какие-то полосы, то происходило мигание, то не хватало чёткости. Будто специально. И тут мужчина заговорил. Голос его звучал очень неестественно, явно изменённый. Все за этим следили как завороженные.
"Жители города Нью-сити. Я обращаюсь к каждому, кто сейчас смотрит это на любом экране. Трансляция идёт везде и всюду, чтобы до каждого удалось донести мысль, которую вы должны знать. Только что в здании парламента произошёл взрыв. Если кто-то считает, что это теракт, то глубоко заблуждается. Это акт мщения. Акт возмездия. Здание парламента — одно из самых отвратительных и ужасных мест во всём городе. Преступники находятся не в тюрьме, а именно там. Обсуждая законы и получая огромные деньги. А вы даже не замечаете, как вам постоянно врут. Отовсюду говорят о том, что вы живёте в лучшем и самом безопасном месте мира. Это не так! Это обман! Тут каждый день происходят убийства. Каждый день кого-то грабят или убивают в подворотне. Вы не видите, что происходит в бедных районах, от которых отгородили центр заборами. Огромный наркотрафик проходит через город. Коррупция процветает в невероятных масштабах. Все эти чиновники сотрудничают с убийцами и мафией. А вам врут! Они специально создали такие условия, чтобы вы не замечали ничего плохого, не обсуждали, не выходили на улицы, не паниковали. Словно живёте в идеальном мире. Для этой власти нет законов. Им не важна жизнь человека. Они растопчут каждого, даже маленького ребёнка, который никому ничем не мешал. Запомните это! И сегодня, все те, кто находился внутри здания, получили по заслугам. И получат ещё. В этом городе есть много мест, где сидят люди, которые не должны там находиться. Вам, простым жителям, никогда не рассказывают о происшествиях, которые творятся каждый день. Вот уже некоторое время в городе пропадают чиновники разных уровней из парламента и представители правительства. А вы даже не в курсе. Какого это осознавать, что вас водят за нос, скрывают правду? Для них каждый житель — просто разменная монета. И вот я пришёл, чтобы вам рассказать правду. Открыть вам глаза. Это то закулисье, которое всегда скрывали. Но, теперь оно полностью обнажено. Знайте, этот мир не так хорош, как казалось. Снимите розовые очки. Это был лишь первый шаг возмездия и мести«.
После этих слов картинка совсем размылась, и мужчина пропал. А затем и экран потух. Наступила гробовая тишина. Никто просто не понимал, что произошло на их глазах. Сначала взрыв, а потом это видео. В этот момент в кабинет ворвался парень. Весь в поту и запыхавшийся, он еле стоял на ногах от бега. Это был руководитель технического отдела бюро. Увидев его, Кит ещё сильнее запаниковал. Он уже понимал, что услышит, но точно этого не хотел.
— Мартин, только не говори мне...
— Да, — перебил его парень. — Сэр, это транслировалось на весь город. Абсолютно везде. Кто-то взломал всю систему Нью-сити. Каждый человек, у которого был экран или монитор под рукой, видел это. Сейчас все сервера рухнули. Невозможно пока определить откуда была совершена атака.
Кит завалился в своё кресло, схватившись за голову. Он просто не понимал, что происходит, и как это всё произошло.
— Мистер Ричардсон, я попытаюсь связаться с главой полиции. Мы с Мартином идём в технический отдел. Нельзя, чтобы системы связи окончательно рухнули. Нужно связаться со всеми отделами и бюро. В городе может начаться паника, — Роза Дервин выглядела испуганной, но пыталась говорить твёрдо и чётко.
Кит кое-как кивнул, и она вместе с Мартином покинули кабинет. Все продолжали стоять на месте и не понимать, что происходит. Даже Питер будто забыл о похищенной семье, и его мысли были сбиты в кучу. В этот момент Джон просто начал смеяться. И это был не смех отчаяния или боли. Нет. Он искренне, с улыбкой, смеялся. Все глядели на него с ужасом. Стоявшая рядом Джилл даже отступила на пару шагов.
— Тебе смешно? — спросил Ричардсон. — Ты хоть понимаешь...
— Да, мне смешно. Знаешь, я долго ждал, когда люди в городе поймут, что их обманывают постоянно. СМИ, власть, полиция. И вот, — улыбка не сходила с лица Джона. — Я тебе как-то говорил, что чем дольше они не будут знать, тем хуже будет итог. И вот, он наступил. И этот итог ужасен. Но мне реально смешно. От того, насколько наша система бессильна и бесполезна. Теперь действительно становится всё намного интересней.
Кит очень давно не видел Джона в настолько приподнятом настроении. Словно перед ним стоял совершенно другой человек. И это лишь добавляло страха.
— Сэр, я могу идти? Каждая секунда на счету, — наконец, Питер вспомнил, что для него важнее сейчас.
Кит лишь кивнул, и Доэрти вместе с Биллом выбежали из кабинета.
— Мистер Ричардсон, есть какие-нибудь указания в сложившейся ситуации? Что нужно делать? — спокойным тоном спросила Лора.
Кит до сих пор сидел полностью растерянный и с трудом соображал. Словно глядя в пустоту, он посмотрел на всех присутствующих. Тяжело вздохнув, наконец попытался собраться.
— Похоже, меня сейчас ждёт куча дел. Даже не знаю...с чего начать, — снова на всех посмотрел. — Занимайтесь поисками пропавших людей. Нужно найти какие-то зацепки по семье Питера и Эбигейл Пресли. Я боюсь за импульсивность Доэрти, поэтому вас тоже это касается. Найдите и этих Шекли. Делайте всё возможное. Я буду заниматься терактом и надо как-то устранить панику среди населения.
После этого он посмотрел на Джона, глаза которого блестели.
— Ты не будешь против? — спросил Симмонс.
— Если что, я закрою глаза, но в пределах разумного. Я повышаю твои полномочия. Найди пропавших, — спокойно произнёс Кит.
Это послужило мощнейшим триггером. Джон улыбнулся, махнул Джилл и Лоре, чтобы они шли за ним, и, молниеносно развернувшись, зашагал из кабинета. Обе, ничего не понимая, переглянулись, но тоже вышли за дверь.
***
Джилл старалась не отставать от быстрых шагов детектива. Лора же шла за ним спокойно. Вокруг все куда-то спешили. Никогда ещё бюро настолько не стояло на ушах, как в этот день.
— Детектив Симмонс, я правильно понимаю, что вы хотите работать со мной вместе по всей нашей нынешней ситуации? Я правильно проанализировала ваши эмоции? — спросила робот.
— К сожалению, да. Как бы мне не хотелось, но придётся немного побыть в компании робота, — даже не оборачивая головы, заявил Джон. — Только не думай, что моё отношение ко всему, что касается вас, изменится.
— Хорошо, но
