и врезался в карфагенские корабли.
***
Давос рассматривал серебристо-белую монету в своей руке. Она весила четыре грамма и была очень близка к стандартному кругу, с головой хадеса с длинной бородой и волосами и выгравированными буквами «Теонийский союз» на одной стороне. На другой стороне изображен тополь (священное дерево Аида) и выгравированы буквы «Третий год 95-х Олимпийских игр». Изображение на обеих сторонах расположено в центре, с тонкой гравировкой, характерными вогнутостями и выпуклостями и четкими буквами.
Затем Давос подбросил монету, поймал ее, взвесил в руке и спросил: «Сколько в ней серебра?».
Тритодемос выступил вперед и сказал: «Согласно твоему предложению и закону Сената о чеканке монет, чистота серебряной монеты драхмы составляет более 95%, что сравнимо с чистотой афинской «совы» (серебряной монеты Лауриона, известной во всей Греции).
«Но» — Тритодемос сказал с тревогой: «У нас нет такого большого серебряного рудника, как в Афинах, а доходы сокровищницы в основном поступают от торговли и налогов, поэтому выпуск серебряных монет такой высокой чистоты был бы большой потерей».
Давос кивнул и терпеливо объяснил: «Мы, конечно, понесем некоторые потери, но я уже очень ясно объяснил это на заседании Сената. Сейчас ежемесячный доход казны Теонии составляет почти 50 талантов, и, согласно анализу Мариги, эта цифра возрастет еще больше, когда мы установим более тесные связи с другими союзниками по Южно-Итальянскому альянсу, поэтому мы можем понести эти потери. Более того, у нас есть офис управления рынком в каждом городе, а также банки для обмена, что, вместе с взимаемой дополнительной платой, может частично компенсировать потери, понесенные союзной чеканкой».
***
Глава 246
В эту эпоху валютами, обращающимися в средиземноморской торговле, были золото и серебро. Персы в основном использовали золотые монеты, в то время как греческие города-государства не имели так много золотых рудников, поэтому они в основном использовали серебряные монеты. Поскольку каждый город-государство имел право отливать собственные серебряные монеты, весь средиземноморский валютный рынок был довольно хаотичным, вес монет, выпущенных разными городами-государствами, и их чистота не были одинаковыми, что создавало трудности в торговле, отсюда и возникла валютная биржа.
При упоминании о валютной бирже Тритодемос в душе пожаловался: В греческих городах-государствах обменом валюты занимается банк, и чем более процветающим является город-государство, тем более развита банковская сфера, однако, хотя в каждом городе Теонии существует множество банков, все они принадлежат одному человеку — Хейристое, жене Давоса, архонта Теонии. Естественно, это не результат какого-либо административного вмешательства со стороны Давоса, а скорее тот факт, что банк Хейристоя с момента своего основания имел средний процент возврата кредитов намного меньше, чем 15% процентная ставка греческих городов-государств, которая составляет всего 5% по основным бизнес-кредитам.
Хотя банк Хейристоии нарушил негласные правила банковского дела в греческих городах-государствах, в то время в Амендоларе и Турии не было крупных богатых купцов, которые могли бы чинить им препятствия. Напротив, благодаря кредитам под низкий процент бесчисленные семьи и мелкие лавки выходили из затруднительного положения, приобретая таким образом репутацию банка Хейристоя. Торговля Теонии не шла ни в какое сравнение с тем, что было раньше, некоторые купцы брались за идею открытия банков, но их заставляли реализовывать низкопроцентные кредиты в союзе.
Однако Банк Хейристоя сделал свой бренд популярным среди населения Теонии, благодаря чему люди доверяют ему и ценят его. Поэтому у входа в банк Хейристоии часто стоит длинная очередь, в то время как в другом банке клиентов всего несколько человек. Нормальная конкуренция невозможна, а игра другими средствами еще более невозможна. Также за банком Хейристоя стоит Давос, единственный пожизненный архонт Теонии. Поскольку банки не приносят им денег, купцам приходилось вкладывать средства в другие отрасли, а с расширением Союза Теонии появилось множество отраслей, которые будут приносить им деньги, и хотя конкуренция тоже стала жесткой, банк всего один.
Тритодемос посмотрел на стоящего перед ним человека, который в столь юном возрасте уже был самым влиятельным человеком в Теонии, у него есть умная и красивая жена, которая зарабатывает для него много денег, что вызывает зависть.
Давос не заметил необычного взгляда Тритодемоса, так как все свое внимание он обратил на монеты. Он поднял еще две серебряные монеты и внимательно осмотрел их, они были почти одинаковыми, поэтому он спросил с беспокойством: «Что ты думаешь о стиле и дизайне этих теонийских серебряных монет по сравнению с афинской серебряной монетой?».
«Сова» в Афинах не только обладает высокой чистотой серебра, но и имеет изысканные узоры. Несмотря на то, что Афины потерпели поражение и Делосский союз был распущен, они больше не могли заставить другие города-государства использовать серебряные монеты Лауриона, купцы и жители греческих городов-государств по-прежнему добровольно использовали их, а многие купцы даже ездили в Афины только для того, чтобы обменять свои монеты и поместить их в своих домах в качестве коллекций произведений искусства. Таким образом, серебряные монеты Афин являются самой распространенной и используемой твердой валютой в греческих городах-государствах.
«Я неоднократно сравнивал дюжину серебряных монет Лауриона, отчеканенных в разные годы, с некоторыми людьми из Комитета по чеканке монет, и мы все согласны, что наши теонийские монеты такие же чистые и хорошо гравированные, как и их. И...». — Тритодемос взял серебряную монету, потер ее ободок и взволнованно сказал: «Архонт, предложение, которое вы высказали в начале, об использовании простой безель вместо традиционного метода нанесения сложных и грубых насечек, не только улучшило эффективность, но даже сделало ее менее подверженной эрозии, все думают, что она такая же сложная, как колонны храма! Я верю, что после выпуска теонийская серебряная монета понравится людям».
Выражение лица Давоса оставалось спокойным. Дизайн, который он предложил, был основан на характеристиках древних китайских монет, так что гордиться было нечем. Напротив, его больше волновало, смогут ли монеты Теонии быстро распространиться и стать основной валютой, используемой в городах-государствах Южно-Итальянского альянса. Это делалось не только для расширения влияния Теонии, но и для того, чтобы доминировать над валютой в Магна-Греции и контролировать экономику и торговлю городов-государств Южно-Итальянского союза.
Как и Афины, даже на последних этапах Пелопоннесской войны, когда торговля сократилась, финансовое положение упало, а рудники Лауриона производили меньше серебряной руды, они все еще не снизили чистоту «Совы». Поэтому афиняне были вознаграждены за приверженность своему денежному кредиту, уже через несколько лет после окончания войны, в порт Пирей прибывало все больше и больше купцов, и теперь афинская торговля постепенно возвращалась к своему былому процветанию.
«Тритодемос, ваш
