бровей. Они почему-то привычного, тёмного оттенка с пробивающейся рябью седины. Он навряд ли бы покрасил волосы в такой цвет. Здесь явно дело в другой отрасли. Наследственность. Болезни. Стресс. Могу лишь гадать, что плохого Кай пережил, чтобы заработать свой недуг… Что такого нужно увидеть, чтобы к концу учёбы выглядеть молодым стариком? Возможно, просто плохое питание. Честно, ни разу не видела его в столовой… Может это… болезнь такая… Может быть… вообще что угодно. Проще было бы у него спросить, правда, навряд ли сам что-то дельное скажет. Если бы только мог…
С таким типажом как у него, лохматость даже идёт. Неряшливые кудри без ухода, завиваются сами. Растрёпанность некую поблажу, даёт, хотя смотрится… чудаковато. Странный антураж, однако дело кроется не только в волосах. Образ сочетается в самой комбинации. То, как соединяются нюансы разных вещей.
Лицо… Лицо… совершенно обычное. Как у большинства молодых ребят, но вот мелочи… Те самые мелочи как раз и отличают. Это же надо, природа так подшутила. Одарить сединой как у пожилых людей. Подмешать в бледную кожу ещё больше белил. Добавить пустые, серые глаза, которые едва отдают голубым отблеском. Не заметить тёмных кругов над скулами, попросту невозможно, так как они выделяются ярче всего. Моментально выдают далеко не самого здорового человека. Все относительные плюсы перечёркиваются одним минусом… Жизнь.
Ввиду далеко… не лучшей памяти и курса, наверняка токсичных, лечебных таблеток – его внутреннее состояние как раз и отображало внешний вид. Я всё же склоняюсь больше к болезни. К комплексу заболеваний. Я не врач, но так здоровые люди редко кода выглядят. Цвет кожи… почти как у окоченевшего трупа, хотя всё же разбавляется более тёплыми оттенками. Круги те же под глазами. Впалые, чутка розоватые щёки. Смотрится, как жертва голодного насилия. Вот… чуть-чуть не хватает до анорексии. А может, он просто, всё-таки мало ест? Я правда не знала, но мне очень хотелось найти ответ.
Кай неожиданно очнулся. Громкий кашель разодрал горло. Он практически захлёбывался в затяжном количестве раз, без конца отхаркивая кровавую слюну. Подобрав с его груди полотенце, поднесла к губам. Казалось, стало только хуже. Ещё несколько тяжёлых захлёбов и боль, слава богу, постепенно ушла. Боже-е… Не могу на него смотреть. Такой безнадёжный, поникший взгляд. Глаза источают особую грусть. Усталость. Истощение от жизни, в которой нет положительного конца. Это наводит на кучу мыслей и ни одна в точности не может быть верна…
– (Устало) О чём-то… задумалась… – убрал в сторону полотенце.
– Да так, ни о чём… Как же достала меня эта песня, – грозно покосилась на бумбокс. – Ощущение, словно ребёнка бьют ремнём под колыбельную. Не могу уже. Задрало слушать. Ты не против, если я… переключу?
– (Устало) А мне нравится… Она такая… спокойная… Мелодичная… Дело твоё… Хочешь… выключай…
Ввиду своей ранней неопытности, первые мои диски как этот, записывались исключительно под одну песню или две. Я не умела и не знала, что нужно нажать, чтобы мелодия повторялась, поэтому диск вмещал полсотни или две одинаковых композиций. Мда… Умелица… хотя до кассетных потуг так и не дошла. Раз за разом звучала одна и та же музыка, слушая начало из трёх нот. Примерно через… двадцать пролистываний, прорвался-таки новый звук. Ух-х-х… Лучше бы я вовсе выключила магнитофон…
Если первая песня спокойная и умиротворённая, то начиная со второй… в мою голову влезает психодел. Приятная мелодия трёх струн, вас может обмануть. Перебивочные по барабану тоже. Как только с пятой секунды врывается мужской голос, ничего не могу понять. Своего рода… впадаю в транс. Ни один инструмент больше не угадывается. Звучит обнадёживающая, но темнее менее очень грустная мелодия. Припев с первых же секунд будто… обвиняет меня, заставляя проходить заново одни и те же ошибки… Боже… Как же становится тошно. Хочется реветь. Голос хватает за струнки души и начисто их вырывает. Первые… у-х-х-х… десять прослушиваний, я захлёбывалась в слезах… Столько родной горечи, я не слышала никогда… Слишком наглядный опыт. Красивый, надрывный, но… отрезвляющий куплет:
«Кажется… иду… в обратном… на-пра-влени-и……
Всё во мне кричит…: «И-ди вперё-ёд»……
Но все мои надежды… стали… без… от-кро-вени-я……
Кажется идём… на-о-бо-ро-от……»
Сами слова, и трети не сто́ят от значимости звука. Мелодия… элегантно проникает внутрь. Успокаивает. Ласкает. Туманит мозги, а потом… опустошает. Единственная на моей памяти боль, которой наслаждалась без остатка. Песня «Без обмана» звучит классно. «Разочарованная»… ничего, но о них как-нибудь потом.
– (Надрывно) Я больше не могу, – спрыгнула с кровати. – Давай побудем в тишине, – нажала на паузу, – хорошо?
– (Устало) Хорошо, – поджал локтями подушки. – Я не против.
Алгоритм боли был запущен. Теперь мелодия играла у меня в голове.
– (Вздыхая) Ну-у-у… – легла обратно на кровать, – о чём… поговорим?..
– (Медленно) Знаешь, а ты была тогда права. Я действительно… урод. Если так подумать, то… изгой – это меньшее, что могло со мной произойти.
– Кай, послушай, – сосредоточилась. – Никакой ты не урод. Ты-ы… просто мальчик со своими… особенностями. Вот и всё, – глубоко вздохнула. – Здесь… нет ничего страшного. Ты такой, какой есть… Как раз, те самые уроды – это Гиль и его шайка. Вот уж кто точно редкостные сволочи. Как бы я хотела их всех…
– Мальчик, – криво улыбнулся. – Ты так говоришь, словно мне двенадцать.
– Не сердись на меня, – отвлеклась, – но до своих… без четверти взрослый, ты недотягиваешь. Тебе от силы… Да и вообще, кто сказал, что быть взрослым прикольно? Разве, выглядеть в 17 на 30, это круто? Никак нет. По-моему, лучше как раз наоборот. В общем, не бери в голову. Это так, – отмахнулась, – бредни…
– (Заинтересованно) Не,
