Прорубив "Рельсой" довольно широкое отверстие, выпрыгиваю из своего укрытия за мгновение до того, как на него опускается вражеское оружие, без особых усилий разрубившее тролля пополам. Но по всей видимости, атака не прошла для "повелителя льда" безболезненно, так как гигант больше не подавал признаков жизни, и кристалл, (в котором было заточено человеческое тело), начал мутнеть.
Бъякуган показывал, что кроме меня, на поле боя осталось только четыре источника жизни, а это значило, что последняя атака оказалась самоубийственной сразу для троих Юкки.
Несколько раз меня пытались достать ударами ледяных мечей и булав, но тело ускоренное покровом из молний, успешно уходило с опасных траекторий. Единожды даже удалось запрыгнуть на одну из конечностей ледяного гиганта, и используя ее как мост, добежав до кристалла, вонзить меч прямо в грудь врага.
После этого, трое оставшихся "повелителей льда", покинули свои марионетки, тут же рассыпавшиеся ледяной крошкой. Один из них, бросив на меня взгляд, (будто пытался запомнить каждую черту лица), неожиданно побежал прочь, а два его напарника, создав ледяные мечи, кинулись в ближний бой.
Чакры у меня осталось чуть-чуть, (Ито, только если наскрести по всем сердцам). Активирую высшую форму шарингана, что внешне проявляется как изменение рисунка с трех запятых вращающихся вокруг зрачка, на черную шестиконечную звезду на красном фоне. Поймав взгляд левого противника, накладываю на него иллюзию падения, (надолго не задержит, но необходимое время даст), и размахнувшись, посылаю в полет свой меч.
Парень бегущий первым, успел отскочить вправо, а вот его напарнику не повезло. Клинок рассек тело на уровне живота, и лишь немного замедлил свой полет, оставляя позади след из мелких капель крови.
Совершаю рывок вперед, и бесхитростно бью левой рукой в грудь. Враг успевает подставить ладони, и отводит кулак в сторону, но открывает при этом свой левый бок, в который вонзаются "когти ветра", легко рассекающие живую плоть.
Пинком отбросив тело еще живого противника, при помощи бъякугана осматриваю окрестности, и убедившись что прямой опасности нет, устало закрываю слезящиеся глаза, и опускаюсь на изрытую землю.
Через минуту рядом слышатся хлопки крыльев. Буран успел подобрать мой меч, и подойдя вплотную, положил правую переднюю лапу на плечо.
- это был славный бой. - Произнес грифон.
- тем более для такого старика. - Криво усмехаюсь, даже не пытаясь подняться.
-старика? Ты еще моих птенцов переживешь... да и их птенцов тоже. - Фыркнул кровный брат.
От этих слов, (которые должны были подбодрить), стало как-то грустно. Долгая жизнь, дарованная нано машинами, позволяла увидеть, как стареют и умирают друзья и близкие... может быть именно по этому, я и провожу так мало времени в деревне клана.
***
Клан Тенгу не отказал себе в удовольствии поучаствовать в войне. Мы нанимались на службу к мелким "князькам", за свою службу беря довольно скромную плату, но оставляя себе право забирать трофеи с тел убитых, а так же пленных, если таковые появлялись.
Благодаря возможности вызывать подкрепление, и отступать в случи серьезной опасности гибели более чем половины отряда, наши потери были минимальны, а поражения вообще можно было пересчитать по пальцам рук. Только вот, нас все больше нелюбили, как за жестокость к врагам, (мужчин в плен не брали, а женщин в "большом мире", больше никто не видел), так и за "трусость", (мои соклановцы предпочитали использовать технику "обратного призыва", что бы сбежать из под носа у врага, если не видели возможности победить, но всякий раз возвращались с подкреплением, когда этого меньше всего ждали). Наниматели улыбались, крепко пожимали руки, и плевали в спину, когда думали что их никто не видит. Представители иных кланов, кривили лица и отводили взгляды, (если мы были союзниками), или использовали любую возможность для убийства, (в случи когда нас не сдерживал контракт с нанимателем).
К тому моменту как боевые действия подошли к концу, слово "Тенгу", почти вошло в список ругательств, но все же с кланом стали считаться. Более мелкие кланы, (не входящие даже в список сильнейшей сотни), стали искать способ заключить союз, а некоторые пытались добиться покровительства.
Не без гордости заявляю, что подобный успех как минимум на треть, (а-то и на половину), моя заслуга. Все же, в мире довольно мало ниндзя, способных использовать более двух стихий, а противник обладающий всеми пятью, да еще и стихией дерева, неудобен абсолютно для всех. Меня даже пытались убить, собрав целые отряды ликвидаторов, только вот от этой идеи пришлось отказаться, так как я успевал уйти в мир грифонов, прежде чем запасы чакры подходили к критической отметке, (а на поле боя оставались десятки трупов "охотников").
В первый раз, когда меня вынудили отступить, выяснилось весьма неприятное свойство "воли Ареса". Богу войны сильно не нравилось, когда его "чемпион" терпел поражения, (а иначе бегство назвать и нельзя), и в течении дня, мое сознание начинало погружаться в пелену безумия и жажды крови. Это продолжалось до тех пор, пока от моей руки не гибло ровно то количество врагов, которое смогло обратить меня в бегство.
За все время войны, я ни разу не командовал отрядами, в которых было бы больше четырех бойцов, (как людей, так и грифонов). Не смотря на статус главы клана, никто не пытался "повесить" на меня должность командира. Как считали грифоны, (а соответственно и Тенгу, очень многое перенявшие у крылатых хищников), место сильнейшего воина на поле боя, а командовать войском должны те, у кого к этому есть талант.
Стоило бы обидеться на то, что мои умственные способности оценивают столь низко... только вот даже я понимаю, что руководитель из меня не самый лучший, (клан не в счет, ведь им сейчас управляют советники, обращающиеся ко мне, лишь для того что бы получить разрешение-одобрение-категоричный запрет).
Не скажу, что бы такое положение дел меня не устраивало... но гордость все же чувствовала себя ущемленной.
И вот когда в "большом мире", раздел территорий подошел к концу, и даже злейшие враги с широкими улыбками начали клясться в вечной дружбе, (тайком готовя яды и затачивая ножи), и Тенгу подвели итоги своей деятельности. Оказалось, что женщин в клане стало чуть ли не вдвое больше, и проблемы вызываемые близкородственными связями, еще долго не будут нам угрожать. В тот же день, было принято решение прекратить похищать представительниц иных кланов, (даже брать в качестве трофеев запретили), а так же временно приостановили поиски детей, способных управлять чакрой, среди обычных крестьян.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
