важным видом, прежде чем начать.
– Первая Хранительница позволила фее из Школы Золотой Звезды прыгнуть в портал, чтобы исправить крупную ошибку. И если в результате ошибки нечисть появилась только на Кэрлионе, то в новом варианте будущего и на Флавастрии тоже. Феи, конечно, устроили расправу с нечистью, – Беатия облизнула губы, будто очень хотела бы поучаствовать в подобной расправе, – но на Кэрлионе нечисть истребить так и не удалось. Более того, появились первые черномаги.
– Ясно, – задумчиво кивнул Лэннери. – А второй случай?
– Тут уже Хранительница пыталась помочь человеку, – Беатия заглянула в свиток, как ленивая ученица, не запомнившая урок до конца. – Тогда часто встречались не только черномаги, но и ведьмы, и одна из них спасла фея, в которого влюбилась без памяти. Должна была убить, а вместо этого вытащила из ловушки, подстроенной ему нечистью и хибри. Так вот, потом ведьму саму заманили в ловушку и убили, но фей, который тоже был в неё влюблён, пришёл к Хранительнице и попросил о помощи. Он говорил, что ведьма стала изучать чёрную магию, отчаявшись, а когда-то была доброй и мягкосердечной девушкой…
Лэннери вспомнил, как сон, свой разговор с Сайменом. «И выходит, что в жизни этих людей случилась какая-то беда, рассудок их помутился, а потом они увязли в этом болоте…» Возможно, в отношении некоторых черномагов и ведьм Саймен и был прав, но это не меняло того, что они – зло, и их необходимо уничтожать.
– Хранительница была растрогана этой историей и попробовала откатить время жизни ведьмы назад. Это выглядело как меняющиеся картинки; в конце концов, Хранительница остановила время и указала фею на картинку, где тогда ещё юная и совсем не злая ведьма хотела отомстить за гибель своей семьи и сожжение дома…
Беатия сделала паузу, переводя дыхание. Лэннери догадывался, что ничего хорошего не последует, и всё-таки мысль об управлении временем завораживала его. В этом есть что-то от истинного могущества, в отличие от суетливых полётов с палочкой наперевес за нечистью и хибри.
– Фей переместился в то время. Он хотел убедить девушку не мстить, но она твёрдо стояла на своём – а это путь, который и сделал её ведьмой. Тогда фей сказал: «Я отомщу за тебя, нет нужды марать руки. Загадай желание!»
– Дей-си-дери! – вырвалось у Лэннери. – Но ведь можно выполнять только те желания, которые не направлены на смерть и разрушение!
– И не принесут кому-то вреда, – Беатия отложила свиток и принялась загибать пальцы, – и не затронут чью-то судьбу, и не повлияют на ход времени, и… много других ограничений!
– Отчего мы, феи, и перестали исполнять желания, – добавил Лэннери, легонько постукивая палочкой по колену. – Надо же быть таким глупцом!
Беатия сдвинула брови, её безупречно чистый лоб пересекла складка.
– Он любил… любовь всё терпит.
– Терпеливым глупцом, значит, – усмехнулся Лэннери, выдержав её взгляд. – Так чем же закончилась эта нелепая история?
– Фей выполнил желание девушки, покарал злодеев, уничтожив их, и вернулся в своё время. А там обнаружил, что он сам в ловушке, а вместе с ним ещё несколько фей, а та девица всё-таки стала ведьмой. Фей напомнил ей о любви, но выяснилось, что в этой развилке они встретились лишь раз, и она в него не влюбилась. А значит, спокойно выпила из него всю кровь, чтобы продлить свою молодость, разрезала его тело на части и бросила в свой котёл.
– Поделом ему, – проворчал Лэннери. – Жаль, из-за влюблённого ублюдка пострадали другие феи!
Беатия слегка округлила свои невинные голубые глаза, услышав слово «ублюдок», но Лэннери ничуть не смутился. Фея, которая любит разгуливать с кровавыми пятнами на платье, уже не имеет права прикрывать уши ладонями, услышав бранное слово.
– Да и та Хранительница поступила, как дура, – Лэннери поднял глаза к чёрному небу. – Наша не столь сентиментальна: пальцем не шевельнула ради того, чтобы предупредить о грядущем нападении, не то что порталы ради нас открывать. Я одного не понял – как фей попал к Хранительнице? Где она обитает? Разве это не священная тайна?
Беатия развела руками:
– Понятия не имею. Может, потому местонахождение Хранительницы и стало священной тайной, что к ней бегали все, кому не лень!
– Тоже вариант, – согласился Лэннери, заткнул палочку за пояс, поправил котомку на спине и взлетел. – Ну что ж, Беатия, отдых закончился. Вперёд, к замку Эйзека Гервелекского!
Вздохнув, Беатия спрятала свиток и поднялась:
– Надеюсь, беседа не будет слишком долгой…
Замок рейгела, наверняка носивший какое-нибудь пышное название, был окружён рвом и высокой зубчатой стеной. Везде стояли часовые – просто так в замок не попадёшь, а где спальня рейгела, чтобы сразу туда влететь, феи не знали. Казалось, проще всего представиться страже, подождать, пока рейгела разбудят и он с неохотой примет гостей, которых предпочёл бы никогда не видеть. Но этой ночью Лэннери тянуло на подвиги.
– Давай заглянем в окошко вон той башни, – предложил он.
Окна в замке были крохотными – прямоугольные отверстия, из которых разве что стрелять было бы удобно или обливать врагов кипящей смолой. Лэннери слышал от Аргалена, что люди для того и строили замки, что воевать из-за стен, сидя в укрытии, безопаснее, нежели в чистом поле. Интересно, кипящая смола сразу убивает, или ещё какое-то время мучаешься?
– Вряд ли там спальня рейгела, – возразила Беатия, но, тем не менее, спустилась к окну башни. – Лэн, что бы ты предпочёл – метнуть стрелу кому-то в бок или вылить котелок горячего масла на голову?
Похоже, и она прежде всего подумала об осаде. Ох уж эти рассказы Аргалена! Лэннери усмехнулся в ответ:
– Лучше простить… и пустить белый луч.
Часовые внизу о чём-то переговаривались и вряд ли видели фей, которые светлячками влетели в башню.
В небольшой по человеческим меркам каморке никого не оказалось. Толстый слой пыли свидетельствовал о том, что сюда давным-давно не ступала ничья нога. Лэннери в предвкушении потёр руки.
– Превосходно, отсюда можно спуститься по лестнице и коридорами пробраться к рейгелу в спальню.
Беатия вздохнула и пробормотала еле слышно:
– Сейчас бы настой белокорня выпить, а то страшно немного…
Подняв палочку, Лэннери подлетел к двери, сказал: «Пер-тэ» и беззвучно отворил её; Беатия следовала за ним, то и дело зевая. Пожалуй, будет неплохо, если рейгел даст феям поспать ровно столько времени, сколько
