бесшумно, что я не понял, куда именно она отправилась.
Но теперь у меня был адрес Альтанна. Предположительно.
Я снова вышел на улицу. Никого. И таксист, зараза такая, уехал, так меня и не дождавшись. Что ж, придется прогуляться. Снова натянув «Берегиню», я сконфигурировал заклинание на увеличение скорости — направил силу в ноги и потопал по разбитой брусчатке. Райончик был не очень, и даже одаренному здесь все равно быстро становилось не по себе.
Я брел на огни центра города и вскоре оказался возле кладбища. Романтично, блин. Затем свернул и, удивив своей скоростью нерасторопных горожан, деактивировал заклинание. Снова захотелось есть — ненадолго хватило плескавицы. И когда я остановился возле пекарни, владелец помахал мне рукой, приглашая зайти.
— Попуст на све! — Он продемонстрировал наполовину пустой прилавок. Готовился к закрытию и распродавал товар со скидкой. — Хлеб, бурек, кифле…
— Кафу, бурек и йогурт, молим, — попросил я.
— Овде?
В смысле, здесь ли я буду есть.
— Да.
Что ж, буду прикидываться своим — надо же когда-то начинать. В путеводителе писали, что местные обожают выпечку, да и пахло в заведении так вкусно, что я не смог отказаться. Да и попробовать знаменитый бурек — традиционный пирог с мясом — было делом обязательным. Ели его, к слову, всегда запивая йогуртом. Правда, чаще все же на завтрак. Ну и кофе — для бодрости.
— Изволите, господине, — продавец с улыбкой выдал мне заказ, а я достал деньги. Еще одна особенность, к которой мне было сложно привыкнуть. Здесь даже в простом магазинчике сначала получаешь товар, а потом платишь.
— Извините, — я развернул бумажку от Лалы. — Да ли знате где je ово место?
Продавец лишь скользнул взглядом по адресу и рассмеялся.
— Све зна! Господска улица. Идете до театра, следача улица.
— Хвала, — я кивнул и, забрав пирог, уселся за маленький столик у окна.
Господска — это знакомое название. Она была перпендикулярна Главной, на которой я жил. Значит, прогулка будет быстрой. В Земуне было одно хорошо — везде недалеко. А где находился театр, я заметил еще в такси.
Бурек оказался что надо. Мне все больше нравилась сербская кухня: сытная, вкусная, много мяса. И без йогурта было бы не то: все же пирожок жирный, а так — то, что доктор прописал. Я быстро справился с выпечкой и теперь медленно пил кофе, наблюдая за посетителями пекарни.
Горожане спешили по домам и забегали в лавчонки: вот выстроилась очередь в мясную лавку на противоположной стороне улицы. Мужчины заходили в недорогую кафану, чтобы пропустить по рюмочке перед возвращением домой. Пекарню вынесли почти подчистую, и я порадовался, что успел прихватить еды.
Город, который сперва показался мне уж совсем сонным, немного ожил к вечеру. Но меня сейчас это не особенно трогало.
Я думал, что делать с Альтанном. По-хорошему, следовало сидеть и не рыпаться. Подать официальную ноту через посольство и спокойно дождаться разбирательств. Да, ужасно неприятно. Да, Альтанн по глупости наломал дров, вряд ли понимая, с кем вообще связался. А мне следовало быть выше и умнее.
Но было сложно удержать себя в руках. Не будь я князем — все закончилось бы старым добрым мордобоем. А тут — репутация на кону. Одно неловкое движение — и все станет еще хуже. А я даже до Белграда еще не добрался.
— Господине, може jош jeдан? — окликнул меня продавец.
— Не, хвала, — улыбнулся я. Еще один в меня не влезет. И правда сытно.
Я допил кофе, отдал торговцу посуду и попрощался.
Все-таки меня не отпускало ощущение, что Альтанн действовал слишком уж глупо для аристократа своего круга. Да, он был юн и горяч, но должен был прекрасно понимать последствия. Его поведение было каким-то… нелогичным. Слишком уж провокационным. Зачем так подставляться?
Именно поэтому я решил выяснить о нем побольше. Хотел увидеться с ним еще раз не для того, чтобы начистить рожу. Нет. Я хотел попробовать залезть к нему в голову. Хоть немного заглянуть на его ментальный план и посмотреть, что там вообще творилось. Ибо мне начинало казаться, что Альтанн мог выполнять чужую волю.
По-хорошему, для такой манипуляции нужен был действительно высококлассный менталист, но в моей свите таких не было. Цесаревна посчитала, что мне будет полезнее боевик-Столыпин. А вот сейчас мастера-мозголома ой как не хватало. Значит, придется вспоминать все, что мой предшественник проходил в Аудиториуме и… импровизировать.
— Цветы! — кричала торговка на углу Главной и Господской. — Свежие цветы для ваших дам!
В театре давали какое-то представление, и я видел слуг в ливреях, дожидавшихся своих господ. Моя же дорога лежала в гостиницу. Ничего, посижу, попью водички в фойе, погляжу по сторонам. Может, чего и нарою.
Отель под названием «Дунав» очень старался быть пафосным, но у него скверно получалось. Весь лоск, позолота и мрамор отдавали провинциальной неумеренностью. Ну и ладно.
Перед входом я прикрепил к лацкану пиджака свою гербовую брошь — опытный лакей мгновенно поймет, что она из подлинного золота и драгоценных камней — и решительно шагнул в уже распахнувшиеся двери.
— Добро вече, господине, — поприветствовал меня швейцар.
Я кивнул и прошел внутрь. Холл оказался небольшим, но, как ни странно, уютным. Сам отель тоже имел весьма скромные размеры, но оно и понятно — в Земуне редко бывали богатые туристы. Однако, судя по всему, номера были забиты под завязку — в холле царило оживление.
Не привлекая лишнего внимания, я подошел к барной стойке, что разделяла помещение ресторана и холла, заказал кофе и «Милоша», а затем, взяв австрийскую газету, расположился в кресле. Очень удачно — мне было видно и лестницу, по которой поднимались гости, и парадные двери, и часть улицы. Если Альтанн появится, я его замечу.
За барной стойкой сидели две симпатичные девицы в обтягивающих коктейльных платьях. Эти явно «работали», но их общество стоило очень недешево. И туфельки, и сумочки, и прически — все было подобрано с расчетом понравиться обеспеченным покровителям. Даже драгоценности настоящие, пусть бриллианты и были мелковаты. Одна из этих девушек скользнула по мне заинтересованным взглядом, мгновенно «срисовала» герб и улыбнулась мне. Я сдержанно улыбнулся в ответ и приподнял газету, давая понять, что сейчас не был заинтересован в обществе. Надув губки с театральной тоской, девушка потеряла ко мне интерес и занялась своим коктейлем.
Кстати, вот эти барышни могли кое-что знать о гостях своего отеля. Стоило взять на заметку. Если Альтанн окажется просто назойливым тупицей, то, быть может, получится нарыть какой-нибудь грязный компромат.
— Есть что-нибудь интересное?
Я опустил газету и увидел перед
