– Уже за полночь, – сказала я, зевая. – Пора в постель.
– В постель или спать? – поинтересовался он, приподняв брови и криво улыбаясь.
– Ну… – ответила я задумчиво.
– В любом случае, ты же не будешь спать в платье. Я помогу тебе раздеться, – предложил он практично.
И он героически расшнуровал и снял с меня свадебное платье, что было не так просто. Он довольно улыбнулся и наклонился, чтобы поцеловать меня.
– Где ты научился так целоваться? – спросила я, как только представилась возможность.
– Хм. Я же не говорил тебе, что я монах. Когда мне понадобится помошь или совет, я скажу.
Я решила, что все равно пропадать, и стала раздевать его, медленно, растягивая удовольствие и дразня его. Если изнасилование неизбежно, постарайтесь расслабиться и получить удовольствие, гласит народная мудрость. Потом, я вовсе не была против…
Мужской костюм устроен значительно проще, чем женский, и последние барьеры между нами исчезли значительно быстрее, чем я ожидала. Я уже давно выяснила, что шотландцы не носят белья под своими юбками, и все же была слегка ошарашена, когда моя рука, взобравшись по его ноге, не встретила на своем пути никаких препятствий. Мы стояли друг перед другом, рассматривали и прикасались друг к другу, стараясь при этом не встречаться взглядами. Мы оба все еще чувствовали себя неловко. Его тело в сумраке показалось мне совершенным. Тело воина, тело атлета. Я легко провела ладонями по его широким плечам, по груди, обводя пальцами очертания выпуклых мышц. Именно такие мышцы называют стальными. Казалось, он сделан из невероятно прочного материала.
Моя рука скользнула по его бедру, прижимаясь все сильнее. Его дыхание участилось, он крепко прижал меня к себе, и я вскрикнула, потому что мои ребра слегка затрещали. Я почувствовала силу его желания, и, что было для меня сюрпризом, поняла, что желание взаимно. Вино, его физическая привлекательность, мое долгoe воздержание сделали свое дело. Мое тело принимало его и отвечало взаимностью на его неопытность. Он ласкал меня неуклюже и осторожно, как будто боясь сломать хрупкую игрушку.
– Господи Боже мой! – сказал он, войдя в меня, хотя и не имел привычки поминать имя Господа всуе.
Физическая близость, наслаждение, которое мы пережили вместе, избавило нас от остатков скованности. Мы лежали рядом, и моя голова удачно примостилась на его плече, как будто так и было задумано природой. Он умилительно дышал мне в висок.
– Ну что, ты так себе это представлял? – спросила я, посмеиваясь.
– Не совсем, – смутился он, не пускаясь в дальнейшие объяснения. – Скажи… А тебе было хорошо?
– Да, – сказала я честно.
– Я так и подумал. Хотя Руперт сказал мне, что обычно женщинам все равно, им это не нравится, и поэтому я должен покончить с этим как можно скорее.
– Ха! Что он понимает, твой Руперт! Все ровно наоборот.
– Думаю, тебе виднее. Накануне они надавали мне таких советов, которые показались мне в высшей степени странными. Поэтому я решил, что лучше будет забыть о них и делать то, что мне покажется правильным. В конце концов, животные неплохо справляются с этим без всяких советов.
Я засмеялась:
– Ты правильно сделал, что не стал их слушать. Представляю, каких глупостей они тебе наговорили.
В глубине души я тихо веселилась, представляя, как мужчина, который не видел ни одного порнофильма и не читал книжки «Секс в вашей жизни», постигает основы сексуальной техники, наблюдая спаривающихся животных. Впрочем, в этом была своя прелесть. У него не было ни комплексов, ни ложных представлений, он был открыт всему новому, что я могла ему предложить, и это было странно приятно.
– Ты не проголодался? Мне кажется, я умру, если немедленно не съем чего-нибудь. На кухне осталось холодное мясо и хлеб. Я принесу.
– Джули, подожди, – он потянул меня за руку, – я схожу сам.
– Не надо, не вставай, я быстро. – Я накинула на себя сорочку, шаль и открыла дверь.
– Смотрите-ка, она все еще может ходить! – заорал визгливым голосом лыка не вязавший Руперт, сидевший внизу в компании еще пятнадцати или двадцати таких же пьяных морд. – Маленький Джейми не справляется со своими супружескими обязанностями!
– Тебе нужно было выбрать зрелого мужчину! – подхватили его компаньоны, раскатисто хохоча.
– Надо было выходить за меня, крошка, уж я бы тебе показал. – Руперт встал, покачиваясь и размахивая рукой.
Я вышла из ступора, забежала обратно в комнату и захлопнула дверь. Джейми валялся на кровати, трясясь от смеха.
– А теперь объясни, что они там делают? – спросила я зловещим шепотом.
– Видела бы ты свое лицо, – выговорил он с трудом, борясь с очередным приступом смеха. – Это обычные свидетели.
– То есть?
– То есть они все видели, что мы пошли вдвоем в эту комнату, и могут подтвердить, что брак не фиктивный.
Я села и начала хохотать, пока он подбирал с полу свою одежду, чтобы все-таки сходить за едой. Какая прелесть – свидетели! Пятнадцать или двадцать человек видели, как мы уединились, и теперь каждый из них в случае чего скажет: да я сам свечку держал! Куда там вмонтированной видеокамере…
Он вернулся абсолютно пунцовый, но с едой. Последние шуточки, которые донеслись до моих ушей, были настолько похабны, что я вряд ли решусь их повторить. Я налила себе вина и выпила его залпом.
– Ну вот, теперь мы сможем продержаться по крайней мере пару дней, – сказал Джейми, обозревая наши припасы.
– Как же. Ты сожрешь это в три секунды, и нам придется есть листья и кору вон с той ветки, которая бьет в окно.
– Однажды мне пришлось питаться травой. Не хотел бы повторять этот опыт.
– Травой?!
– Да. Была зима, и у меня кончились припасы. Я скитался в горах вместе с бандой угонщиков скота. В тот год почти не было дичи, я неделями питался только зерном, размоченным в воде. Когда и эта еда закончилась, я вспомнил, что олени зимой питаются замерзшей травой, которую выкапывают из-под снега. Я часто находил такие лунки, в которых виднелись остатки стеблей. Я подумал: чем я хуже оленя, – и стал есть эту траву. – У оленя не один желудок, – перебила я.
– Об этом я тогда не подумал. Потом мне сказали, что эти замерзшие стебли нужно было сначала варить, тогда у меня не было бы таких диких колик.
– И долго ты питался травой?
– Несколько дней… Дня четыре.
Я оторопело молчала. Он рассказывал это как анекдот.
– Что с тобой? Не бойся, тебе не придется голодать. Уж это я обещаю.
– Спасибо. Утешил.
Он задумался, теребя мою руку, потом покраснел:
– Я знаю, что одного раза вполне достаточно, чтобы сделать брак законным, но…
– Ты хочешь продолжить?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
