свои проблемы. Ни с кем. Да и чем она мне поможет? Ничем. Ей бы самой кто помог, с учетом, что наша с братом мать так и отказывается признавать ее частью нашей семьи.
Вот и от меня так же наверняка откажется…
Не только она.
И мой побег при таком раскладе выглядит куда привлекательней.
Ильяс сохранит свою жизнь.
Правда, наша семья и Тенгиза станут врагами.
Из-за меня.
Какой-то замкнутый круг, из которого не выбраться без потерь, сколько не ищи выхода.
Осталось только выбрать, что мне предпочтительней.
Хотя, о чем это я?
Я ведь сделала выбор.
И он самый правильный и безопасный из всех.
Был.
До недавнего времени.
Пока Асатиани не дал понять, что не откажется от меня.
А потом пропал…
Появился лишь раз, с братом заехал за какими-то документами и пообедать, но вел себя так, будто и не было ничего между нами, и не он мне сперва в любви признавался, а затем в ванной изводил своими ласками.
Передумал?
Всевышний, он меня с ума сведет скоро, вот точно!
И он, и Тенгиз.
Который прислал новое сообщение.
“Выходи”.
Вот так. И никому не интересно мое мнение. Просто делай, как сказали и улыбайся. Даже если настроение в ноль. И факт, что едем мы смотреть на работу кинолога, не добавлял радости. Еще меньше ее стало, когда, спустившись вниз, увидела не только Тенгиза, но и Ильяса. Захотелось вернуться обратно.
То есть, пропадал непонятно где всю неделю, а на встречу с Тенгизом явился, когда уже не ждала?
Нет, он точно надо мной издевается!
Еще и смотрит так… будто имеет на меня какие-то права!
Даже Тенгиз не так откровенно любуется. А этот…
Бесит меня!
Опять.
— Что ты здесь делаешь? — поинтересовалась требовательно у Ильяса, приблизившись к ним, и уставилась на него со всем недовольством.
— Твоя мать прознала о вашей с твоим женихом встрече и попросила меня составить вам компанию, — с виду безразлично пожал он плечами.
И когда эта женщина только успевает все контролировать так тщательно? Даже на расстоянии в полутысячи километров. Будто не где-то там, а за спиной стоит. Так и тянет обернуться, чтобы убедиться в том.
— Так скажи, что с нами, тебе не привыкать ей врать, — отозвалась я угрюмо.
Не готова я сегодня терпеть его рядом. Не после последних событий. Особенно, когда его взгляд так вызывающе скользил по моему телу, скрытому белым спортивным костюмом. Как бы давая понять, что будет уже вскоре. Вот только не будет ничего! Я о том позабочусь. Пусть идет туда, где пропадал все эти дни.
— Увы, я обещал ей фотоотчеты кидать каждые пять минут, — нахально развел руками Асатиани.
Так бы и…
Вдох-выдох, Этери, вдох…
— Так что едешь сегодня тоже со мной, — добавил еще радостней.
…выдох…
— С чего вдруг?
Мама же сама в прошлый раз дала добро на наше сближение, а сегодня обратный ход?
Что за тупость?
— Не ко мне претензии, договаривайся со своей матерью сама. Мне даны четкие указания быть рядом с тобой от и до все то время, что вы будете вместе.
— То есть потом я могу без тебя отправиться по делам? — уточнила.
— Нет. Одна ты теперь вообще больше никуда ходить не будешь, — ухмыльнулся Ильяс особенно довольно.
Руки непроизвольно сжались в кулаки.
Ну, мама…
Вот так удружила.
Так и захотелось ей всю правду рассказать о чувствах Ильяса.
Чтоб наверняка избавиться от его присутствия в моей жизни.
— Этери, — отвлек от кровожадных мыслей Тенгиз, тоже непонятно чему ухмыляющийся. — Поезжай. У нас с тобой будет полно времени на полигоне пообщаться. Приготовил тебе сюрприз, — подмигнул.
— Сюрприз? — заинтересовалась невольно.
Невольно шагнула за ним следом, когда он развернулся и направился к своему автомобилю.
— Да, — бросил он со смешком через плечо.
И вдруг резко остановился. Не ожидала ничего подобного, вот и врезалась ему в грудь, тут же оказавшись в мужских объятиях.
— Но ты о нем узнаешь позже, — шепнул на ушко.
Представила, как это выглядит в глазах Ильяса, и… не стала отстраняться. Еще и в футболку на его груди вцепилась. Белая ткань натянулась, обрисовав крепкие мышцы, которые я не забыла пальчиками погладить.
— Так нечестно, — заканючила. — Ну, Тенгиз, расскажи. Я же теперь с ума сойду от догадок.
Не соврала.
У меня при намеке на подарки всегда реакция сумасшедшая. Не успокоюсь, пока не получу или не выпытаю название презента. Это знают все родственники, поэтому давно избегают таких выходок. Тенгиз не знал. Ему же хуже. Мог бы и поинтересоваться, как я к сюрпризам отношусь. Или нет… Потому что в ответ послышался громкий смех. Мужские пальцы расцепили мои, сухие губы поцеловали, а затем Тенгиз отпустил меня и отстранился. И пока я зависала на такой неожиданности, скрылся в салоне.
Вот же…
Умный какой!
Мне ничего не оставалось, как сесть в машину Асатиани. Зато во всем этом был своеобразный плюс: я всю дорогу не думала о том, что нахожусь наедине с Ильясом, размышляя о затеянном для меня сюрпризе.
Что же такое задумал Ахалая?
Вся извелась, пока добирались до места назначения.
— Еще немного и из одежды выпрыгнешь, — прокомментировал мое нетерпение и ерзанье на сиденье Ильяс.
— Мечтай больше, — огрызнулась невольно.
Тут же прикусила язык.
Это я сказала?
Всевышний, да сколько же можно!
На удивление, Ильяс промолчал. Зато усмехнулся. Да так многообещающе и предвкушающе, чем заставил знатно нервничать.
Вот чего молчит?
Что задумал?
А то, что задумал, сомневаться не приходилось.
А впрочем, не важно!
Не собираюсь думать о нем!
Он обо мне целую неделю не вспоминал. Вот и я не буду!
Тут же подавилась последней мыслью. Ровно в тот момент, когда его правая рука легла мне на колено и двинулась вверх.
Какого…
— Ас-сатиани, — прошипела гневно, в шоке следя за тем, как наглые пальцы сжимаются вокруг бедра.
И в не меньшем шоке от того, как легко и быстро тело среагировало на такое незначительное проявление внимания. Дрожью, мурашками и тягучим ощущением внизу живота. Чтоб его!
Попыталась отлепить его от себя, но не вышло.
— Охренел, да? — уточнил Ильяс с весельем, ослабляя хватку и продвигаясь выше.
Схватилась за мужское запястье в попытке остановить наглую конечность.
— Да! — почти выкрикнула. — Руку убери, — потребовала, пытаясь повторно отцепить
