Сделать оберег оказалось несложно. Гораздо труднее было достать все составляющие и сосредоточиться на искреннем желании в процессе изготовления. Если бы ингредиенты принадлежали двум влюблённым, талисман был бы в сто раз эффективнее, а если бы камень зачаровывался сразу после оргазма, оберег стал бы ещё мощнее. Существовал ещё один доступный им способ, которым можно было максимально улучшить талисман, — это зачаровать тот во время обоюдного оргазма. В данный момент это казалось невозможным, но Гермиона надеялась, что камень всё-таки впитает их объединённую энергию, если Северус наденет кольцо, когда они в следующий раз займутся сексом.
Гермиона выложила предметы на столешницу, готовая соединить всё воедино, а затем начала мастурбировать. Достигнув предела, она взяла мензурку и поднесла её к своей промежности. По факту всё оказалось гораздо сложнее, чем в теории. Она даже пожалела, что не додумалась сделать это в туалете, сидя на унитазе. Прислонившись спиной к краю столешницы, Гермиона просунула пальцы вглубь и достала до точки G. Угол был неудобным, поэтому она присела на корточки и попробовала продолжить. «Так гораздо лучше». Её ноги дрожали от перенапряжения, но так она хотя бы могла дотянуться до нужного места.
Когда влагалище начало сжиматься вокруг пальцев, она переместила один палец на своё излюбленное местечко возле уретры. Вскоре сокращающиеся припухшие стенки запульсировали, туже сдавливая остальные пальцы. Гермиона тихо прошептала его имя, прижимая мензурку к своим складкам, и пытаясь поймать часть просочившейся жидкости. Получилось собрать даже больше, чем было необходимо. Оставшись довольной результатом, она неуверенно встала на ноги.
В другой широкой мензурке она смешала его сперму и свои соки, осталось только подмешать кровь. Используя длинную пипетку, она осторожно добавила три капли невинной крови, а затем поставила смесь на огонь. Когда всё начало дымиться, она окунула в смесь обсидиан и стала ждать. Гермиона убрала пузырёк с кровью обратно в ящичек и снова спрятала его в сундук. Она наблюдала за смесью ещё пять минут, прежде чем камень начал дребезжать на дне мензурки. «Теперь нужно быть осторожнее. Когда камень начнёт светиться, я должна буду кончить и произнести заклинание». Она потянулась к клитору, а волшебная палочка лежала наготове перед ней на столе.
«Жидкая похоть» на дне мензурки медленно исчезала. Казалось, она просто впитывалась в камень. Появившийся дымок не поднимался кверху, он просто кружился вокруг обсидиана. Гермиона стала быстрее тереть клитор. «Время на исходе!» Чёрный камень начал светиться, тогда она взяла в свободную руку свою палочку. «Уже близко». Её рука дрожала, когда она держала палочку над мензуркой. Она закрыла глаза и представила Северуса между своих бёдер, как он облизывает её и трётся носом о её щель. Всхлипывая, она интенсивно тёрла всеми пальцами свою вульву.
Гермиона наблюдала за сиянием сквозь полуприкрытые веки. Свет становился всё ярче, бёдра инстинктивно двигались, ладонь прижималась к промежности. «Боже, я так люблю тебя, Северус! Пожалуйста, пусть это сработает!» Напряжение внутри достигло максимума, наслаждение вспыхнуло слепящей вспышкой и взорвалось, а она вздохнула с облегчением и прошептала заклинание:
— Jugatus Coitus Implicatus!
Сияние сразу же стало золотистым. Она зачарованно смотрела, как разноцветные искры потрескивали над поверхностью камня. Оставшийся дымок рассеялся, и дрожание прекратилось. Гермиона сняла мензурку с огня, аккуратно переложила камень на столешницу, а затем выключила горелку.
Она прибралась в лаборатории, пока камень остывал. К тому времени, когда с уборкой было покончено, тот стал тёплым на ощупь, и его уже можно было взять в руки. Камень выглядел как обычный тёмный обсидиан, но Гермиона знала, что если бы он был таким же прозрачным, как её янтарь, то она смогла бы увидеть перетекающую внутри волшебную жидкость. Всё прошло именно так, как было описано в книге. «Теперь нужно, чтобы мастер-артефактор создал для Северуса волшебное кольцо».
***
«Драко!
Северус спит. Если сможешь, прямо сейчас приходи в Паучий тупик. Я закончила с камнем!
Спасибо, что помогаешь мне!
Г. Г.».
***
Драко забрал камень, пообещал вернуть его как можно скорее и аппарировал в вечерних сумерках. Гермиона приготовила для них ужин, а затем поднялась наверх, чтобы разбудить Снейпа.
— Северус, — прошептала она, нежно целуя его в лоб.
Он приоткрыл глаза и расслабленно улыбнулся, увидев её милое личико.
— Уже пора ужинать?
— Да. Тебя ждёт твоё любимое блюдо.
— Надеюсь, не ты его готовила?
Гермиона улыбнулась без обиды. Кулинария не входила в число её талантов.
— Не волнуйся. Я просто разогрела его магией.
— Принеси мне халат. Думаю, мы оставили его в ванной.
Она пошла за халатом и его пижамными штанами, а потом помогла ему одеться. Они спустились вниз. Только тогда Гермиона обратила внимание, что на ней всё ещё была надета униформа медсестры. «Теперь понятно, почему Драко так на меня таращился». Она сняла маленькую шапочку и тоже села за стол.
В тот вечер у Северуса был прекрасный аппетит. Она с радостью и облегчением смотрела, как он жадно набросился на пищу. Отужинав, он увёл её в соседнюю комнату. Гермиона села к нему на колени, пока он читал ей вслух, как и обещал. Она уткнулась лицом в его шею и счастливо вдыхала аромат его кожи. Когда он дошёл до той части, где подробно рассказывалось о розгах и самой первой скамье для наказаний, она перебила его:
— Пожалуйста, дотроньтесь до меня, сэр!
— Я не могу одновременно читать и ублажать тебя.
— Мне нужны только ваши пальцы!
Северус положил книгу на кофейный столик и опустил руку к её промежности. Гермиона помогала ему, насаживаясь на его пальцы, пока он двигал ими внутри неё. Её короткая белая юбочка задралась выше бёдер, обнажив нижнюю часть тела. Он внимательно следил за её лицом. Она что-то бормотала себе под нос, её губы шевелились, словно в странной молитве. «Моя рука наверняка скоро устанет, но если я не буду шевелить плечом, всё должно быть в порядке». Гермиона зашипела, быстрее двигаясь на его пальцах, и открыла глаза, желая соприкасаться с ним взглядом.
— Я сейчас кончу!
— Я и сам это вижу. Почему бы тебе не пересказать мне то, о чём я читал тебе в течение последних пятнадцати минут?
Гермиона ошарашенно уставилась на него.
— Я не помню.
— Ты моя игривая порочная медсестра?
Она улыбнулась и заскакала на них ещё быстрее.
— Да, сэр!
— Мне наказать тебя тростью? — он мог сделать это и левой рукой, если бы захотел.
Она вздрогнула, но попросила:
— Да! Накажите меня!
— Сколько раз?
— Двадцать!
— Двадцать? — Северус удивлённо моргнул. — По-моему, это чересчур… Мне придётся бить не в полную силу.
«Я плохая девочка! Я украла кровь, которую сама же тебе подарила! Я рылась в твоих вещах!»
— Поверьте, мне это нужно!
Северус попытался заглянуть ей в голову, но её глаза закрывались каждый раз, когда сокращалось влагалище.
— Что ж… Если ты так жаждешь обзавестись красной задницей, то я тебе помогу, но ты не сможешь сидеть на работе.
Гермиона чувствовала, как внутри нарастало тягостное напряжение. Его пальцы находились в постоянном движении, стимулируя точку G, а рука прижималась к клитору. Ей хотелось его слышать. Слишком много времени прошло с тех пор, как он в последний раз шептал ей на ухо соблазнительные слова.
— Прикажите мне! — попросила она. — Я не смогу кончить, пока вы мне не позволите!
Северус ласково улыбнулся ей.
— Ты такая хорошая девочка… Сделай это для меня, любимая. Я чувствую, как внутри тебя всё набухло. И знаю, что ты хочешь намочить мне руку.
Гермиона извивалась на его пальцах, её ротик красиво приоткрылся, когда сладостное томление достигло предела. Она несколько раз конвульсивно дёрнулась, когда первая приливная волна пробежала по самым глубинам, и из неё потекла жидкость.
