Завещание
Наедине с тобою, брат,Хотел бы я побыть:На свете мало, говорят,Мне остается жить!Поедешь скоро ты домой:Смотри ж… Да что? моей судьбой,Сказать по правде, оченьНикто не озабочен.
А если спросит кто-нибудь…Ну, кто бы ни спросил,Скажи им, что навылет в грудьЯ пулей ранен был,Что умер честно за царя,Что плохи наши лекаряИ что родному краюПоклон я посылаю.Отца и мать мою едва льЗастанешь ты в живых…Признаться, право, было б жальМне опечалить их;Но если кто из них и жив,Скажи, что я писать ленив,Что полк в поход послалиИ чтоб меня не ждали.
Соседка есть у них одна…Как вспомнишь, как давноРасстались!.. Обо мне онаНе спросит… все равно,Ты расскажи всю правду ей,Пустого сердца не жалей;Пускай она поплачет..Ей ничего не значит!
1841
Оправдание
Когда одни воспоминанья[198]О заблуждениях страстей,Наместо славного названья,Твой друг оставит меж людей, —
И будет спать в земле безгласноТо сердце, где кипела кровь,Где так безумно, так напрасноС враждой боролася любовь, —
Когда пред общим приговоромТы смолкнешь, голову склоня,И будет для тебя позоромЛюбовь безгрешная твоя, —
Того, кто страстью и порокомЗатмил твои младые дни,Молю: язвительным упрекомТы в оный час не помяни.
Но пред судом толпы лукавойСкажи, что судит нас инойИ что прощать святое правоСтраданьем куплено тобой.
Родина
Люблю отчизну я, но странною любовью![199]Не победит ее рассудок мой.Ни слава, купленная кровью,Ни полный гордого доверия покой,Ни темной старины заветные преданьяНе шевелят во мне отрадного мечтанья.Но я люблю — за что, не знаю сам —Ее степей холодное молчанье,Ее лесов безбрежных колыханье,Разливы рек ее, подобные морям;Проселочным путем люблю скакать в телегеИ, взором медленным пронзая ночи тень,Встречать по сторонам, вздыхая о ночлеге,Дрожащие огни печальных деревень.Люблю дымок спаленной жнивы,В степи ночующий обозИ на холме средь желтой нивыЧету белеющих берез.С отрадой, многим незнакомой,Я вижу полное гумно,Избу, покрытую соломой,С резными ставнями окно;И в праздник, вечером росистым,Смотреть до полночи готовНа пляску с топаньем и свистомПод говор пьяных мужичков.
Последнее новоселье
Меж тем как Франция, среди рукоплесканий[200]И кликов радостных, встречает хладный прахПогибшего давно среди немых страданийВ изгнанье мрачном и цепях;Меж тем как мир услужливой хвалоюВенчает позднего раскаянья порывИ вздорная толпа, довольная собою,Гордится, прошлое забыв, —Негодованию и чувству дав свободу,Поняв тщеславие сих праздничных забот,Мне хочется сказать великому народу:Ты жалкий и пустой народ!Ты жалок потому, что вера, слава, гений,Все, все великое, священное земли,С насмешкой глупою ребяческих сомненийТобой растоптано в пыли.Из славы сделал ты игрушку лицемерья,Из вольности — орудье палача,И все заветные отцовские поверьяТы им рубил, рубил сплеча,— Ты погибал… и он явился, с строгим взором,Отмеченный божественным перстом,И признан за вождя всеобщим приговором,И ваша жизнь слилася в нем, —И вы окрепли вновь в тени его державы,И мир трепещущий в безмолвии взиралНа ризу чудную могущества и славы,Которой вас он одевал.Один, — он был везде, холодный, неизменный,Отец седых дружин, любимый сын молвы,В степях египетских, у стен покорной Вены,В снегах пылающей Москвы!
А вы что делали, скажите, в это время?Когда в полях чужих он гордо погибал,Вы потрясали власть избранную, как бремя,Точили в темноте кинжал?Среди последних битв, отчаянных усилий,В испуге не поняв позора своего,Как женщина, ему вы изменилиИ, как рабы, вы предали его!Лишенный прав и места гражданина,Разбитый свой венец он снял и бросил сам,И вам оставил он в залог родного сына —Вы сына выдали врагам!Тогда, отяготив позорными цепями,Героя увезли от плачущих дружин,И на чужой скале, за синими морями,Забытый, он угас один —Один, — замучен мщением бесплодным,Безмолвною и гордою тоской —И как простой солдат в плаще своем походномЗарыт наемною рукой.
*
Но годы протекли, и ветреное племяКричит: «Подайте нам священный этот прах!Он наш; его теперь, великой жатвы семя,Зароем мы в спасенных им стенах!»И возвратился он на родину; безумно,Как прежде, вкруг него теснятся и бегутИ в пышный гроб, среди столицы шумной,Остатки тленные кладут.Желанье позднее увенчано успехом!И краткий свой восторг сменив уже другим,Гуляя, топчет их с самодовольным смехомТолпа, дрожавшая пред ним.
*
И грустно мне, когда подумаю, что нынеНарушена святая тишинаВокруг того, кто ждал в своей пустынеТак жадно, столько лет спокойствия и сна!И если дух вождя примчится на свиданьеС гробницей новою, где прах его лежит,Какое в нем негодованьеПри этом виде закипит!Как будет он жалеть, печалию томимый,О знойном острове, под небом дальних стран,Где сторожил его, как он непобедимый,Как он великий, океан!
Любовь мертвеца
Пускай холодною землею[201]Засыпан я,О друг! всегда, везде с тобоюДуша моя.Любви безумного томленья,Жилец могил,В стране покоя и забвеньяЯ не забыл.
Без страха в час последней мукиПокинув свет,Отрады ждал я от разлуки —Разлуки нет.Я видел прелесть бестелесныхИ тосковал,Что образ твой в чертах небесныхНе узнавал.
Что мне сиянье божьей властиИ рай святой?Я перенес земные страстиТуда с собой.Ласкаю я мечту роднуюВезде одну;Желаю, плачу и ревнуюКак в старину.
Коснется ль чуждое дыханьеТвоих ланит,Моя душа в немом страданьеВся задрожит.Случится ль, шепчешь засыпаяТы о другом,Твои слова текут пылаяПо мне огнем.
Ты не должна любить другого,Нет, не должна,Ты мертвецу, святыней слова,Обручена,Увы, твой страх, твои моленья,К чему оне?Ты знаешь, мира и забвеньяНе надо мне!
<Из альбома С. Н. Карамзиной>
Любил и я в былые годы,[202]В невинности души моей,И бури шумные природыИ бури тайные страстей.
Но красоты их безобразнойЯ скоро таинство постиг,И мне наскучил их несвязныйИ оглушающий язык.
Люблю я больше год от году,Желаньям мирным дав простор,Поутру ясную погоду,Под вечер тихий разговор,
Люблю я парадоксы ваши,И ха-ха-ха, и хи-хи-хи,С<мирновой> штучку, фарсу СашиИ Ишки М<ятлева> стихи…
<Графине Ростопчиной>
Я верю: под одной звездою[203]Мы с вами были рождены;Мы шли дорогою одною,Нас обманули те же сны.Но что ж! — от цели благороднойОторван бурею страстей,Я позабыл в борьбе бесплоднойПреданья юности моей.Предвидя вечную разлуку,Боюсь я сердцу волю дать;Боюсь предательскому звукуМечту напрасную вверять…
Так две волны несутся дружноСлучайной, вольною четойВ пустыне моря голубой:Их гонит вместе ветер южный;Но их разрознит где-нибудьУтеса каменная грудь…И, полны холодом привычным,Они несут брегам различным,Без сожаленья и любви,Свой ропот сладостный и томный,Свой бурный шум, свой блеск заемныйИ ласки вечные свои.
Договор
Пускай толпа клеймит презреньем[204]Наш неразгаданный союз,Пускай людским предубежденьемТы лишена семейных уз.
Но перед идолами светаНе гну колени я мои;Как ты, не знаю в нем предметаНи сильной злобы, ни любви.
Как ты, кружусь в веселье шумном,Не отличая никого:Делюся с умным и безумным,Живу для сердца своего.
Земного счастья мы не ценим,Людей привыкли мы ценить;Себе мы оба не изменим,А нам не могут изменить.В толпе друг друга мы узнали,Сошлись и разойдемся вновь.Была без радостей любовь,Разлука будет без печали.
На севере диком…
