Чем-то это напоминало пересадку на станции метро в час пик. И нужно было бежать. Бежать вперед, подальше… «Подальше от очередного навязчиво великодушного пылесоса, который ради внимания к ребенку готов, наверное, пропустить собственный рейс. — Ира запыхтела, отталкивая хоботом спину впереди. — Вон тот бледный слоняра — уже стоит на перроне, заглядывая в мое купе! Ну кто бы сомневался! — Ира прибавила ходу, отчего непривычные к такому темпу ноги пошатывались в коленках. — Фигушки ему! Знаем мы уже местную участливость!» У Иры, конечно, была парочка заготовленных отмазок насчет того, как отвязаться от фулонгийца в случае чего. Она в очередной раз могла бы сказать, что Умтак на космодроме встречает отца-астронавта, возвращающегося из долгого перелета. Но вряд ли бы это сработало. Провожатый поверил бы безоговорочно — они тут все такие (интересно, есть ли тут преступность в принципе?), но непременно вызвался бы проводить ее прямо на посадочную полосу, познакомиться с ее «таком». Ира явственно представила долгие дудения, обмахивания друг друга хоботами и прочий обмен любезностями с ее гипотетически прибывшим отцом. Видимо, местным подобные ритуалы доставляли огромное удовольствие, ну, кроме чувства выполненного долга, конечно. Поэтому Ира, как только поле стазиса отключилось, похватав двупалыми ручками купленные контейнеры с едой, неуклюже выбралась из вагончика и ломанулась за другими пассажирами в сторону лифтов. «Скорее оторваться, затеряться в толпе. Хорошо, что я маленькая». В просвете напирающих сзади бочкообразных туш снова мелькнул добрый самаритянин, все так же стоящий у ее кабинки и растерянно моргающий глазками.
А капсула лифта уже поднимала Ирину на поверхность, к грязно-желтому свету, подальше от слегка гнетущего полумрака подземки. «Осталось найти Макса, выкупить его корабль, и все — можно начинать думать, как быть дальше». Макс… кажется, за последние дни они хоть и с трудом, но начали находить общий язык. Сперва Ира всерьез думала, что Макс — искусственный интеллект, робот, но после… «Нет, кажется, у него есть что-то вроде души… Только чувства у этой души какие-то странные. Он и живой, и неживой, какой-то средний. Но точно не плохой… Нет, Макс — даже хороший, пожалуй», — решила она.
На штрафплощадку пробраться оказалось намного легче, чем Ирина себе нарисовала в мыслях. Она сверила маршрут у очередного терминала и засеменила к переходу из вокзала в космопорт. И даже там ее никто не остановил. У эскалатора дежурили какие-то пылесосы в зеленых с нашивками обмотках вокруг нижней части туловища и проволочных венцах, опоясывающих ушные впадины, но они не обратили на Иру внимания. «Видимо, тут невежливо предлагать свою помощь даже ребенку, если только он не упал или не плачет, например». А когда даже такой недоросль, как Умтак, уверенно вышагивает мимо тебя, вмешиваться причин нет. Ира попробовала скорчить серьезно-деловитую гримасу на подъезде к патрульным, жутко волнуясь — все-таки местные стражи порядка могут и до дому проводить. Она попыталась заставить свой «фасад» поморщиться, но вышло только, что кончик ее хобота сплющился, перекрыв дыхание. «Глупая затея… — Ира расслабилась. — Да и кто знает, что именно это „выражение хобота“ тут означает?»
Фулонгийцы в зеленом ее даже не заметили. Ира выдохнула и свернула в широкий боковой туннель, преодолела еще пару эскалаторов и вышла на полосу для конфиската. Прохладный воздух защекотал хобот изнутри. После душной толчеи космопорта это, вкупе с рассеянным утренним светом и отсутствием нависающей сферы Процион-11 было приятно.
На штрафплощадке было не так пусто, как предполагала Ирина: несколько десятков фулонгийцев бродили по полю, деловито рассматривая корабли, как в автосалоне. Ира прошла мимо трех больших ангаров, возле которых было наибольшее скопление покупателей. Грузовые платформы-автокары постоянно вывозили ящики с изъятыми и уже проданными товарами. Однажды она увидела налетающей платформе сверкающего стальными пластинами робота трехметрового роста и весьма устрашающего вида: вместо головы у него была башенка, как у танка, с коротким толстым дулом. Ира поежилась и ускорила шаг.
Макса она узнала издалека, и не только по выбитой надписи на боку «МА-Икс 8350», а и потому, что тут был только один корабль подобного класса. Может, для местных пылесосов у него слишком уж инопланетный корпус — неровный, вытянутый, с дисковидными полукружьями по бокам. Большая часть звездолетов, выстроившихся в два ряда по сторонам, имели совсем другие формы: так любимые фулонгийцами цилиндры с конусообразными верхушками — длинные, похожие на земные ракеты.
Голограмма у трапа совсем не напоминала взбесившегося качка-дворника, как тогда на Байконуре. «Боже, а ведь прошло совсем немного времени!» Ира еще раз взглянула на полупрозрачное полотно, висящее в метре над землей, — сухое застывшее перечисление технических характеристик и цена. Ирина попробовала взобраться по трапу, но не тут-то было — ее нижние конечности просто не могли дотянуться до следующей ступеньки. Она остановилась в нерешительности.
— Малыш, — донеслось из трюма. Это был голос Макса, но вроде и не Макса вовсе. Какой-то слишком бесцветный, безэмоциональный. — Сойди с трапа, пожалуйста.
Ира подчинилась, отступив на пару метров. Пластины лестницы вдруг повернулись вокруг своей оси, образовав покатую горку. «Надо же! Он и такое умеет, оказывается».
— Поднимайся. Хочешь корабль посмотреть? — спросил механический голос.
Если бы Ира могла кивнуть, она бы это сделала. А так просто выдавила невнятный звук из голосовых связок и полезла по пологому склону наверх, цепляясь хоботом за перила.
— Макс! — позвала она почти шепотом, добравшись до трюма.
Никто не ответил.
— Ма-а-акс, — повторила Ира.
— Ты… ты, малыш, имеешь в виду предыдущего хозяина? Так к нему обращались некоторое время назад, — сообщил тот же голос.
— Да.
— Его здесь нет.
— А вы тогда кто?
— Я — искусственный интеллект этого корабля, компьютер.
— А где Макс? — Ирина шарила глазами по непривычно пустому трюму.
— Отбывает наказание, поэтому корпус и выставлен на продажу. А ты что здесь делаешь, малыш?
— Где отбывает? — Она, как всегда, проигнорировала вопрос.
— Хм… Малыш, ты мне кажешься знакомым. — На том конце провода задумались. — Не пойму только чем? В моих логах о тебе упоминаний нет. Так что тебя привело сюда, где твои родители?
— Папа возвращается из космической экспедиции, — выдала Ира стандартную ложь, — должен скоро подойти. Мама попросила меня выбрать ему подарок к годовщине… к годовщине… как это… «слияния трех».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
