или без, но я приму приглашение друга. Мне необходимо напиться и хоть немного расслабиться. В последнее время под ногами много людей мешается и строят мне козни. Решение этих проблем забирает всю энергию.
Только рядом с женой я подпитывался силой и снова шёл в бой.
Я многим мешаю и те, кто хотят занять моё место, пытаются устранить меня. Эти люди слишком много хотят.
Вернулся друг из-за меня. Новые заказы, поставки и новые враги. Слишком накаленная обстановка в стране сейчас и в добавок к тому еще с женой разлад выходит.
Мне нужна перезагрузка…
— Давай поедем завтра? Мне в больницу нужно. — сворачиваю машину на обочину и паркуюсь. Беспокойно смотрю на жену и ощупываю взглядом от макушки до пяток.
— Где болит? Наз, он что-то сделал тебе? — озвучиваю пугающую меня догадку и в голове прокручиваю сцены убийства Вячеслава
— Я просто случайно пролила на себя горячий чай. — жена расстегивает ремень безопасности и приподнимает юбку до линии трусиков. Стекла машины тонированные и снаружи никто ничего не увидит.
Хорошенькие полосочки и смещать в сторону их одно удовольствие, но не это меня сейчас интересует.
Покрасневшая кожа бедра покрылась мелкими пузыриками волдырей.
— Почему ты сразу не сказала? — кладу ладонь близ ожога и поглаживаю кожу. — Столько лишнего времени потеряли, хотя тебе нужна помощь врачей. — правую руку оставляю на бедре, а левой начинаю водить машину до больницы, а с зеркала заднего вида убеждаюсь, что наша охрана следует за нашей машиной. Безопасность жены превыше всего.
Наз
Ожок стал причинять невыносимую боль. Из-за состояния, так скажем, аффекта, я не придала значения этому.
Сейчас, когда из глаз искры от боли готовы посыпаться — понимаю, что зря.
Еще муж, как назло выстроил баррикаду со своей стороны. Он имеет права обижаться, но я не могу это принять.
Мой муж, мой Али всегда относился ко мне трепетно и наши ссоры даже сводились к постели. Али меня любит и я в этом ни капли не сомневаюсь.
Эгоистично с моей стороны, но мне не нравится, что муж холодно заботлив. Он обижен.
— Я пойду одна. — ставлю мужа в известность, когда он паркуется перед больницей. Открываю сумку и проверяю, чтобы телефон и деньги были на месте.
— Не время спорить, Наз. — спокойно говорит, но желваки на лице мужа ходят ходуном.
Али выходит из машины и идет к моей двери. Открывает и подаёт руку. Вкладываю свою, одной рукой придерживая ткань юбки, которая неприятно трется о место ожога.
Муж блокирует машину и становится сзади меня. Не успеваю возмутиться, как он забирает мою сумочку и обвивает талию рукой. Своей огромной ладонью сжимает атласную ткань и оттягивает её от моего бедра.
По сравнению с моей ладошкой его ладонь — гигант и помогает в разы сильнее, если бы я держала сама.
Непривычно двигаться, когда в попу упирается внушительный стояк. Я хихикаю и натыкаюсь на грозный взгляд мужа. Да поняла я, что ты не в настроении.
Так и входим в больницу. Али с моей сумочкой на плече и сзади меня придерживает мою юбку и двигаемся мы не быстрее черепахи. Вытянутые лица персонала надо было видеть. Но они быстро сменили эмоции на бесстрастную маску и быстренько направили меня в кабинет нужного врача.
Дальше всё проходило, словно в тумане. Муж вместе со мной вошёл в кабинет и следил за каждым движением врача. Я даже боли не чувствовала. Мне так нравилась забота Али, что я взгляд отвести от него не могла.
Он засыпал врача разными вопросами, хмурился, когда тот прикасался ко мне. Ревнивец мой.
Мне наложили повязку и дали дальнейшее лечение. Всё забрал муж, ибо я была далеко в своих мыслях.
Остаётся только надеяться, что Али внимательно слушал врача и поможет мне в дальнейшем. Хотя, конечно поможет. Это же мой муж. Он ради меня готов мир перевернуть.
— Мне ещё нужно к гинекологу сходить. — останавливаю мужа за локоть, придумывая причину посещения.
Я конечно опоздала на много. Очень много. Остаётся надеяться, что Кумру примет меня. И тут же понимаю, что примет.
Не пользуюсь своим положением, но жену владельца больницы вряд ли попросят прийти в другой раз. Все готовы заискивать передо мной, чтобы услужить моему мужу.
— Хорошо, я подожду тебя у кабинета. — муж проявил тактичность и даже не спросил зачем. Вот и хорошо, не надо будет придумывать отмазку. — Как раз сделаю пару звонков по работе.
Когда подходим к нужному кабинету, я поворачиваюсь к мужу и просовываю руки под его пиджак, обнимая.
Сердце Али стучит в унисон моему. Смотрю в его глаза и прикасаюсь губами к колючей щеке.
— Не обижайся на меня, пожалуйста.
— Как я могу на тебя обижаться? — проводит по макушке и заправляет прядь за ухо. — Мне просто было неприятно, но забей. Сейчас самое главное — твоё здоровье. Иди к Кумру, а потом поедем домой.
Трусь щекой об плечо мужа и отстраняюсь под ободряющую улыбку.
Стучусь в кабинет и открываю дверь. Кумру заполняет какие-то бумажки, но, заметив меня, приглашает войти в кабинет. Откладывает бумаги и задаёт вопросы по поводу состояния моего здоровья.
Потом женщина делает мне узи, показывая белое пятнышко.
— Вот Ваш малыш, Наз Ханым. Срок три с половиной недели. Может позвать Али Бея?
— Нет! — машу руками. — Я сама хочу ему сказать.
Гинеколог не спорит. По моей просьбе распечатывает снимок узи и я прячу его в сумочку, которую забрала у мужа.
Счастливее меня нет человека на этом свете. Прошлое закрыто под толстый и прочный замок, с мужем у нас всё прекрасно, я беременна. Я стану мамой.
Страхи меня не покидают, но мы с Али пройдём через всё вместе. Я верю, что с этим ребеночком всё будет хорошо.
Выхожу к мужу и сплетаю наши пальцы. Али — моя судьба. Он — моя звезда, которая освещает путь. Сейчас я уверена, что хочу до старости быть с этим мрачным, но
