотом и рабами платить дань Узурпатору, и это привело их на грань краха. Когда жрецы Кхемри по настоянию Жреческого Совета Махрака все же попытались сместить Нагаша и положить конец его нечестивому царствованию, Узурпатор отомстил ужасным проклятием, уничтожившим две трети жречества Неехары в течение одного-единственного дня.
Именно это злодеяние вынудило царей-жрецов поднять мятеж, но Узурпатор неизменно отвечал им темной магией и кошмарными зверствами, разорившими Благословенную Землю и уничтожившими тысячи и тысячи ее жителей. И даже после того, как армию Узурпатора все же разбили, почти дюжина его бессмертных соратников избежали уничтожения и продолжали долгие десятилетия терзать несчастную землю.
Вместо того чтобы отмечать так тяжело доставшуюся победу в Махраке, царям-жрецам пришлось вести длительную и кровопролитную кампанию — они выслеживали каждого уцелевшего пособника Узурпатора. Поскольку тело Нагаша так и не нашли, все боялись, что кто-то из его соратников тайно завладел трупом Узурпатора и при малейшей возможности сумеет вернуть ужасного некроманта к жизни. Потребовалось девяносто лет, чтобы завершить начатое, и после продолжительной осады Ка-Сабара, Города Бронзы, убить последних пособников Нагаша.
Долгие годы войны оставили неизгладимый след на каждом из правителей Неехары. Все они исхудали от постоянного напряжения и лишений, и этого не смогут исправить долгие годы беспечной жизни. Лишь некоторые надели драгоценности или одежды с золотым шитьем, полагающиеся им по статусу. Но изящные ткани церемониальных облачений выглядели потертыми и изношенными. Даже здесь, среди зеленой роскоши зала, на их лицах застыло тревожное, затравленное выражение.
Неферате отчетливо вспомнилась та ночь в подвалах несколько десятков лет назад, когда Ламашиззар и его тайная клика вернулись с войны. А ведь они приняли участие всего в какой-нибудь паре сражений, в то время как эти мужчины и женщины за всю свою жизнь ничего другого и не знали, подумала она.
Да, эти правители выглядели замученными и сломленными, но их нельзя недооценивать — в этом царица не сомневалась. Когда открылись двери в большой зал, гости Ламашиззара торжественной процессией прошли по саду, во главе с царями-жрецами Разетры и Ливары и юной царицей Нумаса. Каждый из трех правителей нес в руках шкатулку сандалового дерева. Дойдя до стола Совета, они поставили шкатулки перед улыбающимся царем Ламии и достали содержимое.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
