«Результаты современных исследований показывают, что счастливые люди более альтруистичны, предупредительны, приятны в общении, креативны, жизнерадостны, проявляют большее участие в судьбах других людей; они дружелюбны и отличаются более крепким здоровьем, – говорит Рубин. – Счастливые люди, как правило, оказываются более надежными и преданными друзьями, хорошими коллегами и примерными гражданами. Я хотела быть в числе таких людей». На своем сайте Happiness Project («Проект Счастье») Гретхен Рубин сформулировала «четыре великие истины». Четвертая и самая, на мой взгляд, интересная и важная из них звучит так: «Вы не можете быть счастливы, если не думаете, что вы счастливы. Вывод: вы счастливы, если думаете, что счастливы».
Любой из упомянутых мной авторов, рассуждая об истинном и глубоком счастье, зачастую имеет в виду поиск человеком своего призвания. Очевидно, именно это имеет в виду Эндрю Уэйл, когда пишет, что более глубокое ощущение счастья возникало у него от понимания того, что он «соответствует своему предназначению». Матье Рикар утверждает, что «для достижения такого счастья требуется постоянный труд». Поиск и обретение своего призвания составляют сердцевину проекта «Счастье» Гретхен Рубин, «целенаправленной деятельности», о которой говорит Соня Любомирски, а также представлений Тома Рата и Мартина Селигмана о благополучии.
Сочетание счастья и смысла делает вашу жизнь в гораздо большей степени похожей на игру, чем на работу.
Преодолеть себя
Несмотря на то что ощущение счастья – это внутреннее состояние, зачастую оно подкрепляется, когда вы не только думаете о себе, но пытаетесь приносить пользу другим людям. Стремление помогать слабым и обездоленным возникло у Дина Кайкона еще в ранней юности. «Мое первое сильное детское увлечение связано со временем становления бейсбольной команды New York Mets, – рассказывал мне Дин Кайкон. – Ее сформировали, когда я был десятилетним мальчуганом. В команду набрали великовозрастных игроков, почти пенсионеров, лучшие времена которых были уже позади. Видимо, больше их никуда не хотели принимать. Хотя первые десять матчей игроки проиграли, на поле они старались изо всех сил. Меня поражала самоотдача этих неудачников, и я отчаянно болел за них».
В школьные годы Дин защищал детей, которых обижали хулиганы-подростки. Несмотря на то что сам не отличался внушительной фигурой и мощными бицепсами, он всегда испытывал потребность защищать слабых – если требовалось, то и кулаками. В школьные годы Дин понял, что правое дело можно отстоять, если бороться за него не жалея сил. Будучи старшеклассником, он посмотрел одну телепрограмму, которая заставила его изменить взгляды на то, чем бы он хотел заниматься в будущем.
«Я смотрел вечерние новости, которые начались с сообщения о том, что президент Джонсон заявил о приостановке бомбардировок Северного Вьетнама. В тот момент я понял, что такое решение его заставили принять массовые протесты людей против грубого вмешательства США в дела Вьетнама, причем возглавляли эти акции недовольства такие авторитетные и уважаемые люди, как, например, юрист Уильям Кюнстлер. И тогда я сказал себе, что хочу заниматься именно этим».
Дин стал юристом. Еще во время учебы в колледже он заинтересовался борьбой коренного населения Северной Америки за сохранение своей земли и культуры. На жизнь он зарабатывал другими видами юридической деятельности, но при этом уделял немало времени защите прав индейцев. Такая деятельность существенно повысила его репутацию. О нем начали ходить слухи: мол, появился молодой юрист, готовый помогать в борьбе против государственной бюрократии и крупных компаний. «Мне начали звонить с разных концов Соединенных Штатов, из Канады и даже с других континентов. Я начал сотрудничать с представителями коренного населения Латинской Америки. Впоследствии я даже стал выступать в колледжах с лекциями о проблемах аборигенов и по вопросам защиты окружающей среды, в частности сохранения лесов во всем мире».
Одна из таких лекций состоялась в университете Род-Айленда и была посвящена проблемам бразильских фермеров. После выступления Дина к нему подошел один профессор и поведал историю своего друга, владельца кафе в Провиденсе. Друг профессора закупал кофе в Бразилии, зная, что фермеры, выращивающие кофе, получают очень мало за свою работу и живут в бедности. Этот человек хотел помочь им, но не знал, как это сделать; и профессор подумал, что, возможно, Дин даст ему несколько полезных советов.
«Я понял, что, оказав помощь этому человеку, реализую свое увлечение – займусь делом, которому хотел посвятить жизнь. В 1998 году мы создали организацию Coffee Kids – первую в мире некоммерческую организацию, которая собиралась заниматься подобными проблемами. Я ездил по деревням, встречался с крестьянами, разрабатывал программы, направленные на решение самых серьезных проблем, с которыми они сталкиваются, в частности нехватки воды, строительства школ, перераспределения доходов от продажи кофе в пользу фермеров. Другой представитель Coffee Kids посещал кофейные компании по всей стране и уговаривал их финансировать наши программы. Мы решали грандиозную задачу; но через несколько лет стало понятно: что-то идет не так. На реализацию наших проектов кофейные компании выделили всего лишь несколько тысяч долларов. Они бросили нам подачку и продолжали вести себя на плантациях так же, как и прежде. Фермерам никак не удавалось вырваться из порочного круга бедности. А кофейные компании хвастались перед клиентами тем, что с их помощью удалось изменить мир к лучшему! Я же был уверен, что жизнь фермеров действительно изменилась бы к лучшему, если бы им платили по справедливости».
К этому моменту Дин уже понял, что юридическая деятельность потеряла для него привлекательность, стала чересчур обременительной. Она мешала ему быть тем, кем он ощущал себя и кем был на самом деле. Он считал, что должен заняться делом более масштабным, с бóльшими социальными последствиями, чем Coffee Kids. Тогда он спросил себя: «А что было бы, если бы какая-то кофейная компания всерьез занялась проблемами фермеров, прониклась чувством ответственности за то, что происходит в деревнях, где сырье скупают буквально за гроши? Могла бы она быть прибыльной? Почему бы не создать новую модель ведения бизнеса, при которой бизнесмен может быть социально ответственной личностью и при этом получать прибыль? Так в 1993 году появилась компания Dean's Beans».
Сейчас Dean's Beans – процветающая компания, специализирующаяся на продаже кофе через интернет, систему розничной торговли и в кафетериях. Она напрямую работает с выращивающими кофе фермерами в четырнадцати странах мира и реализует справедливые программы развития. Дин Кайкон сам их разрабатывает и, путешествуя по всему свету, воплощает в жизнь.
«Если бы я был человеком застенчивым и робким, то не справился бы: мне приходится бывать в местах, опасных для жизни, и уж во всяком случае эти поездки не добавляют мне здоровья. Я уж не говорю о таком “пустячке”, как колоссальная разница в культуре. Но мне нравится путешествовать, я люблю приключения. Меня не пугают культурные различия – мне нравится познавать мир. Я работаю над решением вопросов социальной справедливости, и эта задача идеально соответствует моему характеру. Друзья и знакомые говорят: “Ну ты даешь! Я бы никогда не рискнул отправиться в Эфиопию и жить в тамошних деревнях” или “Я ни за что не решился бы выступать практически обнаженным перед семью тысячами человек в Папуа – Новой Гвинее”. Но мне нравится это! В мире существует много такого, что мы можем сделать и чего делать не можем. Я действительно восхищаюсь адвокатами, произносящими в суде блестящие речи для оправдания своих подзащитных, но эта работа не для меня. Поэтому я и отказался от профессии юриста. Не могу я сидеть в офисе целый день и строчить бумаги».
Успех бизнес-модели, предложенной Дином Кайконом, показал, что прибыль и социальная ответственность вполне совместимы. Сегодня он уже лично не копает мелиорационные каналы на Суматре и не следит за экологической чистотой работы предприятий по переработке кофе в Перу, но учит предпринимателей применять созданную им модель. «Мне нравится увлекать людей идеями, которые увлекают меня самого, – говорит он. – По-моему, у меня есть к этому талант».
Сотрудничество, оказание помощи – вот что делает Дина Кайкона по-настоящему счастливым человеком. В детстве ему ничем не удалось помочь своей любимой бейсбольной команде, однако впоследствии он смог немало сделать для того, чтобы изменить мир к лучшему.
Крейг Килбургер тоже прекрасно представляет, в чем заключается смысл его жизни. Это понимание заставило его сделать то, на что способны лишь очень немногие дети. Однажды утром (это случилось в 1995 году), рассматривая комиксы в газете Toronto Star, Крейг случайно наткнулся на статью, в которой говорилось о двенадцатилетнем мальчике из Пакистана, проданном в рабство в возрасте четырех лет. Позже этот мальчик сумел поведать миру правду об ужасной жизни современных рабов и стал одним из самых непримиримых борцов за права детей. Из-за этого он и погиб. Сомнений в том, что это было политическое убийство, ни у кого нет. Килбургер, которому исполнилось двенадцать – столько же, сколько погибшему пакистанскому мальчику, – был потрясен этой историей. Он решил, что должен узнать о правах человека как можно больше. Крейгу даже удалось уговорить родителей отпустить его в поездку по Юго-Восточной Азии вместе с одним канадским правозащитником. Увидев собственными глазами, в каких страшных условиях трудятся в некоторых странах дети, Крейг Килбургер вернулся домой другим человеком. Он понял, в чем заключается смысл его жизни, и сколотил из своих сверстников, учеников седьмого класса, группу борцов за права детей во всем мире. «В этом не было ничего героического, – рассказывает он о своем поступке. – Мы передали политическим лидерам и главам корпораций пару петиций. Затем некоторые из нас выступили с докладами о правах детей перед учениками школ, а также перед религиозными группами и представителями местных общин. Все дальнейшее было подобно снежной лавине».
