— Что тебе известно, Ровена?
Она с ужасом поняла, что совершила ошибку, но было уже поздно.
— Я иногда болтала с Алитой через дверь, — принялась она объяснять. — И.., и твоя жена призналась мне по секрету, что ей невыносимо сидеть под замком и что она хочет уехать к лорду Грею.
— С чего это Алита решила посвятить тебя в свои тайны? — спросил Джейми. — Всем известно, что ты ненавидела мою жену.
— Мы обе — женщины, Джейми. А женщины делятся секретами друг с другом.
— Значит, Алита сказала, что хочет уехать к Грею? — переспросил Джейми, пристально глядя на Ровену.
— Да, так прямо и сказала: хочу к лорду Грею.
— А ты отперла дверь, чтобы она могла к нему отправиться, верно?
— Нет-нет, я бы не посмела ослушаться тебя. Я не знаю, как ей удалось сбежать. Спроси у своих рыцарей, они ее обожали. Возможно, кто-нибудь из них и согласился ей помочь в обмен на.., определенные услуги.
— Лгунья! — прогремел Джейми. Схватив Ровену за плечи, он принялся ее трясти. — Говори правду, ведьма. Ты выпустила Алиту, верно?
— Нет, Джейми, не я!
— Быть может, хорошая взбучка развяжет тебе язык, — пригрозил Джейми. Вытащив из-за пояса кнут, он многозначительно похлопал им по ладони.
У Ровены пересохло во рту. А если Джейми и вправду побьет ее? Должно быть, на нее нашло какое-то помрачение, когда она позволила Алите уговорить себя. Ведь знала же: Джейми ей не поверит, но так обрадовалась возможности избавиться от соперницы, что лишилась остатков здравого смысла. Когда Джейми вскинул руку, Ровена сдалась.
— Прошу тебя, Джейми, не бей меня! Да, это я отперла дверь, но только после того, как Алита умолила меня выпустить ее. Я не соврала, сказав, что она хотела сбежать к лорду Грею. Там ты ее и найдешь, в его доме, в его постели. Она ненавидела тебя.
— Дрянь! — Джейми оттолкнул Ровену.
Она пошатнулась, ухватилась за стол, чтобы не упасть, и злорадно крикнула:
— Что, правда глаза колет? Ты всегда знал, что твоя жена предпочитает тебе лорда Грея.
— Уходи отсюда, Ровена, уходи от греха подальше.
— Я нужна тебе, Джейми, не гони меня. — Ровена подошла к бывшему любовнику и принялась ластиться. — Неужели ты уже забыл, как я тебя ублажала? Хочешь, я сделаю так, чтобы ты больше никогда не вспоминал свою жену?
— Убирайся вон! — взревел Джейми.
Ровена закусила губу:
— Ты ведь пошутил, правда, Джейми? Ты ведь сейчас передумаешь?
— Не передумаю. Не надейся. — Стиснув зубы, он смотрел на нее угрюмым, тяжелым взглядом. — Собери вещи — то, что войдет в один узел, и через час чтобы ноги твоей не было в замке. Я больше не желаю видеть тебя под своей крышей.
— Ты прогоняешь меня?
— Я хотел поступить иначе, Ровена, но ты вынудила меня. Гейлорд объяснит тебе, где найти брата, и даст денег, чтобы ты могла останавливаться в пути на ночлег. Больше ни на что не рассчитывай.
Лицо Ровены исказилось гримасой ярости.
— Я уйду, — прошипела она, — но ты еще обо мне услышишь.
Тут она сообразила, что выбрала неверную тактику и угрозами ничего не добьется, и уже спокойнее добавила:
— Однако я разумная женщина. Я даю тебе неделю на то, чтобы ты одумался. Мне ли не знать твоего бешеного нрава? Остыв, ты поймешь, что прогонять меня невыгодно. Когда захочешь меня видеть, найдешь в деревне. Но если я не дождусь тебя в течение недели, — добавила она многозначительно, — ты очень пожалеешь, что так низко со мной обошелся.
С этими словами она повернулась и вышла из комнаты.
— Боюсь, вы нажили себе грозного врага, милорд, — покачал головой Гейлорд, который все это время молча слушал.
— Ровена не может навредить мне, она ничего не знает, — ответил Джейми. — Давно следовало прогнать эту стерву, да вот хотел устроить ее получше.
Пусть теперь брат с ней возится, а я умываю руки.
Проследи, чтобы через час ее здесь не было.
— Хорошо, — ответил Гейлорд, уверенный в том, что Ровена так просто не исчезнет из их жизни. — А леди Алита? Вы думаете, она в самом деле убежала к Эвану Грею?
— Скорей всего, — с горечью ответил Джейми. — Моя жена всегда предпочитала богатого лорда Грея мужлану с мозолистыми руками.
— Вы не мужлан, Джейми. В ваших жилах течет кровь столь же благородная, что и в жилах вашей жены. Вы происходите из достойного, знатного рода.
Среди ваших предков был даже один король.
— Объясни это моей жене.
— Неужели вы позволите лорду Грею торжествовать победу?
— Нет! — воскликнул Джейми. В этом восклицании прозвучала такая грозная решимость, что Гейлорд невольно попятился. — Этому не бывать! С самого рождения дочери лорда Сомерсета было суждено стать моей женой, и ею она останется до смерти. Эван Грей отнял у меня все, но Алиту он не получит.
— У вас не хватит людей, чтобы пойти штурмом на поместье Греев, — напомнил Гейлорд.
— Если ты говоришь о поместье Мортимеров, — поправил его Джейми, — то я и не собираюсь брать его приступом. Мне ли не знать, что оно неуязвимо?
Может, ты забыл, что я провел там все мое детство?
— Я ничего не забыл, Джейми.
— Тогда ты должен помнить, что усадьба вся изрыта потайными ходами, и ребенком я не раз играл в этих темных коридорах.
— Бог мой, Джейми! Забыл! О потайных ходах забыл! Видно, старость все-таки берет свое.
— Зато я не забыл, дружище. Я помню каждый закоулок в этих замысловатых подземных лабиринтах.
Здесь в Крикките я дал себе слово: сделаю все, чтобы не забыть отчий дом. И каждый вечер перед сном вспоминал каждый вход и выход из тайных переходов. Я и теперь знаю на память каждую пядь усадьбы Мортимеров.
Гейлорд с восторгом смотрел на хозяина. Он знал, что Джейми — необыкновенный человек, но всякий раз заново поражался его способностям.
— А как вы переберетесь через ров и крепостную стену? Не станут же они опускать для вас мост.
Джейми весело хмыкнул:
— Очень просто. Один из подземных тоннелей выходит в пещеру по другую сторону стены. Если помнишь, вход в нее скрыт кустарником. Найти его может только тот, кто о нем знает. Ведь эти ходы прорыли на случай, если придется спасаться, когда крепость попытаются взять штурмом или осадой. Я дождусь темноты и проберусь в усадьбу.
— Но прошло столько лет, — задумчиво произнес Гейлорд, — тоннели могут быть засыпаны. А леди Алита… Согласится ли она уйти с вами?
У Джейми заиграли желваки на скулах.
— Согласится или нет, неважно. Все равно ей придется уйти. Она — моя жена.
Даже Гейлорду Джейми не решился сказать, какую чудовищную боль причинила ему принесенная Ровеной весть о том, что Алита убежала к его сопернику.
Он не собирался влюбляться, но тело и душа не подчинялись рассудку. Алита всецело завладела его мыслями, чувствами.
