— А зачем ему знать, что это вы помогли мне бежать? Сделайте вид, что ничего не знаете. Он вам поверит. Он знает, что вы меня не жалуете.
— Может быть, — согласилась Ровена. Затея начинала ей нравиться. — Что мне нужно сделать?
— Прежде всего украсть ключ у Гейлорда и выпустить меня отсюда. Потом — отвлечь дружинников, чтобы я могла уехать незамеченной. Сумеете?
— Отвлечь мужчин невелика наука, — самодовольно отозвалась Ровена. — Они все от меня без ума, мы не раз с ними развлекались.
— Не сомневаюсь, — вполголоса пробормотала Алита. — Так вы сможете это сделать?
— А вы обещаете, что никогда не вернетесь?
— Мне незачем возвращаться, — с горечью ответила Алита. — Джейми не нужна жена.
— Тогда сделаю. Когда раздобуду ключ, приду за вами. Будьте готовы — я знаю, где старик его прячет.
Итак, все уладилось. Задуманный план скоро осуществится. Алита обретет свободу и расстанется с Джейми…
В это время дверь открылась, и в комнату вошел тот, о ком были все ее мысли. Алита не могла отвести от мужа глаз. Во всем королевстве не найти мужчины лучше Джейми Мортимера.
Джейми пришел проведать жену. Гейлорд говорил, что на плохое самочувствие она не жалуется, но Джейми хотел сам в этом убедиться. Днем он собирался во Флинт. Ему предстояло выяснить, не играет ли Грей в кошки-мышки с Повелителем Ночи. Если королевскому посланцу было известно, кто руководит контрабандистами, почему он не явится, чтобы произвести арест?
С трудом верилось, что Алита, рассказав все, что знала о происходящем на берегу, утаила самое существенное.
— Что вы здесь делаете? — дерзко спросила Алита. — Вы пришли выпустить меня из тюрьмы?
— Доброе утро, миледи, — усмехнулся Джейми. — Я вижу, вы не стали любезнее.
— А чего вы ожидали, посадив меня под-замок?
Собираетесь держать взаперти до конца жизни?
Хорошего настроения Джейми как не бывало.
— Мне казалось, я с вами еще мягко обошелся, миледи. Иные мужья не стали бы церемониться в таких случаях. Предательство — тяжкое преступление.
— Почему вы так уверены, что это я предала вас?
Вы занимались незаконными делами. На вас мог донести любой — за хорошую мзду.
Джейми Нахмурился. В словах Алиты была доля правды, но он знал, что никто из деревенских не решился бы на подобный поступок, потому что это означало бы плюнуть в колодец, из которого сам берешь воду. Все рыцари, приехавшие вместе с ними из Лондона, были вне подозрений. Да почти никто из них и не знал о его ночных делах. А Гейлорду он доверял, как себе. Нет, Алита виновна, какие могут быть сомнения.
И однако…
Однако некоторые сомнения оставались.
— Я пришел не за тем, чтобы пререкаться с вами.
Мне надо уехать на несколько дней. Половина дружины останется здесь, половина отправится со мной.
Алиту обдало холодом дурного предчувствия.
— Куда вы едете? Это опасно?
— Недалеко, всего лишь во Флинт, — ответил Джейми. На его красивых губах мелькнуло подобие улыбки. — Вы боитесь, что я не вернусь, миледи?
Или, наоборот, что вернусь? Не волнуйтесь. Гейлорд позаботится о вас. Что же до того, опасна ли моя поездка, — не знаю. Я не за приключениями отправляюсь, просто хочу кое-что разузнать.
Алита некоторое время молча смотрела на мужа, затем демонстративно отвернулась.
— Прощайте, милорд.
— Как? И вы не поцелуете меня на прощание? — насмешливо спросил Джейми.
Алита резко обернулась, уперев руки в бока.
— Поцеловать вас на прощание, милорд? Нет!
От одной лишь мысли о поцелуе у нее заколотилось сердце. Одного прикосновения этого черноволосого великана довольно, чтобы она вновь испытала унижение и стыд поражения. Если бы он хоть немножечко любил ее, но муж ни разу не произнес ни слова о своих чувствах.
Джейми уже глубоко раскаивался в том, что пришел проститься с Алитой. Не видя жены, он умудрялся держать себя в узде, но стоило оказаться с ней наедине, как от выдержки Джейми не оставалось и следа.
Он почувствовал, как стало тесно в, паху, как сделались ватными ноги. Хотелось сжать Алиту в объятиях и целовать, целовать, пока она не откликнется на его поцелуи столь же исступленно. А потом — проникнуть в узкую горячую расселину, мысль о которой сводила его с ума.
Джейми хотел любить свою жену.
Алита узнала знакомое выражение лица и закричала в панике:
— Не прикасайтесь ко мне!
Она ощутила жар большого тела, вдохнула пряный мужской аромат, присущий только ему, и поняла, что, если Джейми притронется к ней, она пропала.
Погрузив пальцы в копну белокурых волос, Джейми притянул жену к себе. Его поцелуй был яростным и жадным. У Алиты подогнулись колени. Одним ловким движением Джейми подхватил ее на руки и отнес на постель.
— Боже, помоги мне, ибо я сам себе не помощник, — простонал Джейми, прежде чем раздеть жену и скинуть собственную одежду.
* * *
Алита лежала обнаженная, натянув одеяло до подбородка. Джейми ушел. Он покинул ее, обессиленную и разбитую, после двух сладостно-мучительных часов.
Как музыка звучали его прощальные слова:
— Алита, любовь моя, если бы только ты могла полюбить меня! Говорят, от ненависти до любви один шаг. Но готова ли ты сделать этот шаг? — И когда она попыталась было ответить, он покачал головой и сказал:
— Нет, любовь моя, не говори ничего, ибо я знаю, каков будет твой ответ.
«Несчастный самоуверенный дурень, — думала Алита. — Неужели он не чувствует, с какой радостью встречает его мое тело? Неужели не понимает, как переполнено им мое сердце?» Она давно сделала шаг, отделяющий ненависть от любви, но он слеп и не видит этого. А каковы его чувства? Отчего он не признался ей в любви? Не сказал, что верит ей? Алита печально вздохнула и принялась размышлять о том, почему пропасть между ними так легко преодолевается в постели, а потом вновь превращается в страшную бездну. Конечно, оба они упрямы. У обоих гордости больше, чем здравого смысла. И, разумеется, она понимала, как важно Джейми восстановить доброе имя отца, может быть, даже важнее любви…
Погруженная в свои размышления, Алита не сразу услышала, что в дверь скребутся.
— Алита, это я, Ровена. Я раздобыла ключ.
Не дожидаясь ответа, Ровена отперла замок и вошла в комнату. Она увидела, что соперница лежит в постели, заметила разбросанную по полу одежду, и в глазах ее вспыхнула ярость.
— Что это вы делаете в постели среди бела дня?
Алита чуть было не проговорилась, но прикусила язычок. Но та и сама догадалась.
— Тут пахнет мужчиной и женщиной, — заявила Ровена, сверкая глазами. Если бы взгляд мог сражать насмерть, Алита бы уже лежала бездыханная.
— Я не понимаю, о чем вы. Так что с моим побегом? Вы все организовали?
