сторону, испуская тот самый шипящий свист.
- Что это? – прошептала я, протянув руку, чтобы коснуться Любаши, но черта, разделяющая нас превратилась в крепкую, хоть и прозрачную стену. – Марья, что происходит?!
- Как что? Сейчас родится новая ведьма… - равнодушно ответила она, поднимаясь на ноги и приближая лицо к границе черты. – Та, что не станет отрицать свою сущность…
- Ведьма? – переспросила я, помня, что она обещала силу, нам двоим. – Одна?
- Одна… - Марья смотрела, словно сквозь нас. – Я вытащила из вас тьму и свет, сейчас они разделятся и наполнят два сосуда. Тебя и твою сестру. Она возьмет весь свет, а ты всю тьму. Убьешь ее, и мы навсегда избавимся от того, что нам никогда не было нужно. Свет только мешал тьме захватить каждый уголок души нашего рода.
- Что?! – я отшатнулась от этого лица, искаженного злобной ухмылкой. – Убить?!
Любаша тоже слышала это и теперь испуганно махала руками, словно останавливая меня, но я и не собиралась этого делать.
- Или ты убьешь ее или умрете вместе, - прошипела ведьма. – Выбор не велик, внученька… Ты сильнее сестры, я сразу это поняла, и все было решено мною в тот же момент.
- Я не буду этого делать, - угрюмо произнесла я. – Никто меня не заставит.
- Да? – не переставая ухмыляться, она достала из кармана небольшой нож с изогнутой ручкой, на которой были начертаны древние руны. – А это мы сейчас посмотрим.
Марья поднесла нож к губам и прошептала:
- Заставь ее руки кровь пролить! Срастись с ее ладонью! Стань с ней единым целым! Пролей кровь! Пролей!
Я с ужасом смотрела, как она бросает нож в круг и тот поднимается в воздух. Нож метнулся в мою сторону, шлепнулся о руку, упал, но снова взметнулся вверх. Он полоснул меня по плечу, и как только я подняла руку, машинально хватаясь за рану, впечатался в мою ладонь.
Я попыталась было отбросить его от себя, но его словно приклеили к коже. Любаша в ужасе наблюдала за происходящим, а нож тянул меня к ней прямо через черту. Преград больше не было и, несмотря на мое сопротивление, расстояние между нами стремительно уменьшалось. Нет, я не могла убить человека! Тем более Любашу! Никогда!
Мне почему-то захотелось мысленно обратиться к книге. Не знаю, откуда появилась это желание, но противиться ему я не стала.
- Помоги! Помоги! Книга, помоги мне! – взмолилась я, прикрыв глаза и в этот момент перед ними стали мелькать страницы, исписанные густыми строчками. Понимание пришло ко мне так резко, что на моем лице появилась улыбка.
- Не бойся, Любаша, - сказала я, подмигнув ей. – Верь мне, хорошо?
Она кивнула, и я полоснула по ее ладони острым лезвием, а потом полоснула по своей. Наши руки встретились, касаясь друг друга кровоточащими ранами, и тут же все вокруг озарилось ярким светом…
Раздался громкий вой, а когда свет рассеялся, мы увидели, как в дыре погреба скрываются ноги Марьи. Дверца захлопнулась и Любаша простонала:
- Закрыла нас, ведьма! Вот же тварь, какая твоя родственница!
- Она и твоя родственница тоже, - я истерично хохотнула. – Черт, что дальше делать?
- Не знаю, но его убери от меня подальше. – Люба кивнула на нож, лежащий у моих ног. – Летающих ножей я еще не видела…
Я отпихнула его ногой и ведьмовское оружие со звоном впечаталось куда-то в темный угол.
Мы с Любашей шаг за шагом исследовали погреб, но другого выхода, кроме как в который мы пришли, не было. Каменные стены, земляные полы, сводчатый потолок с черными полосами копоти… Я несколько раз мысленно попросила книгу вызволить нас отсюда, но ничего не выходило. Возможно, был какой-то лимит желаний, которые она исполняла или что-то в ней сломалось - это оставалось загадкой. А возможно случилось и что-то похуже, например книгу нашла Марья.
- Можно попробовать чуть позже. Вдруг получится, - успокаивала меня Любаша, хотя в ее глазах тоже плескался страх. – Мы ведь не знаем, как это все работает.
Оставалось надеяться только на это. Мы потушили большую часть свечей в целях экономии и уселись на бочках с какими-то солениями. Их было две, и они стояли в самом дальнем углу, тускло поблескивая медными обручами.
- Слушай, вот никогда бы не подумала, что в призрачном мире капусту солят… - хмыкнула Любаша, постукивая кулачком по деревянной крышке. – Как-то не вяжется это с заблудшими душами, переходом, Светочем…
- А с чего ты взяла, что в бочках капуста? – она насмешила меня своим предположением. – Может там смола из преисподней!
Любаша тоже рассмеялась, а потом потянула носом.
- Да ну, пахнет квашеным! Вот принюхайся!
Я потянула носом и действительно унюхала аромат чего-то квашеного. Спрыгнув с бочки, я открыла крышку и удивленно уставилась на ее содержимое.
- Что это такое?
Люба сунула нос в емкость с темным содержимым и через секунду протянула:
- Грибы что ли?
Оглядевшись, я заметила на полке большой ковш на длинной ручке и, взяв его, опустила в бочку.
- Точно грибы!
Подцепив ковшом густую жидкость, я заметила в ней странные грибы с юбочкой на тонкой ножке и с черной, почти синеватой шляпкой.
- Черные поганки, - сделала вывод Любаша. – О них этот, с сережкой в ухе, говорил. Помнишь?
- Помню. А зачем они им интересно? – я понюхала содержимое ковша. – Пахнет обычными грибами…
- А если съесть? – глаза Любаши блеснули в полумраке. – Может что-то случится?
- Ага, смерть случится! Это поганки, дурочка! – я плюхнула грибы обратно в бочку. – Не будем мы ничего пробовать!
Любаша задумчиво смотрела на черную жидкость, а потом вдруг засунула туда руку.
- Ты что делаешь?! – я схватила запястье и выдернула ее руку из бочки. – Люба! Как ребенок, ей Богу!
- Смотри… - приоткрыв рот, она таращилась на свою ладонь, и я повернула ее руку к себе. Рана, оставленная ножом, затянулась у меня на глазах. – Чудо…
- Действительно чудо… - я и так и эдак вертела ее конечность, пытаясь разглядеть рваную кожу и красную полосу. Но нет, раны не было.
- То, что в бочке, заживляет раны! – радостно воскликнула Любаша. – Представляешь?!
Я представляла. Поэтому взяла с полки какой-то пузырек с пробкой и набрала в
