таким красивым, как сегодня, несмотря на траур. И когда Клер уселась на сиденье рядом, Бертий шепнула:
— Ты только посмотри на Фредерика! Какие красивые глаза! Зеленые, как первые весенние листочки! А плечи!
— Можешь не расхваливать, он меня больше не интересует, — оборвала ее кузина. — Смотри-ка, Базиль идет к нам! Держу пари, будет совестить меня за дурное поведение!
Бывший учитель улыбнулся девушкам, приветственно приподнял шляпу. Сидя рядышком в экипаже, обе были красивы как картинка. Вот только в черных глазах Клер читался вызов, и Базилю это не понравилось.
— Не смотри на меня так, — негромко произнес он. — Клер, я тебе не враг. И так спокойно говорю при Бертий, потому что уверен: она в курсе всех твоих секретов. Девочка моя, будь осторожна! Нет ничего хорошего в том, чтобы убегать из дома по ночам, особенно когда отец тебе доверяет.
Клер знаком попросила его говорить тише. Базиль покачал головой и спросил:
— Ты виделась еще с этим Жаном, в которого так влюблена?
— Нет! — огрызнулась девушка, злясь на себя за то, что краснеет. — А если бы и виделась? В мои годы уже можно иметь ухажера!
— Смотря кто этот ухажер! Я скажу так: приходи, и мы об этом поговорим. Крошка моя, если он парень серьезный, я непременно хочу с ним познакомиться. Посмотрю на него, послушаю и составлю свое мнение. Если он мне понравится, я ничего не скажу твоему отцу. Если же нет…
Бертий до боли сжала Клер руку: к ним направился Бертран Жиро. Погребальную церемонию он отстоял, понурившись, и был очень бледен. Базиль поздоровался с ним и поспешил прочь. Молодой человек погладил кобылу, потом повернулся к Клер и, пристально глядя ей в глаза, спросил:
— Могу я просить вас уделить мне немного времени? Нам нужно поговорить.
— Конечно, мсье! Мы вас внимательно слушаем! — ответила Клер.
— Вы неправильно меня поняли, мадемуазель. Я хотел бы побеседовать с вами лично! Надеюсь, мадемуазель Бертий меня извинит.
Юная калека изобразила на лице приветливейшую из улыбок. Да, ноги ее не слушались, однако она всегда старалась подчеркнуть правильным покроем платья свою тонкую талию и грациозную шею.
— Не стоит извиняться, мсье Жиро! — кокетливо отвечала она. — Беседуйте, сколько вам будет угодно! А я пока полюбуюсь прекрасными нарядами приезжих дам.
Бертран улыбнулся ей в ответ, заглянул в ее глаза, прозрачные, как ключевая вода. Ей невозможно было не посочувствовать: он взял ее затянутые в шелк пальчики и поднес к губам, как того требовали правила хорошего тона.
— Благодарю! Вы — само очарование, Бертий! Я не задержу вашу кузину надолго.
Бертий зарделась от удовольствия: столько внимания и комплиментов! Обойдя коляску, Клер медленно пошла вверх по проселочной дороге. Бертран поспешил следом. Он готовился к разговору, но теперь все слова в голове перемешались.
— Не знаю, помните ли вы, Клер, что я два года ходил с вами в одну школу? Разумеется, учились и гуляли мы раздельно, но я часто наблюдал за вами через ограду. Для меня вы были воплощением энергии, прямолинейности и красоты!
Девушка нахмурилась. Такого вступления она точно не ожидала. Одно было ясно: Бертран не пытается за ней ухаживать, потому что недавно женился. Она отвечала так:
— Очень мило с вашей стороны, Бертран! Но почему вы вспоминаете школу? И, при всем уважении, я вас совершенно не знаю.
— Знаете достаточно, чтобы выслушать меня! И чтобы понять, что я не желаю вам зла!
Бертран не сводил с нее глаз. Какой прекрасной женой и матерью она могла бы стать! Черты лица мягкие, говорящие о добром сердце, и в то же время эта женщина, бесспорно, умна, что придает ей еще больше очарования… Клер — красавица, но на свой, особый лад. Черные глаза, алые выразительные губы и аккуратный носик можно было бы назвать заурядными, если бы не жажда жизни, которой дышало все ее существо… А потом Бертран вспомнил, каким вчера увидел брата в кабинете: Фредерик был настолько пьян, что страшно было смотреть. И смелость сразу к нему вернулась. Нет, Фредерик такого сокровища не заслужил!
— Клер, я узнал о постыдной сделке, которую на днях заключили наши отцы.
— Мне не известно ни о какой сделке, мсье, — удивилась девушка.
— Не знаю, как и сказать… Ваш отец испытывает серьезные финансовые затруднения и занял денег у моего.
Клер замерла. Откуда ни возьмись накатила тревога, ей стало трудно дышать.
— И что? — с трудом выговорила она. — Теперь мы должны вам с братом. Вас это по какой-то причине не устраивает?
— Не в этом дело! — оборвал ее Бертран. — Мне плевать на эти деньги, Клер! Но единственным залогом этой сделки были вы! Мсье Руа поклялся своей честью, что брак состоится.
Бледная как полотно, Клер непонимающе смотрела на Бертрана. Он заметил, что губы ее уже не похожи на яркую спелую ягоду.
— Какой брак? — пробормотала она.
— Между вами и моим братом! Фредерик планирует жениться на вас в сентябре. Все это глупая затея, не так ли? Вы должны ему отказать!
Клер с ужасом посмотрела на церковную колокольню, выбеленную полуденным солнцем. Она переживала кошмар наяву.
— Да, глупая, — наконец заговорила она. — Сейчас не те времена, когда отцы женили детей против их воли. Мсье, отец меня любит, он не мог заключить такого рода сделку. Нет, это совершенно исключено!
Бертран снял белые перчатки, сунул их в жилетный кармашек. На лбу у него блестели крошечные капельки пота.
— Простите, Клер, но я считаю своим долгом вас уведомить. Нужно было сделать это помягче…
Но дело серьезное. Если мсье Руа не вернет долг немедленно, полагаю, вы лишитесь мельницы и всех принадлежащих вам земель. Я попытался переубедить Фредерика. Сегодня утром мы снова об этом говорили. Я даже предложил отдать ему эти деньги. Он рассмеялся мне в лицо. Правда в том, что мой братец в вас влюблен и желает этой свадьбы.
Клер не чувствовала под собой ног. Возможно, она не отреагировала бы так остро, не будь в ее жизни Жана. Первая, нежданная любовь все изменила, сделала ее уязвимой. Год назад, предложи ей Фредерик пожениться, она бы скакала от счастья. Теперь это представлялось невозможным. Клер волевым усилием взяла себя в руки. Только бы не разрыдаться!
— Спасибо, Бертран, что вы мне все это рассказали. Спасибо огромное! Теперь мне нужно поговорить с отцом. Он в ужасном положении, раз решился обменять меня на деньги, как какую-нибудь вещь! До свидания и еще раз благодарю!
Клер со всех ног побежала обратно.
Бертий, которая от скуки вертела в руках зонтик, с удивлением воззрилась на
