— Центральный вокзал Идо, прибытие через пять микротемпов, — сообщил электронный голос откуда-то сверху.
Объявление вывело Иру из оцепенения. Она понятия не имела, сколько это «пять микротемпов» в минутах или, может быть, даже секундах, поэтому снова поспешно проверила почту. Ответа от Андрия не было. Ира вздохнула, отчего ее хобот издал дрожащий звук, похожий на «фрр».
На вокзале ей предстояло пересесть на ту самую подземку. Благо как только она выгрузилась из вагона вместе с другими фулонгийцами, прозвучало объявление: «Начинается посадка на экспресс до станции „Космопорт Бушууг“. Отправка через десять микротемпов».
«Как тут у них все точно рассчитано. Только вышла, уже и пересадка на другой поезд, и не надо часами ждать». Ира чуть успокоилась — судя по тому, сколько их трубосостав (хотя ему скорее подходило название «турбосостав») летел до вокзала после объявления о пяти микроциклах, у нее в запасе было еще около получаса. «Разберусь», — заверила она себя.
В здании вокзала было… многоинопланетянно… очень многоинопланетянно… Ира сперва слегка растерялась — такого скопления пылесосов и переплетения эскалаторов она еще не видела. И это не считая снующих повсюду летающих платформ, перевозящих группки пассажиров и их ручную кладь. Инопланетяне роились как пчелы в улье, и среди них были не только местные жители. Вот вышагивает человекоподобный тип в белом скафандре (Ира порывалась помахать ему хоботом, но гуманоид уже скрылся в лифте), вот мимо ползут какие-то плоские животные, похожие на электрических скатов, издавая свистящие звуки и оставляя после себя на полу слизь… Все четыре глаза Ирины разбежались в разные стороны так, что закружилась голова. Или у нее нет головы, а только тело?..
— Дорогу, малой! — Ушные впадины Иры чуть не стали еще глубже, неприятно сдавив что-то внутри.
Ира поспешно посторонилась, пропуская огромное монстрообразное существо, усеянное шипами, которое тащило какие-то ящики в сопровождении яркого полицейского дроида.
Ира снова огляделась. Вернее, она и так глядела во все стороны, но… пару раз моргнула, чуть сфокусировав зрачки.
«Это хорошо, — подумала она, — в такой толпе меня ни за что не найдут. Только Андрий вот про жетончик говорил». Но сейчас она его выбросить никак не могла — он был последней ее надеждой на данный момент. «Андрий не отвечает. Что-то могло случиться. Вдруг папа его вычислил?» Ира шмыгнула хоботом, достала из ранца оставшийся билет и направилась к пропускному турникету на экспресс.
В зале ожидания царила такая же сумятица, как и во всем здании вокзала. Места, видимо сидячие, располагались полукругом, отчего походили на трибуну римского амфитеатра. Только сиденья на восходящих рядах были разных размеров. Ира даже заметила какое-то двухметровое аморфное создание в скафандре, который размеренно колыхался волнами под давлением тела инопланетянина.
От турникета она сразу же направилась к вытянутой горизонтальной стойке напротив мест для отдыха. Большая вывеска над ней гласила: «Теотеотек», что на местном означало нечто вроде «фастфуд». «Так, посмотрим, что там Андрий мне купил». Ира вставила жетон и уверенно ткнула в оба разрешенных для покупки пункта меню — названия блюд ей все равно ни о чем не говорили.
Из автомата вывалился продолговатый пластиковый цилиндр с мутной жидкостью внутри, а следом за ним разноцветный тюбик, как от зубной пасты, только побольше. Ира взяла еду, встряхнув цилиндр. Со дна поднялась какая-то взвесь с редкими кусочками, отдаленно напоминающими мясо, вперемешку с гибкими нитевидными трубками. «Хм, похоже на суп с лапшой… Ладно, попробую в поезде…» Ира переложила контейнеры в задние руки — что оказалось, кстати, очень удобно — и, размахивая ими, двинулась на платформу для погрузки в лифты, ведущие к экспрессу. Она не рискнула заходить в кабину с каким-то полупрозрачным, как туман, существом, а подождала другого лифта, вынырнувшего из-под ног, и вместе с группой таких же «чайников», как она, влезла в просторную капсулу.
Подземка тут и называлась подземкой, потому что была настоящей подземкой. Скорее даже сквозьземкой. На диалекте фулонгийцев это звучало как «пронизывающая труба». Поезд, судя по трехмерной карте, действительно туннелем пробивал насквозь планету почти по ее диаметру. «Вот ведь круто, — думала Ирина, — увижу, что там, в недрах земли! Лаву, наверное!»
Ее крючковатые ножки внезапно подкосились, словно кто-то такой же грузный упал на нее сверху. Ирина не удержалась и села на пол, чувствуя, как ее заботливо поднимает пара хоботов других пассажиров рядом.
— Малыш, вот же красный индикатор, — сказал большой бледно-розовый пылесос, аккуратно тащивший ее за переднюю руку вверх, — притяжение включено.
Кабину вдруг резко перевернуло на девяносто градусов, и Ира поняла, зачем притяжение включено.
— Спасибо, — благодарно продудела она фулонгийцу.
Тот свернул хобот в кольцо, Ира была почти уверена, что он улыбнулся.
— Экспресс Идо — Бушууг отправляется через один микротемп. Пассажиры, пройдите в каюты для стазиса.
«Черт, стазиса! Выходит, никаких недр я не увижу».
Участливый пылесос подтолкнул ее к выходу на платформу с очень низким потолком, слабо освещенную ветвящейся сеткой неоновых ламп на стенах. «Поезд» представлял собой нескончаемый хоровод одноместных цилиндрических вагончиков. Он был похож на предыдущий, только намного уже. Серебристый, длинный, как гигантская анаконда, разрубленная на равные кусочки.
— Идем, не то опоздаем. — Бледный мягко взял ее за руку и повел куда-то в хвост состава. — Там свободные места.
Ирина не сопротивлялась, изумленно глядя на проплывающие мимо кабинки, в которых лежали пылесосы, и не только, окруженные игольчатой дымкой какого-то энергетического поля.
— Вот, — сказал провожатый, — фиолетовый — значит не занято. Заходи.
Ира боком влезла в тесное купе, пылесос тут же сам захлопнул за ней дверь и, проведя по иллюминатору хоботом, двинулся дальше.
— Стазис, три, два, один, — раздался голос прямо над ее «ухом».
Ира даже не успела ничего сообразить, как почувствовала несильную встряску, похожую на легкий удар током, и отключилась.
— Извините, пустите, пропустите, пожалуйста! — Ира, с трудом балансируя на ущербных конечностях, неслась вперед, протискиваясь между массивными телами гудящих фулонгийцев.
Чем-то это напоминало пересадку на станции метро в час пик. И нужно было бежать. Бежать вперед, подальше… «Подальше от очередного навязчиво великодушного пылесоса, который ради внимания к ребенку готов, наверное, пропустить собственный рейс. — Ира запыхтела, отталкивая хоботом спину впереди. — Вон тот бледный слоняра — уже стоит на перроне, заглядывая в мое купе! Ну кто бы сомневался! — Ира прибавила ходу, отчего непривычные к такому темпу ноги пошатывались в коленках. — Фигушки ему! Знаем мы уже местную участливость!» У Иры, конечно, была парочка заготовленных отмазок насчет того, как отвязаться от фулонгийца в случае чего. Она в очередной раз могла бы сказать, что Умтак на космодроме встречает отца-астронавта, возвращающегося из долгого перелета. Но вряд ли бы это сработало. Провожатый поверил бы безоговорочно — они тут все такие (интересно, есть ли тут преступность в принципе?), но непременно вызвался бы проводить ее прямо на посадочную полосу, познакомиться с ее «таком». Ира явственно представила долгие дудения, обмахивания друг друга хоботами и прочий обмен любезностями с ее гипотетически прибывшим отцом. Видимо, местным подобные ритуалы доставляли огромное удовольствие, ну, кроме чувства выполненного долга, конечно. Поэтому Ира, как только поле стазиса отключилось, похватав двупалыми ручками купленные контейнеры с едой, неуклюже выбралась из вагончика и ломанулась за другими пассажирами в сторону лифтов. «Скорее оторваться, затеряться в толпе. Хорошо, что я маленькая». В просвете напирающих сзади бочкообразных туш снова мелькнул добрый самаритянин, все так же стоящий у ее кабинки и растерянно моргающий глазками.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
