добрым и любящим мужчиной.
— Всё? — киваю и муж притягивает к своей груди, целуя в висок. — Про какие три недели говорила Кумру, Наз?
Глава 26
— Не понимаю. О чём ты? — стараюсь улыбнуться как можно мягче, скрыть нервозность и оборачиваюсь на мужа. Неужели он слышал? — Ах, — легонечко бью себя по лбу. — мне на следующий приём надо через три недели приехать.
— Какие-то проблемы? — хмурится, читая входящее сообщение.
— Нет. Это по женским делам, дорогой.
— Нам нужно срочно уехать, Наз. — Али хватает меня выше локтя и ведет к выходу.
Быстрым шагом семеню за мужем. На улице нас уже поджидает свита. Они образуют полукруг и окружают нас до самых дверей машины, которую подогнали ко входу больницы.
Машина уже другая и без номеров. В салоне пахнет новизной и я прихожу к выводу, что приоблери машину совсем недавно.
Слышу свист снаружи и оборачиваюсь. Пуля ранит одного из охранников и он распластается прямо под моими ногами.
— Быстрее, Наз. — поддакивает меня муж в салон машины и входит следом за мной. Не успели дверь закрыть, а наша машина уже срывается с места. Охрана на машине окружила нас сзади, спереди и по бокам. — Ты как? Тебя не задело? Всё хорошо?
Руки Али лихорадочно шарят по моему телу. Муж выдыхает, когда я отрицательно машу головой и прижимает меня к своей груди.
— Что происходит? На тебя опять было покушение? — страх в голосе скрыть не удаётся. Отодвигаюсь от мужа и заглядываю в его глаза.
— Тебе не стоит волноваться. Это просто временные трудности. — берет в руку мою, которая сжимала стерильно белую ткань рубашки. Целует кончики пальцев, а они трястись начинают.
— Да, Али. Мне нельзя волноваться. Я хочу, чтобы ты прекратил свои стрелялки. — от осознания, что однажды мой муж может погибнуть из-за своей работы меня бросает в холод. Страх растекается по венам и травит всё нутро.
— Ты чего распереживалась вся? — даже улыбку выдавливает, но не прокатит. Меня знобит. — Любимая, это всего лишь издержки моей работы. Это не первый раз, когда меня хотят убрать и не последний.
— Вот именно, Али. — голос повышается на октаву. — Я не хочу тебя потерять. Ты мне нужен. — всхлипываю и отворачиваюсь к окну. — Что станет, когда у нас будут дети? Однажды ты уйдешь из дома и не вернешься, а ребёнок… Он, всегда будет нуждаться в отце.
— Мы не… Какие дети, Наз? Разве ты не предохраняешься?
— Ты вообще не хочешь детей? — спрашиваю дрогнувшим голосом. Мы вообще никогда не затрагивали тему будущих детей. Мы просто муж и жена, семья. Но о детях мы не думали. Изначально сложилось так, что я предохранялась, а муж не особо сопротивлялся. Его всё устраивало.
— Хочу. Очень сильно хочу от тебя сына и дочку. — как бальзам на душу. Поворачивает моё лицо к себе и стирает дорожки слёз с щек. — Но потом. Сейчас не самое подходящее время для твоей беременности, цветочек мой.
Господи. А что делать с тем, что я уже беременна? Положение мне так и кричит: "меня не ждали, а я пришла".
Кладу руку на сумку и словно обжигаюсь. Подходящее сейчас время или нет, но малыш уже у меня под сердцем. О чём я его папочке и скажу.
* * *
Али
— Малышка моя, ты уверена, что тебя всего лишь укачало? — тарабаню пальцами по рулю и смотрю на серую жену. На ней же лица нет.
Вернулся домой под утро из-за того, что решал проблемы с покушением всю ночь. Наз неспокойно спала. Когда проснулась — была слишком уставшей и осунувшейся.
— Тебе не о чём беспокоиться. — монотонно отвечает и прислоняет лоб к стеклу.
Пока позволяет время на светофоре, скольжу взглядом по любимой. Она сегодня такая простая, но домашняя, что крышу сносит. Спортивные штаны и белая футболка, поверх которой накинута толстовка. Волосы жена стянула в свободный пучок на затылке.
Наз сегодня даже не притронулась к косметике. Мне нравится такой. Пугает лишь её болезненный вид.
Молчу и когда цвет светофора меняется на зелёный, плавно давлю на газ, стараясь не слишком резко вести, чтобы не спровоцировать новый приступ тошноты.
К коттеджу подъезжаем ближе к обеду. У кованого забора уже стоят Кемаль и Мелисса. Встречают нас.
Помогаю выйти жене из машины и, пока она здоровается с ребятами — выгружаю две спортивные сумки с вещами и несколько пакетов с продуктами и выпивкой.
— Ну как ты? Удалось наказать ночью Бурака? — Кемаль забирает с рук пакеты и тихо интересуется.
— Прямо из под рук его забрали, Кемаль. — сжимаю челюсти. — Там несколько группировок объединились против меня. Как бы жену это не коснулось.
Вижу как Кемаль дёргает головой и подставляю подножку.
— Что?
— Пообещай, что если со мной что-то случится, ты позаботишься о Наз. — друг неопределенно кивает и я встаю перед ним. Жена с Мелиссой подозрительно смотрят на нас, но у меня задача поважнее. — Без подколов и прочего, Кемаль. Позаботишься о ней, как о своей родной сестре. Пообещай. Кроме тебя я никому не доверяю и ты это прекрасно знаешь.
— Хорошо. Только раздражает немножко, что ты коньки уже решил откинуть. — закрываю багажник и улыбаюсь жене, которая глаз не сводит с меня. Странная она эти дни. — Если Наз узнает…
— Ничего она не узнает. — перебиваю и выразительно смотрю в глаза Кемалю.
Ещё не хватало, чтобы на этой почве у неё произошёл срыв.
Наз
Надеваю раздельный купальник и мажусь солнцезащитным кремом. Беру тёмные очки и надеваю на глаза.
Спускаюсь вниз по лестнице и иду к шезлонгам, слыша весёлые голоса ребят. Желудок сразу урчит, когда слышу запах мяса. Даже облизываюсь. Слюнки текут.
Свежий воздух на меня, удивительным образом, действует хорошо. Меня не мутит и голова не кружится, как это было дома.
Мне, кажется, я даже поднабрала пару килограмм и зечки мои стали румяней.
Ложусь и нежусь под солнечными лучами,
