Читаем без скачивания Операция «Людоед» - Андрей Троицкий

– Хватит спать, гнида, ты не пожарник, – сказал Стерн. – Или…

Василич не дослушал, открыл глаза. Он увидел своего постояльца, стоящего на расстоянии трех шагов. В левой руке Стерн держал пистолет, направив ствол в переносицу хозяина.

– Вот выпей.

Стерн показал пальцем на стакан, полный какой-то мутноватой жидкости цвета мочи. Василич поднял плечо, коротким рукавом майки стер с губы кровь. Осторожно потрогал пальцами сломанный нос, распухший, превратившийся в фиолетовую картофелину.

– Что это за дерьмо? Денатурат что ли?

Хозяин показал пальцем на стакан. Вместо ответа Стерн ткнул его стволом в переносицу. Василич снова почувствовал тихий костяной хруст, вскрикнул от боли.

– Пей. И не вздумай блевонуть. Иначе…

Стерн не договорил, свободной рукой взвел курок пистолета. Василич поплевал на ладонь, потер подбородок, размазав кровь. Взял стакан, поднес к губам, передернул плечами, закашлялся от тошнотворного резкого запаха. Открыв рот, запрокинул голову и влил в себя жидкость. Свободной рукой Стерн снова наполнил стакан до краев.

– Пей. Твое здоровье.

Василич поднял стакан и опустошил его в три больших глотка. Стерн почесал мочку уха стволом пистолета, снял курок с боевого взвода, положил «Браунинг» на стол. Опустился на стул, вытащил из пачки сигарету и прикурил. Пальца так крепко пропахли какой-то химической дрянью, что Стерн не чувствовался аромата табака. Василич сидел на стуле, обхватив руками живот, в котором что-то клокотало, бурлило, переливалось. Стерн глубоко зевнул.

– Куда ты дел машину своего сына? – спросил он.

– Продал… Еще год назад подвернулся покупатель.

– Скучно с тобой, – сказал Стерн. – Кстати, пистолет не заряжен.

Василич не услышал последней реплики. Закрыв глаза, он сидел на стуле и тихо постанывал. Он забыл о сломанном носе, о ссадинах и синяках, обнаружив новые пугающие симптомы близкой смерти. От пищевода и желудка по телу стало распространяться какое-то странное онемение, захватывающее грудь, плечи и даже спину. Нечто похожее Василич испытал несколько лет назад, когда после травмы лежал на операционном столе. Дали местную анестезию, и живые ткани вдруг потеряли чувствительность, будто их заменили каучуковыми протезами. Василич подумал, что постоялец, которого он пустил в дом, оказался бандитом, жестоким убийцей. Нужно было сегодня же утром, когда он заглянул сумку этого типа, нашел в ней оружие, бежать в милицию. Но задним умом все дураки умны. Василич неожиданно вспомнил жену Варю, сбежавшую от него и от сына Севы. Двадцать лет с лишним лет назад они купили этот дом в Малаховке, перебрались сюда из Раменского, зажили счастливой семьей. Василич нашел денежную работу в аэропорту Быково. Правда, первое время его все время ставили в ночную смену, а Варя надолго оставалась одна. Она была привлекательной женщиной. И очень общительной. Ей не сиделось дома, не хотелось подтирать сопли вечно хворавшего сына. Она жаждала быть в курсе всех поселковых событий, вращаться, заводить новые знакомства… И полгода не прожили на новом месте, как Варя успела перезнакомиться с половиной дееспособных мужиков на их улице. А заодно уж и перетрахалась с новыми друзьями. Но мужья обо всем узнают в последнюю очередь. Впрочем, что стоят теперь все прошлые, уже полузабытые, покрытые слоем пыли обиды и унижения, когда подыхаешь в своем же доме, как собака… Василич не додумал до конца своей мысли и заплакал. К этой минуте Стерн выкурил вторую сигарету, доел бутерброд. Взглянув на часы, решил, что времени прошло достаточно, антифриз уже всосался. Если Василич вздумает схитрить, сунет два пальца в рот и блевонет, это ему уже не поможет, не спасет. Не поднимаясь со стула, Стерн сжал кулак, отвел назад правую руку и, вложившись в удар, врезал Василичу в верхнюю челюсть. Хозяин, охнув, полетел на пол, стул выскочил из-под него, Василич стукнулся затылком об пол. Стерн встал, пошел в проходную комнату, включил свет, открыл крышку погреба. Он вернулся на веранду, подхватил Василича за щиколотки и, пятясь спиной, поволок его за собой. Василич открыл глаза. После нокаутирующего удара, он был в сознании, наблюдал за своим убийцей, но не издал ни звука. Стерн доволок его до края люка, отошел в сторону. Толкнул Василича в бок ногой. Тот успел вскрикнуть, и пересчитал грудью ступеньки крутой лестницы…

Стерн захлопнул крышку погреба, запер входную дверь, погасил свет на веранде. Он прошел в ванную, смыл с рук кровь, почистил зубы. Вернулся в свою комнату, скинул шорты и майку, упал на кровать. Стерн подумал, что через неделю о том, что хозяин пускал к себе постояльца, вряд ли вспомнят, а если и вспомнят, все равно спишут смерть хозяина на несчастный случай. Ну, махнул старый выпивоха антифриз, опохмелился не тем, чем следовало. Да и грохнулся сослепу в погреб, не заметил, что крышка открыта. С этой мыслью Стерн заснул. Несколько раз он просыпался, прислушивался, не понимая, что происходит. Из подвала доносились сдавленные крики, стоны и звон разбитых банок. Стерн снова проваливался в сон, снова просыпался, разбуженный новыми звуками, опять засыпал. Короткая летняя ночь оказалась бесконечно долгой. Только к утру все звуки стихли.

Глава одиннадцатая

Москва, Лубянка. 31 июля.

Колчин появился в небольшом зале, где проводили оперативные совещания, с опозданием в полчаса. Все сотрудники следственной бригады, человек двадцать или чуть более того, уже собрались, расселись по креслам и внимательно слушали какого-то молодого мужчину, которого Колчин видел впервые. Видимо, это был тот самый Алексей Борисов, специалист из второго главного управления «Минатома», которого помянул генерал Шевцов. Прокравшись по узкому проходу между рядами кресел, Колчин уселся ближе к докладчику и, предвкушая большую скуку, сладко зевнул.

– Рассматривая возможность террористических актов на АЭС, нужно исходить из того, что такая диверсия вероятна, даже возможна, – говорил Борисов. – Но катастрофа крупных масштабов может произойти лишь в том случае, если террористический акт направлен непосредственно против ядерного реактора или систем его жизнеобеспечения. То есть террористы вывели из строя насосы, системы электроснабжения, трубопроводы. Борисов остановился у стола, сделал глоток воды из стакана, откашлялся и продолжил: – Разрушение корпуса реактора приведет к выбросу в атмосферу радиоактивных продуктов. В качестве примера рассмотрим Белоярскую АЭС. В случае взрыва атомного реактора последствия можно будет сопоставить с локальной ядерной войной. Воздействия радиации ощутят жители Екатеринбурга, Челябинска, Первоуральска и ряда других городов. Из хозяйственного оборота будут выведены огромные земельные пространства. Нами смоделированы варианты атаки террористами этой атомной станции. А также действия преступников уже после того, как они проникнут на территорию Белозерской АЭС.

Колчин увидел генерала Шевцова, сидевшего через кресло слева. Генерал хмурился, видимо, живо представлял себе атаку банды террористов на атомную станцию. – Объект защищен двойным ограждением по периметру. Однако отсутствует система подрыва транспортных средств, начиненных взрывчаткой. Есть телекамеры, системы датчиков, предупреждающие охрану о незаконном проникновении на территорию АЭС. Но и эти меры не дают должной гарантии безопасности. Если группа боевиков, оснащенная мощным взрывным устройством, используя тяжелый грузовик, прорвется через инженерные сооружения, то, несомненно, направит удар непосредственно по реакторному залу или по центральному залу управления станцией. Это наиболее уязвимые точки. Террористы попытаются вывести из строя систему охлаждения реактора, что приведет к паровому взрыву. Расплавленное ядерное топливо вступит в контакт с водяными парами… Колчин подумал, что следствие сейчас сосредоточено на одном-единственном сценарии событий: диверсия боевиков на АЭС. Этот вариант имеет право на существование, но после разговора с Тягуновой представляется зыбким, сомнительным. – Подобная акция займет, по нашим расчетам, не более пяти минут. При этом боевая группа должна состоять как минимум из семи человек, иметь на вооружении автоматическое оружие и гранатометы. Два боевика работают непосредственно с взрывным устройством. Остальные подавляют вооруженное сопротивление охранников и обеспечивают безопасность непосредственно взрывотехников. Кстати, охрана станции легко уязвима, помещения не оборудованы для боя. Борисов подошел к столу, на котором стоял видеомагнитофон и большой телевизор с плоским экраном.

– Сейчас вы увидите смоделированный на компьютере вариант штурма боевиками Белоярской АЭС, – Борисов вставил кассету в видеомагнитофон, включил телевизор. – В нашем случае преступники работают слаженно и организованно. Каждый знает свое место и участок. Такая осведомленность объясняется тем, что они действуют не вслепую, не методом научного тыка. Боевики располагают надежными источниками информации. Предположим, они купили работника АЭС среднего звена или чиновника «Минатома».