Читаем без скачивания Сверхбогачи - Эндре Гёмёри

Однако Марсель Блок и после войны сохранил славу самого талантливого конструктора самолетов во Франции. В начале 30-х годов он, правда, всю свою энергию употребил на укрепление и расширение мебельной фабрики тестя, но в 1935 году все же именно Марсель сконструировал истребитель — бомбардировщик «Блок-299». Он считал, что это должен был быть «главный» боевой самолет воздушного флота Франции. Но конструкция не удалась. Много этих истребителей разбилось, и пилоты окрестили самолет «летающим гробом». Специалисты во Франции до сих пор спорят о конструкции «Блок-299», хотя сам миллиардер упорно настаивает, что вина за катастрофы лежит на фирме «Гном-Рон», которая поставляла для этих самолетов моторы.

К середине 30-х годов Марсель Блок становится уже богатейшим человеком Франции и отцом французского самолетостроения. Когда несколько лет назад у одного высокопоставленного чиновника французского министерства авиации стали допытываться, в чем секрет ранних успехов Дассо, тот отвечал так: «Дассо лучше других очень точно знал, какие машины понадобятся генеральному штабу. Знал ли он это инстинктивно или у него были свои люди в генеральном штабе, это нам никогда не станет известно. Во всяком случае к моменту объявления конкурса на каждый новый самолет у него уже было по меньшей мере полгода задела по сравнению со всеми остальными конструкторами. Он использовал самых лучших конструкторов, и не случайно, что уже в ту пору на его предприятиях всегда были наготове хорошо оплачиваемые должности для офицеров генерального Штаба, уходивших в отставку». Данную цитату стоило привести уже потому, что это было одним из объяснений удивительных успехов Дассо, прошедшего через все исторические и экономические бури.

Но были на его пути и некоторые трудности. Так, например, в 1937 году французское правительство Народного фронта национализировало часть заводов Блока. Однако «деловой нюх» не оставил Блока и тогда в беде: на выплаченные ему в виде компенсации деньги он купил акции компании «Дженерал моторз» и до сего дня остается крупнейшим иностранным акционером этой гигантской американской фирмы.

Когда на Францию обрушилась война, а затем упала грозная тень поражения в ней, нацисты не медлили: схватив первого авиаконструктора Франции, они отправили его в Бухенвальд. Небезынтересный факт из его жизни: в живых он остался благодаря коммунисту Марселю Полю. Поль спрятал его в больнице лагеря смерти. Гитлеровцы тщетно искали Блока, отправленного в лагерь в качестве заложника, но путаница была такая, что его так и не нашли. (Марсель Поль стал позднее в первом правительстве де Голля министром промышленного производства.)

Возвратившись из концентрационного лагеря, Марсель Блок взял себе новое имя — Дассо. Свои заводы при первом правительстве де Голля, в котором министром авиации был коммунист Марсель Тиллон, он не смог получить назад. Однако правительство признало его необыкновенный талант, назначив генеральным директором находившегося тогда в руках государства авиастроительного завода СНКАСО. Но этим Дассо не удовольствовался. Он построил один за другим четыре новых авиационных завода, которые впоследствии были объединены в одном концерне под названием «Женераль аэронаутик Марсель Дассо».

Годы «холодной войны» открыли перед Дассо огромные экономические возможности. Он понял, что для полного использования конъюнктуры нужно самому броситься в волны политической жизни. В 1951 году он становится депутатом французского Национального собрания от союза голлистов, а затем членом парламентской комиссии по делам авиации. Позднее один из заместителей председателя Национального собрания так говорил об этом: «На самом деле Дассо — никакой не политик. Он стал депутатом парламента и пустился в борьбу на политической арене только для того, чтобы легче найти контакты с важными для него с деловой точки зрения министрами». Во всяком случае остается фактом, что в 1947 году, когда генерал де Голль временно удалился от политических дел, Дассо остался по-прежнему голлистом. Все это время, которое де Голль и его сторонники называли «переходом через пустыню», он от начала и до конца поддерживал связь с генералом, удалившимся в одиночестве в провинцию, а потом много лет снова направлявшим французскую политику.

Годы «перехода через пустыню» Дассо использовал для укрепления своих деловых позиций. Применяя испытанный метод, выработанный им еще в 30-е годы, он пригласил к себе на работу в концерн десятки талантливых офицеров из генерального штаба. Здесь был и генерал Галуа, теоретик французских атомных исследований, ставший коммерческим директором компаний Дассо, и генерал Левек, назначенный генеральным директором проектных организаций Дассо. Сама «империя Дассо» тоже расширялась. Помимо пакета акций «Дженерал моторз» владелец авиакомпании приобрел еще значительную часть акций «Ройял датч-Шелл». Находившийся в его собственности Парижский коммерческий банк, шестое по величине кредитное учреждение Франции, с каждым годом разрастался, и его связи очень быстро оплели всю экономическую жизнь Франции, от строительства особняков до газетных концернов.

Кстати, эта «газетно-журнальная» часть его предпринимательской деятельности заслуживает особого внимания, потому что дает представление о Дассо как о человеке, о его образе жизни и политических связях, которые обычно остаются незамеченными, где-то на заднем плане.

Газета Дассо «Жур де Франс» на первый взгляд — этакий обычный дамский люкс-журнал. Однако на страницах его никогда не появляются цветные, чернокожие, бородатые молодые люди и строго-настрого запрещено помещать истории или фотографии с упоминанием о смерти. Это единственный журнал в мире, который не опубликовал фотографий об убийстве Кеннеди. Дассо не пьет и не курит и очень мало ест. Любимое его блюдо — французские колбаски (сосиски), но и их врачи ему запретили. Дассо иногда появляется сам в редакции журнала, чтобы проверить, о чем написано в гастрономической рубрике.

Но за ослепительно яркими красками обложки журнала могут иногда скрываться связи политического характера. Издатель журнала генерал Жилен де Бенувиль стал затем шефом службы пропаганды на предприятиях Дассо. Когда генерал де Голль пришел к власти, подготовил этот приход в основном Жак Сустель, экс-генерал-губернатор Алжира, близкий друг главного редактора «Жур де Франс». Теперь уже имеется много документов и мемуаров, которые в один голос свидетельствуют: в то время генерал Сустель устроил свою штаб-квартиру в редакции «Жур де Франс», и взятию власти де Голлем Дассо способствовал, предоставив в распоряжение Су-стеля неограниченные кредиты.

Есть один эпизод, достойный страниц детективного романа. В мае 1964 года перед дворцом Дассо два человека в масках похитили возвращавшуюся со званого ужина супругу французского авиационного короля. Разумеется, тогда алжирская авантюра уже давно кончилась. Сустель скрылся и жил в изгнании, и реальная политика де Голля заставила ОАС уйти с политической арены. В ходе расследования полиция выяснила, что похищением мадам Дассо руководил гангстер — «оасовец» по фамилии Жан-Жак Казанова, который в «более счастливые времена» был мелким служащим в «Жур де Франс», где занимался только тем, что отвозил рукописи и гранки из редакции в типографию.

По Парижу распространились самые дикие слухи о судьбе мадам Дассо. Поговаривали, что «тайная армия» ОАС в союзе с мятежником Сустелем требует в обмен за жизнь мадам Дассо освобождения брошенных в тюрьму де Голлем мятежных генералов.

Однако история эта разрешилась быстрее и проще. Уже через 18 часов после похищения мадам Дассо генерал Бенувиль, главный редактор «Жур де Франс», отправился в Швейцарию, где свили свое гнездышко гангстеры из ОАС. 24 часа спустя мадам Дассо была уже на свободе. Ее нашли неподалеку от Парижа, на одном заброшенном хуторе, в полном здравии и невредимой.

Во всяком случае эпизод очень красноречиво говорит о том, что влияние людей Дассо даже в кругу самых яростных противников де Голля было велико и в такой момент, когда их организация собиралась уничтожить самого де Голля.

При всей малодостоверной «красочности» этих детективных историй о Дассо, несомненны его способности — организаторские и авиационного конструктора.

Правая рука «отца» французской авиации — генерал Галуа так говорил об этом: «Убежденность Дассо, что нельзя построить самолет коллективно, остается в силе. Он считает, что самолет — это произведение искусства. А три художника совместно не могут нарисовать портрет Моны Лизы. Должен быть один командующий и целая армия, следующая за ним». В случае с Дассо нет сомнения, кто командующий. Он лично решает самые сложные вопросы конструирования прототипов и держит в своих руках контроль над их изготовлением. Его излюбленная привычка: в пятницу после полудня он появлялся в центре «прототипов», находящемся возле Парижа, и задерживал там на «уикенд» руководителей и конструкторов, чтобы еще раз проверить проекты, покритиковать или внести в них изменения.