Ей удалось исчезнуть с радаров почти на пятнадцать лет. За это время она повсюду следовала за Мэллори и ни разу не оставила следов. Не было никаких доказательств того, что она не сделала того же самого в ночь убийства Наны, и Мэллори решила, что тот факт, что Иззи появилась на следующее утро в ее квартире, будучи застуканной за сексом с ее парнем, является отличным алиби.
Она медленно отстранилась от Люка с тяжелым вздохом: — Спасибо, что проделал всю эту работу по поиску данных об Иззи для меня.
— Конечно. — Он нежно отвел ее волосы назад: — И я буду продолжать пытаться выяснить, какие псевдонимы она использовала в те годы, когда следила за тобой. Они могут дать нам что-нибудь. Я не собираюсь сдаваться.
— Я знаю. — Она прильнула к нему: — Спасибо, что поверил мне настолько, что стал искать информацию о ней, и спасибо, что позволил мне переночевать здесь прошлой ночью.
— В любое время. — Он улыбнулся.
— Осторожно, шериф. У меня может возникнуть мысль, что тебе нравится, когда я рядом. — Она поддразнила его, и Люк ухмыльнулся.
— Хорошо. Потому что мне нравится. — Он наклонился вперед и провел губами по ее губам. — И если бы я не думал, что тебя это испугает, я бы попросил тебя переехать ко мне, чтобы доказать это.
Сердце заколотилось от того, что могло быть паникой, но почти наверняка было надеждой, и она улыбнулась ему в губы: — Оставь эти мысли на потом, когда мы снова сделаем улицы Темпеста безопасными. А сейчас мне нужно вернуться в дом и проведать Хоуп. Она наверняка ломает голову, где я.
— Конечно. — Он отпустил ее и сел обратно в кресло. — Хочешь, я тебя провожу?
— Нет, я сама справлюсь с этой позорной прогулкой. — Она подмигнула, вставая. — Но мы увидимся позже, да?
— Определенно.
Люк усмехнулся, и Мэллори не могла не усмехнуться в ответ. Она снова почувствовала себя подростком. Опьяненной любовью, желанием и надеждой на будущее. Она не могла вспомнить, когда в последний раз чувствовала себя так, но знала, что это было в подростковом возрасте, до того, как проклятие Наны оторвало ее от Люка.
Ей нравилось это чувство, нравилось настолько, что она решила: если Люк действительно попросит ее остаться в Темпесте с ним, то на этот раз она согласится.
Глава 17
Мэллори совсем погрузилась в мечты, думая о той жизни, которая могла бы быть у нее, если бы она осталась в Темпесте, когда на другой стороне улицы она заметила знакомую фигуру. Он прислонился к кирпичному зданию с телефоном и опущенной головой, поэтому пока не видел ее, но она инстинктивно поняла, что он ее ждет. Ее хорошее настроение сдулось быстрее, чем воздушный шарик из магазина, и она, сжав челюсти, перешла улицу. Как она и предполагала, как только она ступила на тротуар, он поднял голову и по-мальчишески ухмыльнулся, что когда-то было обезоруживающе, но сейчас только вызвало раздражение.
— Мэл! Привет. Рад тебя здесь видеть. — Билли оттолкнулся от стены, встав во весь рост, и она скептически подняла бровь.
— Правда? Это так? Потому что у меня такое чувство, что ты точно знаешь, где я была.
Глаза Билли расширились от удивления: — Что? Нет. Я…
— В последнее время, куда бы я ни повернулась, ты, оказываешься там, Билли, так скажи мне, почему ты следишь за мной?
— Я… я не следил. Я… не знаю, что ты имеешь в виду. — Билли слегка замялся, его глаза бегали, чтобы не встретиться с ее глазами.
— А я думаю, что понимаешь. — Она скрестила руки и стала ждать.
Формально она понимала, что если Билли виновен в убийстве ее бабушки, то ей не следует так на него наседать, но даже если бы она поместила его лицо на свою доску убийств, она не верила, что ее бывший школьный парень способен на хладнокровное убийство. Он вел себя странно, это было правдой. К тому же, он определенно следил за ней и находил причины, чтобы поговорить, но Билли не был убийцей, а если и был, то точно не был достаточно умен, чтобы уйти от ответственности, как тот, кто убил Нану.
Молчание между ними тянулось неловко долго, но Мэллори не дрогнула, и наконец Билли простонал: — Ладно. Ладно. Ты меня поймала. Я следил за тобой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Я уже знаю это. Скажи мне, почему? — потребовала она.
— Я думал, может быть… — Он уставился на свои ноги, его плечи поникли: — Наверное, я думал, что ты дашь мне второй шанс, если вернешься в город, но, очевидно, я не тот, с кем ты хочешь начать отношения.
Мэллори фыркнула: — Да ладно, Билли. Ты же не думаешь, что я действительно на это куплюсь? Ты преследовал меня, потому что думал, что мы можем снова быть вместе после всего этого времени?
Он нахмурился: — Это не так уж и невероятно.
— Скажи мне правду. Сейчас же.
— Ладно, ладно, черт возьми, — проворчал он, — конечно, второй шанс с тебой был бы неплох, но я надеялся, что если мы снова станем друзьями, то ты согласишься прийти на мой подкаст.
— На твой… что? — Она моргнула, от растерянности ее слова прозвучали резче, чем она предполагала.
— Я же сказал тебе, что у меня есть свой подкаст, и я хочу, чтобы ты в нем участвовала.
— Почему? — Она покачала головой. — Что я знаю о футболе?
— Футбол? — Билли смотрел на нее в замешательстве. — Какое отношение это имеет к футболу? Это подкаст об убийстве, Мэл. Об убийстве твоей бабушки.
Она открыла рот, но тут же закрыла его, так как шок и ужас захлестнули ее. Она попыталась вспомнить их разговор в тот день в закусочной. Рассказывал ли он ей, о чем был подкаст? Она помнила, что нет. Она просто предположила, что речь идет о футболе, потому что это было единственное, что ассоциировалось у нее с Билли и о чем он много знал. Ни за что на свете она бы не догадалась, что он пытается сделать подкаст о настоящем преступлении — ужасном убийстве ее собственной бабушки, когда дело еще даже не раскрыто!
— Было бы здорово записать твою историю. Я могу рассказать ее своим слушателям своими словами, но представь, как круто будет услышать ее от тебя? Это действительно то, как ты общаешься с людьми и… — Билли продолжал, пока она не подняла руку.
— Ты делаешь подкаст о том, что случилось с Наной?
— Да. — Он улыбнулся, он действительно улыбнулся, и ей потребовались все силы, чтобы не смахнуть эту глупую ухмылку с его лица. — Подкасты сейчас так популярны. Я уже подумывал сделать один о старых преступлениях здесь, в Техасе, но потом умерла твоя бабушка, и я подумал: вот о чем люди хотят услышать. Новое, свежее и захватывающее. Я записал кое-какую справочную информацию, но…
— Нет. — Она зашипела, и Билли сделал шаг назад, удивленный ее решительностью. — Нет, ты не будешь делать подкаст об убийстве моей бабушки. Нет, ты не будешь использовать ее ужасную смерть только для того, чтобы получить хоть крупицу славы, о которой ты мечтал всю свою жизнь. И нет, я не буду в этом участвовать, потому что если я узнаю, что ты собираешься осуществить эту идею, я превращу твою жизнь в ад, Билли Шоул. Ты меня понял?
Выражение его лица стало похожим на выражение щенка, получившего пинок: — Но я просто хочу рассказать ее историю.
— Это не твоя история. — Прорычала Мэллори. — Человек, убивший Нану, все еще на свободе. Кто-то в этом городе убил ее и думает, что это сошло ему с рук. Но это не так. Я найду его и заставлю заплатить.
— Я хочу этого. Безусловно, хочу. — Билли отступил. — Я подумал, что подкаст может привлечь к делу больше внимания и…
— Нет. Ты думал, что это привлечет внимание к тебе, но этого не произойдет.
Лицо Билли стало ярко-красным, но он вызывающе поднял подбородок: — Мне не нужно твое разрешение, Мэллори.
— Может быть, и не нужно, но тебе, очевидно, необходимо напомнить, кто мы такие и где живем. — Она указала пальцем на его грудь. — Скажи мне, как именно ты собираешься делать подкаст о Нане, об этом городе и не говорить о магии и сверхъестественных существах, которые здесь живут, а? Потому что я уверена, что ты не сможешь, так же как уверена, что если некоторые люди в этом городе узнают, что ты даже рассматриваешь такую возможность, они не будут рады тому, что ты выложишь существование магии на всеобщее обозрение.
