– и делать все остальное, что ему было нужно. Теперь рядом был только я.
Но он даже не задумался об этом перед тем, как снова решил довести свое тело до всех мыслимых и немыслимых пределов.
В тот момент, когда по мне пробежала вспышка негодования, я увидел, что ему стыдно. Я знал, почему он так наказывает себя – и от чего хочет убежать.
Как будто в этом имелась хоть какая-то его вина. Единственный человек, который, возможно, сумел бы спасти Гриффина – это я.
И я этого не сделал. Я даже не оказался достаточно близко, чтобы попытаться.
Так что я подал Джейкобу руку и, не обращая внимания на ощущения в спине, поддерживал, пока тот на подкашивающихся ногах шел в гостиную. Остальные ребята торчали где-то в других комнатах. Наверное, это и к лучшему.
Джейкоб фактически объявил себя лидером нашего отряда. Так что, увидь они его полумертвым, это не поспособствовало бы поднятию морального духа.
Джейкоб, раздраженно ворча, все же позволил мне опустить его на диван.
– Мне просто нужно немного воды, – пробубнил он.
Я налил ему стакан и, пока он пил, сел рядом. На самом деле он не довел себя до предела, как раньше. Но, судя по положению ног, одна икра все еще его беспокоила.
– Ты растянул мышцу, – сказал я.
Он слабо, неловко отмахнулся.
– Ничего страшного.
Это будет очень даже страшно, выследи нас хранители. Если он порвал мышцу, на полное заживление могли уйти недели.
Если бы все происходило естественным путем.
Я не задавался вопросом, делать мне это или нет. Я мог, и я был нужен Джейку. Большего не требовалось. Но в комнате вокруг нас не оказалось ничего живого.
Я подумал о бархатцах. Представил, как ломаю пару их стеблей, и внутренне поморщился.
Нет, я мог сделать все сам.
Когда я наклонился, чтобы положить руку на голень Джейкоба, он опустил свой стакан.
– Дом, тебе правда не стоит…
– Я это сделаю, – перебил я таким твердым голосом, каким никогда с ним не говорил. – Если ты не хочешь, чтобы мне приходилось тебя лечить, тогда не мучай свое тело.
Мне снова стало стыдно за нотки обиды, которые проскользнули в моем тоне, но Джейк просто смиренно вздохнул, принимая критику. И затем, когда я направил немного внутренней энергии через его штанину прямо в плоть, он тихо сказал:
– Прости.
Я нашел в себе силы улыбнуться. Даже несмотря на бурлящее разочарование, меня радовало то, что я могу ему помочь.
– Не беспокойся об этом. Как ты и сказал, ничего страшного.
Надавливая рукой, я ощутил мышцы и волокна поврежденных тканей. Закрыв глаза, я сделал так, чтобы они снова соединились, разгладились и укрепились.
Моя сила вытекала из меня потоком тепла и в то же время сжимала мои внутренности. В конечностях появилось покалывание – небольшие уколы дискомфорта тут и там распространились по всему моему телу.
Ничего страшного.
– Хорошо, – сказал Джейкоб через несколько секунд. – Сейчас все хорошо. Тебе не нужно продолжать.
Беспокойство, которое сквозило в его голосе, заставило все внутри меня сжаться.
Он хоть представлял, как сильно я за него беспокоился? Каждый раз, когда он вот так изматывал себя до предела, то рисковал перейти за какую-то грань, откуда не сможет вернуться.
Я догадывался, что он не с нетерпением ждал того дня, когда это произойдет.
Но я не знал, что ему сказать. Рива вчера вечером заявила, что у меня всегда находились правильные слова. Но ее с нами не было, и она не видела, что происходило.
Я не знал, станет Джейкобу лучше или хуже от тех комментариев, что мелькали у меня в голове, поэтому я держал рот на замке.
Он только-только развалился на диване, как по лестнице с грохотом спустились Андреас и Зиан.
– Наш хакер написал, – объявил Андреас, размахивая телефоном. – У него есть что-то важное на Урсулу Энгель. Мы можем встретиться с ним сегодня вечером, чтобы отдать ему игрушку и узнать все подробности.
Джейкоб сел немного прямее – все еще бледный, но слегка воодушевленный перспективой прогресса в наших поисках. Он откинул влажные волосы с глаз.
– Хорошо. Это уже что-то.
Зиан нахмурился.
– Рива сможет пойти после того, что вчера произошло? Думаю, один из нас мог бы остаться здесь с ней…
Джейкоб покачал головой, скривив губы в усмешке.
– Если он увидит не всех, то что-то заподозрит. Тем более он обратил на нее внимание.
Не знаю, к кому в большей степени относилось появившееся в его голосе раздражение – к девушке наверху или к хакеру.
– Судя по тому, что я почувствовал, все эффекты от алкоголя уже должны пройти, – вставил я.
– И если она не хотела нарушать наши планы, ей с самого начала не следовало налегать на выпивку.
Тон Джейкоба заставил меня напрячься. Может, я и злился из-за прошлого, но даже я видел, что он несправедлив: откуда Рива могла знать, что один-единственный напиток плохо взаимодействует с ядом, которым он сам же решил ее отравить?
Но едва ли замечание на этот счет могло принести пользу. Так же, как и вопрос о том, действительно ли нам поможет информация, которую раскопал этот хакер.
Возможно, это ни к чему нас не приведет, но мы должны хотя бы попробовать. Если не пытаться найти ответы, то какой смысл вообще продолжать ту жизнь, которую нам навязали хранители?
Я заставил себя подняться на ноги.
– Прежде, чем мы отправимся, я прослежу, чтобы она пришла в себя. Во сколько нам нужно выехать?
Минуло всего несколько секунд после того, как мы вышли из машины, и я уже начал жалеть, что не остался дома. Ночной воздух был таким холодным, что в расстегнутой куртке не казалось так жарко.
Я подошел ближе к тихим зданиям, выстроившимся вдоль обшарпанной торговой улицы у промзоны, где хакер предложил встретиться. Окутывающие меня густые тени немного успокаивали нервы.
Если меня никто не увидит, то и вопросов никаких не возникнет. Никто даже не сможет заметить тяготившей меня странности.
Не то чтобы здесь за нами следило много любопытных глаз. По улице разносились голоса нескольких женщин, которые, пошатываясь, вышли из бара позади нас, но они оказались единственными людьми поблизости.
Зиан настороженно осмотрел дорогу и темные здания вдоль нее.
– Мы не могли припарковаться прямо у места встречи?
Андреас провел рукой по голове, рассыпая свои жесткие кудри.
– Он четко сказал, чтобы мы припарковались как минимум в двух кварталах. Думаю, он немного параноик.
Рива издала короткий смешок, который привлек мое внимание.
