В итоге к концу года плановые цифры освобождаемых по обоим постановлениям ГКО оказались даже несколько превышены. В общей сложности по домам отправились 950 514 военнопленных, из них 408 248 из тыловых лагерей, а остальные 542 266 – из фронтовых[339]. Так что, с одной стороны, Г.Ф. Кривошеев был близок к истине, когда написал, что «около 600 тыс. чел. после соответствующей проверки были освобождены непосредственно на фронтах». Но с другой – он утаил основные причины, по которым их отпустили домой. А главное – он то ли по ошибке, то ли сознательно ввел своих читателей в заблуждение относительно времени их освобождения. А ведь оно имеет принципиальное значение для определения действительного соотношения безвозвратных потерь сторон за весь период Великой Отечественной войны. Видимо, именно поэтому Г.Ф. Кривошеев и приписал их всех скопом к захваченным в плен в ходе боевых действий. Между тем, судя по времени и причинам их освобождения, большинство из них относилось к капитулировавшим уже после 9 мая 1945 г.
Учитывая, что из всех отпущенных тогда на свободу из фронтовых лагерей военнопленных 126 451 были венграми, а 4835 – румынами[340], на долю военнослужащих германских вооруженных сил среди этих людей остается 410 980 чел. Так сколько же из них попало в плен еще до окончания войны? На этот непростой вопрос тоже можно ответить, хотя и приблизительно. Судя по справке о движении военнопленных по состоянию на 21 мая 1945 г., с 9 по 19 мая перед Красной Армией капитулировали 1 239 950 вражеских солдат и офицеров. К концу этого периода на ее фронтовых сборных пунктах и лагерях, в госпиталях и в пути в тыловые лагеря находилось еще 1 505 006 чел.[341] Следовательно, к моменту капитуляции Германии во фронтовых лагерях находилось 265 056 военнопленных, или 21,4 % от захваченных. Если исходить из того, что освобожденные из фронтовых лагерей германские военнопленные были достаточно равномерно распределены среди всех остальных, то выходит, что среди плененных в ходе боевых действий их насчитывалось примерно 87,9 тыс.
Сложив это число с уже рассчитанной нами численностью пленных германских военнослужащих, поступивших в лагеря ГУПВИ за время войны (1190,9 тыс.), получим, что советские фронтовые и тыловые лагеря военнопленных суммарно приняли 1278,8 тыс. чел.
Однако на этом наши расчеты все еще не закончены. Среди плененных Красной Армией солдат и офицеров противника, не попавших в советские лагеря военнопленных, Г.Ф. Кривошеев упоминает следующие категории:
– около 57 тыс. умерших в пути от ран, болезней и обморожений, так и не достигнув тыловых лагерей;
– более 220 тыс. граждан СССР, служивших в вермахте или принимавших участие в войне на стороне фашистской Германии;
– 14,1 тыс. военных преступников, направленных в специальные лагеря.
С последними хотелось бы разобраться подробнее. Дело в том, что в общую статистику вражеских военнопленных в СССР вошли как осужденные советскими трибуналами военные преступники из их числа, так и те, которых по разным поводам отправили в тюрьмы. В справке ГУПВИ от 28.01.1949 для них отводились специальные графы с причинами их убытия из общего списка[342]. В то же время специальные лагеря и тюрьмы НКВД для военных преступников тоже существовали. Они были организованы на территории Германии, но приказ № 00461 об этом Л. Берия подписал 10 мая 1945 г., то есть уже после окончания войны[343]. А те из их потенциального контингента, которые были арестованы еще ранее и относились к командно-политическому составу вермахта, войск СС и фольксштурма, вместе со многими другими были отправлены в обычные лагеря для военнопленных[344] и, соответственно, вошли в их статистику.
Так что всего вражеских военнопленных, не попавших в советские лагеря, набирается 277 тыс. чел.[345] Но среди этих людей, так же как и среди всех остальных военнопленных в статистике Г.Ф. Кривошеева, были как захваченные в плен в ходе боевых действий, так и капитулировавшие после 9 мая 1945 г. Чтобы узнать количество тех и других, воспользуемся аналогичной пропорцией между известными нам числами германских военнопленных, попавших в советские лагеря до (1278,8 тыс.) и после дня Победы (1320,5). Доля плененных до окончания войны составляет 49,2 %, следовательно, расчетное число так и не попавших по разным причинам в советские лагеря германских военнопленных получается равным 136,3 тыс.
Добавив его к уже подсчитанной нами суммарной численности германских военнопленных в советских фронтовых и тыловых лагерях (1278,8 тыс.), в итоге получим, что Красная Армия в ходе Великой Отечественной войны до момента капитуляции Германии пленила 1415,1 тыс. военнослужащих ее вооруженных сил.
Тут хотелось бы остановиться еще на одном очень важном аспекте. В своем очевидном стремлении преувеличить военные успехи Красной Армии и затушевать ее неудачи коллектив Г.Ф. Кривошеева непомерно завысил число захваченных ею до 9 мая 1945 г. германских военнопленных. При этом он, сам того не замечая, полностью дискредитирует советскую систему лагерей ГУПВИ и, хочет он этого или нет, обвиняет ее в неоправданной жестокости. Ведь любые фальшивые натяжки в статистических балансах неизбежно отражаются на каких-то их результатах, и тогда тайное рано или поздно становится явным.
Мы уже продемонстрировали это ранее на примере уровня смертности советских военнопленных в германских лагерях, а теперь сделаем то же самое для германских военнопленных – в советских. Использование для этого расчета только данных самого Г.Ф. Кривошеева дает опять-таки более чем неожиданный результат. По его утверждению, до 9 мая 1945 г. в советский плен попали 3576,3 тыс. военнослужащих Вооруженных сил Германии, после него – еще 1 591 125[346], а всего их получается 5167,4 тыс. Если вычесть из этого числа 600 тыс. освобожденных непосредственно на фронтах, 220 тыс. граждан СССР, служивших в вермахте или принимавших участие в войне на стороне фашистской Германии, 14,1 тыс. военных преступников, направленных в специальные лагеря, и около 57 тыс. умерших в пути от ран, болезней и обморожений, то остается 4276,3 германских военнослужащих, попавших в советские лагеря военнопленных.
А сколько же из них в конце концов возвратилось домой? По сведениям Г.Ф. Кривошеева, было освобождено и репатриировано 2 352 671 военнопленных вермахта. А вот недостающие 1923,6 тыс., выходит, так и не пережили плена. Больше того, учитывая 57 тыс. умерших в пути от ран, болезней и обморожений, получается, что из 4333,3 тыс. плененных в СССР солдат и офицеров вермахта и войск СС умерли в лагерях НКВД или по дороге к ним 1980,6 тыс., то есть немногим меньше половины – 45,7 %. Столь чудовищно высокий уровень смертности переходит всякие разумные пределы и поневоле напоминает о целенаправленной политике геноцида, которой подвергались советские военнопленные в нацистских лагерях. Вот к каким не только абсурдным, но и, в сущности, опасным выводам приводит доверие к лукавой арифметике Г.Ф. Кривошеева!
А ведь общее количество умерших в лагерях НКВД СССР военнопленных уже давно точно известно. Их было 518 520 из попавших туда 3 486 206 чел.[347] Учитывая еще 57 тыс. пленных, умерших в пути, так и не достигнув этих лагерей, получим, что уровень смертности в советском плену составил 16,2 %, или почти втрое ниже цифры, рассчитанной нами при некритическом использовании информации из статистического исследования.
Пора подвести итог. Безвозвратные потери Вооруженных сил Германии на Восточном фронте за период Великой Отечественной войны определим путем сложения общего количества убитых, умерших или пропавших без вести, но впоследствии признанных погибшими, военнослужащих (3526,5 тыс.), с суммарным числом немецких военнопленных (1415,1 тыс.). В результате получим их общее число – 4941,6 тыс. чел., или почти в полтора раза меньше, чем 7181,1 тыс., которых насчитал коллектив Г.Ф. Кривошеева.
Потери союзников Германии и СССР на советско-германском фронте
По данным коллектива Г.Ф. Кривошеева, суммарные безвозвратные потери Вооруженных сил Германии и ее союзников на советско-германском фронте составили 8649,3 тыс. чел.[348] Но эти данные, судя по всему, заметно завышены. Прежде всего вызывает законные сомнения бросающийся в глаза разнобой в цифрах безвозвратных людских потерь Германии и ее союзников на советско-германском фронте при сравнении данных исследований 1993[349] и 2001 гг.[350] В отличие от СССР во всех воюющих странах вскоре после войны (не позже 1951 г.[351]) были проведены переписи населения, поэтому работы по определению реальных цифр их потерь опираются на значительно более точную демографическую базу, чем в СССР. И хотя за восемь лет, прошедших между вышеупомянутыми публикациями Г.Ф. Кривошеева, эта база не изменилась, суммарные безвозвратные потери сателлитов Германии были им уточнены. Они вдруг уменьшились на 257,6 тыс. чел. (в то время как число попавших в плен увеличилось на 33,2 тыс.), несмотря на дополнительное включение в их число Словакии. Но, что еще более удивительно, как раз на такую же величину вдруг увеличились и безвозвратные потери Германии. И при этом количество немецких пленных возросло сразу на 1004,7 тыс.
