раздался щелчок.
Маленький рычажок щелкнул у него руке, и запертая дверь не сдвинулась с места. Водитель мрачно усмехнулся и нажал на педаль газа, заставив машину резко ускориться, отчего Айви испуганно оглянулась по сторонам.
— Что происходит? — закричала она, ее пальцы обвились вокруг руки Баэна, когда он обхватил ее за талию.
— Подожди, — приказал он, не утруждая себя объяснениями. Он сделает это позже. Сейчас нужно было двигаться. Быстро.
Развернувшись на сиденье, Баэн подтянул колени, а затем со всей силы ударил обеими ногами по запертой двери машины. Даже в человеческой форме он все еще обладал силой Стража, и замок поддался с пронзительным металлическим скрежетом.
Дверь широко распахнулась, сорвавшись с петель, и отлетела назад, оставив огромную вмятину на передней пассажирской двери, а затем с грохотом упала на тротуар позади набирающей скорость машины. Одержимый водитель выругался и резко дернул руль, так что сила тяжести отбросила Айви и Баэна на противоположную сторону заднего сиденья, подальше от выхода.
Чтобы остановить решительного Стража, потребуется нечто большее. Крепко сжав Айви, Баэн выпрыгнул в проем, оставшийся после исчезновения двери.
Как только он почувствовал, что его бедра оторвались от машины, он взмахнул крыльями, что позволило ему в достаточной степени контролировать инерцию их тел, чтобы развернуться и принять удар от их грубого приземления на себя.
К ее чести, Айви не стала кричать, но сила толчка сорвала с ее губ один короткий, резкий крик. Ее пальцы впились в него, как только он начал двигаться, и она продолжала цепляться, пока он поднимался на ноги и оглядывался по сторонам, чтобы сориентироваться.
Визг тормозов и резины по асфальту сопровождался яркой вспышкой стоп-сигналов. Машина резко остановилась, и водительская дверь распахнулась с такой силой, что повторила судьбу задней двери, сорвавшись с петель и разлетевшись на части. Дверь с грохотом упала на землю, а демонический водитель помчался к Баэну и Айви по открытому полю, где они приземлились.
Баэн оттолкнул свою женщину в сторону и встретил удар яростным ревом. Действия демона могли убить хрупкого человека, и Баэн намеревался наказать его за то, что он подверг опасности жизнь Айви. Это будет быстро, жестоко и кроваво и послужит предупреждением всем, кто придет после него, что женщина находится под его защитой. Причинить ей боль — значит молить о смерти.
Смерть, которой Баэн будет очень рад.
Демон замахнулся на него когтями, вырвавшимися из пальцев человеческого тела. Как и существо, с которым Баэн сражался в переулке, спасая Айви предыдущей ночью, этот слуга Тьмы не заботился о том, что после него останется изломанное тело; он жаждал только смерти и разрушения. Баэн был только рад помочь ему, но в этой битве он предпочитал бы не выбирать, кого убивать.
Приняв свой истинный облик, Баэн почувствовал, как его наполняет сила Света. Именно для этого он и был создан — сражаться с Тьмой рука об руку и когтями к когтям. Защищать. Отстаивать. Побеждать.
По правде говоря, один мелкий демон не представлял для него особой сложности, и это вызвало у Баэна подозрения. Зачем Тьме раскрывать себя, посылая одного человека? Если бы Тьма обнаружила его и Айви по прибытии во Францию, разве не логичнее было бы просто отметить их местонахождение, оставить в гостинице, а потом вернуться с большим отрядом?
Баэн был сильным и свирепым, но всего лишь одним Стражем. При столкновении с достаточным количеством врагов его можно было победить или, по крайней мере, отвлечь, чтобы они смогли добраться до Айви.
Убив его Хранителя, Тьма одним ударом достигнет двух целей… еще больше ослабит Академию в соответствии со своим долгосрочным планом и значительно ослабит Баэна, лишив его поддержки и пары одним ловким ударом.
С другой стороны, это неуклюжее нападение одержимого человека, совершенное всего через несколько минут после их прибытия во Францию, имело мало шансов на успех и только заставило Баэна и Айви насторожиться. Но что это дало врагу?
Несмотря на то, что эти мысли отвлекали его, ему потребовалось всего несколько мгновений, чтобы расправиться с демоном. Он даже не стал призывать свой бердыш, просто впился когтями в уязвимую человеческую плоть и свернул шею сосуду, лишив демона силы.
Он покинул свою бесполезную оболочку, поднявшись рыже-черным облаком, а затем рассеялся в воздухе. Баэн не уничтожил его, но отправил туда, откуда он пришел, и на данный момент этого достаточно. По крайней мере, Айви на какое-то время будет в безопасности.
Повернувшись, он увидел, что она смотрит на изуродованное тело водителя, кожа которого приобрела серый оттенок. Поспешив к ней, Баэн обнял ее и почувствовал, как она дрожит, прижимаясь к нему.
— С тобой все в порядке? — спросил он. — Ты не ранена? Не ушиблась при падении из машины?
Она покачала головой, но взгляд ее оставался прикованным к трупу.
— Нет, я в порядке. Я просто немного… эм… я в порядке, — повторила она. — Я в порядке.
Баэн гадал, отвечала ли она на его вопрос или пыталась убедить себя в том, во что не совсем верила. Он переместился, загораживая ей вид на мертвого человека, и подождал, пока она посмотрит на него. Айви выглядела немного ошеломленной и сильно встревоженной, но он решил, что с ней все будет в порядке, если она немного отстранится от трупа.
Он повел ее прочь от дороги и машины, которая все еще стояла в центре полосы, освещая фарами живую изгородь, окаймлявшую тротуар.
Судя по всему, они находились в тихом районе, но достаточно близко к аэропорту, чтобы мало кто из людей мог забрести сюда, особенно после того, как он закрылся. И все же он чувствовал, что задерживаться здесь не стоит. Лучше долететь до ближайшего города или даже до Парижа, где они могли бы лучше смешаться с толпой.
«Да», — подумал он. Чем больше людей их окружает, тем сложнее Обществу разделить их и атаковать. Не то чтобы ночные заботились о том, чтобы избежать ущерба, но поиск иголки в стоге сена всегда представлял собой большую проблему, чем поиск ее на чистом листе бумаги.
Приняв решение, Баэн подхватил Айви на руки и крепко прижал к себе. Одним толчком он поднял их в темное небо и понес в сторону Парижа. Когда Айви не запротестовала, он с мрачной решимостью сжал губы.
Если она не стала спорить с ним по поводу того, что они летели, значит, была потрясена еще больше, чем он предполагал. Пора доставить ее в безопасное место. Как только они устроятся на ночь, у них появится возможность выяснить, что
