— И я нет.
Абби долго смотрела на него, не отводя взгляда.
Ник взял ее руку в свою.
— Я правда, очень сожалею о том, что наговорил тебе вчера, Абби.
— Не надо больше об этом. Ты был прав. — Она посмотрела на собирающиеся тучи. — Я слишком долго горевала о Стивене и о том, что случилось со мной в Штатах. Я говорила тебе, что он меня бросил, когда понял, что я больше не смогу быть ему полезной как посредник между ним и моим отчимом. Я только не сказала тебе, что очень скоро после этого я обнаружила, что беременна. Я была в ужасе, начала звонить ему, но Стивен на мои звонки не отвечал. У него в квартире стоял автоответчик, который голосом Стивена говорил, что он очень сожалеет, но его нет дома в данный момент, и он просит оставить для него необходимую информацию.
Через некоторое время я начала склоняться к мысли о ребенке. Может быть, я рассчитывала, что, узнав о ребенке, он вернется ко мне, может быть, я думала, что это придаст мне уверенности в жизни. Не знаю. — Абби вздохнула. — Так или иначе, через пару месяцев, когда я уже оставила всякую надежду дозвониться до Стивена, я столкнулась с ним на улице лицом к лицу. Он шел с какой-то женщиной и посмотрел сквозь меня, как будто я пустое место, как будто я никогда не существовала в его жизни. Я так разволновалась, когда увидела его снова, и была в таком отчаянии оттого, что он так повел себя, что просто отвернулась и пошла, не разбирая дороги. Я шла, ничего не видя перед собой, и так случилось, что меня сбила машина.
Увидев выражение его лица, она быстро сказала:
— Нет, нет, я сама во всем виновата. К Стивену это не имеет никакого отношения. Я просто не смотрела, куда иду. — Она замолчала, вспомнив скрип тормозов и опускающуюся на нее темноту и боль от сознания происшедшего, когда она очнулась в больнице.
— Ты потеряла ребенка, Абби? — осторожно спросил Ник.
Она кивнула.
— Они долго убеждали меня, что мне крупно повезло, что я сама осталась жива, но меня это не утешало. Я была в полном отчаянии, все мои мысли были о том, что я потеряла Стивена и ребенка. Во всех своих бедах я винила Америку, потому что это было легче, чем винить саму себя. Только я одна была виновата в том, что забеременела, и сама виновата в том, что попала под машину. Но когда появился ты, мне показалось, что ты привез Америку с собой, и тогда я обвинила тебя во всех своих горестях, только потому, что ты говорил с американским акцентом.
— Я понимаю твои чувства, Абби, — сказал Ник. — Вполне понятно, почему ты не хотела иметь соседом американца.
— Это единственная причина, почему я сопротивлялась твоему легендарному обаянию.
— А сейчас? — спросил он.
Абби не ответила, но они улыбнулись, понимающе глядя друг на друга, а когда Ник отвернулся в сторону, у нее было такое ощущение, будто они закончили долгий разговор.
— Я должен тебе признаться… — сказал Ник, беря корзинку с завтраком.
— Да? — Абби легла на плед и закрыла глаза. Ей казалось, что огромный груз свалился с ее плеч.
— Ты же знаешь, что по воскресеньям здесь все магазины закрыты.
— Да. — Она открыла один глаз, не понимая, к чему он клонит.
— Дело в том, что с продуктами у меня оказалось туго… — Он протянул ей завернутый в фольгу маленький сверток. Она покорно стала его разворачивать.
— Слава богу, что без арахисового масла.
— Я даже с джемом не стал делать, — произнес Ник тоном человека, принесшего большую жертву. Абби засмеялась. — А чтобы легче было проглотить все это, я захватил бутылку шампанского.
Он извлек из корзинки бутылку, умело открыл ее и наполнил две пластмассовые кружки пенящимся напитком.
— За международное взаимопонимание, — произнес он, и они сдвинули кружки.
Абби героически съела один сандвич, а другой отдала Нику, который его тут же проглотил.
— С джемом было бы вкуснее, — сказал он.
— Я выпью еще шампанского. — Удовлетворенно вздохнув, она легла на плед и закрыла глаза. — Какое-то райское блаженство! — Напоенный запахом летних трав воздух пьянил не меньше шампанского.
— Абигайль.
Она открыла глаза и увидела лицо Ника, склонившееся над ней. Небо над его головой было затянуто темными грозовыми тучами, и деревья, шелестя листвой, качались под первыми порывами ветра. Но Абби не видела ничего, кроме гипнотически зеленого цвета его глаз, и не чувствовала ничего, кроме волнения, охватившего ее от его близости.
Она протянула руку и коснулась пальцами его волос.
— Абигайль, — с наслаждением произнес Ник и улыбнулся.
И от того, что это показалось ей совершенно естественным, она обняла его за шею и улыбнулась в ответ. Абби чувствовала, как под ее руками сильно и размеренно бьется его пульс, и задумчиво погладила большими пальцами шершавую поверхность его подбородка.
Очень осторожно Ник убрал пряди волос с ее лица. Вдалеке угрожающе прогремел гром, но ни он, ни она ничего не слышали. Ник нагнулся, и их губы наконец слились в поцелуе, который разжег внутри нее давно тлеющий огонь, и кровь застучала у нее в висках.
— Ты такая красивая, Абби, — прошептал Ник, и она вся затрепетала от острого чувства наслаждения, когда, целуя ее, губы Ника прочертили дорожку вдоль ее подбородка и дальше, туда, где в изгибе шеи бешено бился ее пульс. — Я так давно хочу тебя.
Абби вздрогнула от откровенно прозвучавшего желания. Ее собственные пальцы начали расстегивать пуговицы на его рубашке, а руки Ника нетерпеливо и настойчиво исследовали изгибы ее тела. Дотронувшись до ее тонкого колена, его рука уверенно скользнула вверх, вдоль шелковистой кожи бедра, заставив Абби задохнуться от желанной настойчивости его сильных и нежных пальцев.
— Ник! — Пуговицы его рубашки наконец были расстегнуты, и она могла обнять его и наслаждаться игрой его мускулов под своими пальцами.
Первые капли дождя упали ей на лицо.
Ник играл ее телом, будто настраивал музыкальный инструмент, и она, отзываясь на каждое его прикосновение, металась в беспокойном ожидании, а он, отбросив в сторону ее легкую кофточку, исследовал губами соблазнительные изгибы ее груди.
— Боже, Абби, до чего же ты хороша, — хрипло прошептал Ник у самого ее уха, и дыхание его стало прерывистым.
— Не останавливайся, — прошептала в ответ Абби, лихорадочно целуя его, но в этот момент яркая вспышка молнии осветила темную массу облаков над их головами, прогремел гром, и небеса разверзлись.
Глава 9
Как будто кто-то опрокинул на них ушат воды. Через считанные секунды они промокли до нитки.
— Черт, — с горечью крикнул Ник, грозя кулаком и посылая проклятия небу. На его лице было написано такое возмущение, что, не обращая внимание на дождь, Абби от души смеялась, лежа на пледе. — Что за чертова погода? — Ник вскочил на ноги и начал быстро собирать остатки пикника в корзину. — Ничего смешного! — проворчал он, помогая ей встать на ноги, но не мог сдержать улыбки, видя, как она беззаботно смеется. — Ну надо же…
