и начинаем готовить. Вдвоем. Готовим страстно, увлеченно, чувственно, с азартом...
Сердечко екнуло.
Одно мгновение - и я, словно под гипнозом, в странном наваждении ступила бы прямо в объятия Эдварда. Вовремя опомнилась. Для начала надо разобраться с дичью и овощами. Слава богу, нетвердые ноги привели меня не к принцу, а к печи. Приложила руки к шершавой стеночке и попросила магический механизм нагреться.
Поднялась, обернулась и...
Я не услышала, как принц подошел ко мне. Взял за руку и приложил мою ладонь к своей груди. Я ощутила, как под пальцами его сердце отдавалось частыми и тяжелыми ударами. Пьянящее, волшебное чувство! У меня самой сердце забилось волнительно, быстро, будто всепоглощающая радость проникла в каждую клеточку тела. Эдвард посмотрел на меня долгим задумчивым взглядом, а потом поднес мою ладонь к губам и поцеловал. Его лицо просияло радостью. Это был уже не тот наглый тип, что ворвался в комнату, когда я спала, за непозволительными вещами. Это был вежливый, внимательный человек, который следил за моей реакцией на свои прикосновения.
- Ты не сердишься за нашу первую встречу? - обратился ко мне принц, как будто тогда между нами случилось что-то дурное и как будто он опомнился.
- Есть немного. - Кажется, я покраснела. - Если честно, мне еще не приходилось просыпаться таким странным образом.
- На меня словно любовный морок напал. - Эдвард нахмурился, но тут же улыбнулся. - Мерлин сказал, что нашлась моя истинная невеста, и я не мог дождаться, когда тебя увижу. Прости.
С ума сойти!
Принц считает меня истинной невестой!
Но при этом смущен. И от его смущения мне стало не по себе. Показалось, что приворотом, с которым я, без сомнения, напутала, я навеки погубила зародившееся в наших сердцах чувство. Только у меня оно самое что ни есть настоящее, а у принца - грубая подделка. Развей морок - и от притягательного воздействия не останется и следа. Я упрекала себя, раскаивалась и боялась, что будет, если Эдвард об этом узнает.
Ничего не ответила, стояла перед ним как школьница перед учителем, стараясь не встретиться взглядом. Принц Эдвард взял меня за подбородок и приподнял опущенную голову.
- Расскажи про свой мир, - вдруг сорвалось с его губ.
Я часто заморгала.
- Что ты хочешь знать?
- Все, что касается тебя. Ты скучаешь?
Хороший вопрос, на который у меня не было однозначного ответа.
- Да, скучаю, но не по людям, а... - Я запнулась, глянула на принца и снова вспомнила про океан. - У меня там осталась мечта.
- Расскажи, - попросил Эдвард, и его рука коснулась моих волос, пропуская пряди между пальцами.
Сердце снова трепетно забилось.
И я затараторила сбивчиво и откровенно, поведав историю своей жизни, рассказав о своих смутных мечтах, которые мне самой были уже не очень понятны. Потому что в первом их варианте не было принца. Рассказала про то, как мечтала поступить в ученицы к самому известному кондитеру Мелони де Кавелье, как хотелось вдохнуть в родительское кафе новую жизнь и вернуть ему прежнее название, как грезила кулинарными путешествиями в своем замке в Ирландии на берегу океана. А когда я вспомнила недавнее наваждение, в котором мы с принцем вдвоем готовили на кухне этого самого замка, испуганно глянула на Эдварда и увидела, что он улыбается.
- Тебе смешно?
- Вовсе нет, - прошептал он хрипло. - Ты веришь в любовь с первого взгляда?
Ох, кому, как не мне, говорить про любовь, которая, вспыхнув в доли секунды, тут же патокой растеклась по всему телу. И теперь мне ни вырваться, ни убежать из этого сладкого плена.
Но что делать с приворотом?!
Когда поймет, уйдет же.
И это будет пострашнее, чем выйти замуж за криминального гурмана Богдана Сергеевича. Пережить такое - врагу не пожелаешь.
Может, у них принято друг другу дурманить разум любовными зельями, но я так не хочу.
Принц осторожно завел руку за мой затылок, будто спрашивая разрешения, а меня словно электрическим током пронзило. Как бы ни хотелось отдаться волшебным ощущениям, я дернулась, попыталась высвободиться, но принц не отпустил, одной рукой прижал меня к себе.
Ситуацию спас вопль, не мой.
По лестнице со второго этажа на кухню буквально кубарем скатилась рысь. Съехала по ступенькам на метелке, будто на санках. Приземлившись в центре гостиной и хищно ощерившись, рысь вцепилась зубами в соломенную ручку, продолжила истошно орать и терзать... оживший веник?!
- Цезарь, что ты делаешь? - Я освободилась от руки принца и попыталась успокоить взбесившуюся животину.
- Нашелся, гад! - Цезарь терзал свою добычу, отчего тоненькие соломинки разлетались в разные стороны. - От работы отлынивает!
- Веник?! - недоверчиво переспросила я.
- Ну не я же, - огрызнулся Цезарь. - Пытаюсь его заставить подмести чердак, а он сюда сбежал!
Мы с Эдвардом переглянулись, еле сдерживая хохот. Было понятно, что романтической атмосферы сегодня не получится. Чему я несказанно обрадовалась. Что было на душе у принца, я могла только догадываться.
- Я бы на твоем месте не смеялся, - предупредил Цезарь, усмирив наконец непокорный веник. - Мерлин рвет и мечет. Ищет заклинание, которое ты потеряла.
В подтверждение слов рыси из кабинета раздался грохот, словно рухнуло что-то очень тяжелое. Послышался звон разбивающейся о стену посуды. И, надеюсь, не в мой адрес, посыпались отборные ругательства.
- Я пойду, - забормотала я, но принц взял меня за локоть, притянул к себе и поцеловал.
Жарко, пьяняще, лаская не только губы, но и сердце.
Коленки предательски дрогнули, и я провалилась в ту самую патоку.
Через минуту Эдвард оторвался от моих губ и прерывисто проговорил:
- Не забудь забрать из печи мясо.
Я улыбнулась, с трудом возвращаясь в реальность. Привстала на цыпочки, чтобы обнять Эдварда за шею. Прошептала на ухо «спасибо» и поцеловала в щеку. А затем, не помня себя от радости, помчалась
