замысловато переплетенные змеи, образующие собой витиеватую восьмерку. Символ Локи, что знал каждый из смертных. Глаза приняли обычный для меня облик, становясь змеиными.
Взглянув на человека, отметил как его сотрясает мелкая дрожь. Не выдержав напряжения, Баден подскочил. Деревянный стул с характерным шумом рухнул на пол, привлекая внимание немногочисленных посетителей.
— Сядь на место! — жестко потребовал я, не выражая никаких эмоций.
И человек подчинился.
— Почему я? Что вы…
— Хватит лепетать. Я не заставляю тебя. Лишь предлагаю сделку! Если согласишься, забудешь о воровском прошлом. Я обеспечу тебе безбедное существование. Нет — твое право. Найду другого! — равнодушно поднявшись со стула, кинул монету трактирщику за не выпитый напиток.
— Стой! — взволнованно ахнул Баден, хватая меня за руку, но тут же опомнился, резко отнимая руку, будто схватил змею. — Я согласен! Что нужно сделать?!
Глава 40
Локи
Вернулся я после полудня. Как и предполагал, жадность взяла верх, и вопреки здравому смыслу, Баден согласился на сотрудничество. Оговорив основные аспекты и пояснив, что мне от него нужно, условился о встрече через два дня, ведь следовало сначала выманить Фриду или найти другой способ отвлечь ее. Как не крути, но мне не хотелось брать на себя ответственность за смерть этого дурака, а ведь если я пущу его без подготовки, велика вероятность, что строптивая богиня заживо снимет шкуру с бедолаги.
Обдумывая дальнейший план, зашел в дом и обнаружил Равену на кухне с Мираей. Женщины, весело что-то обсуждая, готовили торт. Не смог сдержать улыбку, когда встретился взглядом со своей голубоглазой мышкой.
Измазанная в креме, девушка старательно выводила узор на корже, что согрело душу. Она была такой теплой и домашней. В этот момент искренне пожалел, что у нас не может быть детей. За всю жизнь я впервые захотел своего ребенка, которому просто не суждено родиться.
— Мммм… и что это у нас тут? Какое-то событие? — хмыкнул я, приобняв любимую за талию, заглянул ей через плечо.
— У меня что ни день, то праздник… Просто захотелось сладенького! — усмехнулась девушка, чмокнув меня в щеку.
— Так я ведь слаще, — промурлыкал ей на ухо, желая немедленно утащить свою человечку с глаз Мираи. Но женщина не собиралась уступать мне свою помощницу.
— Ишь, что удумал, поганец! — шутливо рыкнула старушка, хватая с плеча кухонное полотенце, чтоб огреть меня им. — А ну марш с кухни! Не мешай девочке! Бесстыдник! Мысли только об одном! Женись, давай! — не унималась она.
Не желая уходить, устроился на высоком стуле, взглянув на Равену. От замечания строптивой женщины на щеках девушки разлился яркий румянец и она поспешно опустила глаза, сосредоточенно украшая торт.
— Так я и не против… — промурлыкал в ответ. — Хоть сейчас! Что скажешь, родная, пойдешь за меня? — подмигнул я, прекрасно зная в какое смущение загоняю свою человечку. Слышал как трепещет ее сердце, а жар исходящий от кожи выдавал чрезмерное волнение.
— Батюшки! — вскрикнула Мирая, хватаясь за сердце. — Думала не доживу до этого дня! Ох, сколько приготовлений впереди!
— Не думаю, что стоит так спешить, — более серьезно заговорил я, следя за своей мышкой. — Я все еще не получил положительный ответ…
— Так, Локи! Я передумала, — затараторила женщина. — Забирай ее отсюда! Вам есть что обсудить! — приобняв Равену за талию, она уверенно оттянула девушку от торта.
— Бабушка?! — только и взвизгнула моя строптивица, краснея еще больше.
— Давай, дитя! Иди, я сама закончу.
Не позволил любимой возмутиться, а Мирае передумать. Подхватив самую драгоценную ношу, растворился в воздухе, перемещаясь в нашу спальню.
— Локи!
— А ведь я не шутил! — прошептал у ее уха, задевая губами мочку. — Хочу, чтоб ты всегда была рядом… Хочу засыпать с тобой каждую ночь и просыпаться вместе каждое утро… Хочу любить тебя…
— Локи… — снова повторила девушка, и я услышал сомнения в ее голосе, но не был готов столкнуться с ними.
— Не отвечай сейчас… подумай… — попросил я, касаясь чувственных губ. — Сразу говорю, что отговорок я не приму. Меня не волнуют наши различия. Только чувства.
Более не произнося ни слова, поцеловал свою строптивицу, укравшую мое сердце и пленившую душу. Полностью пропадая в околдовывающих эмоциях, сгорал от отчаянного желания к своей маленькой мышке…
Она не сопротивлялась, больше нет.
Впиваясь ногтями в кожу, отвечала на каждую ласку, подставляя шею для поцелуев. Не в силах себя сдерживать, опустил человечку на кровать, наваливаясь сверху, пока руки лихорадочно развязывали тесемки платья.
“Надо пересмотреть ее гардероб! Эти завязочки начинают раздражать!”
Уже почти добрался до часто вздымающейся груди, когда ощутил стягивающие путы на всем теле, что мгновенно вывело из себя. Но как бы не пытался сбросить чужое влияние, не мог пошевелиться, в последний раз взглянув на девушку, прежде чем раствориться.
Я без труда узнал эту магию. И был взбешен тем, что уже второй раз сестра столь наглым образом вытягивает меня из объятий Равены.
Встретившись взглядом с разъяренной богиней, поджал губы, ведь прекрасно знал причины ее настроения.
— Локи, чертов похотливый придурок! Я же попросила подождать! Неужели так сложно удержать член в штанах?! — зарычала женщина, подходя ко мне.
— Да кому это нужно?! Ничего плохого она со мной не сделала! Подумаешь, чувства. Мне нравится! — пожал я плечами. — Хела, спасибо, что потратила на меня время. Но все правда хорошо! Я счастлив!
От моих слов сестра побледнела, на секунду прикрывая глаза.
— Избавься от нее, Локи! Немедленно! У тебя не хватит духу убить ее, поэтому отправь туда, где никогда не сможешь найти!
— Что за бред ты несешь?! — не веря собственным ушам, взревел я.
— Либо ты избавишься от этой пиявки сейчас, либо она убьет тебя!
Глава 41
Локи
— Ты в своем уме? — зарычал на сестру, впадая в ярость.
— Локи, послушай меня! — потребовала Хела, но я не желал продолжать разговор. Бред, что несла эта женщина просто не укладывался в голове, а понимание, что она говорит про Равену, заставляло пылать от гнева.
— Хела, просто уйди! Оставь меня в покое! — потребовал я. — Как у тебя язык повернулся?! Я сказал, что счастлив. Что у меня сложилась жизнь, а вместо того, чтоб порадоваться за меня ты… Дьявол! Я не понимаю! Уходи! Прошу тебя!
— Уйду! Но лишь когда ты поймешь! — зарычала сестра, в то время как на ее холодном лице не дрогнул ни один мускул. — Я не позволю этой дряни высасывать из тебя жизнь! Надоело жить, прыгни в драконье пламя, но не таким образом!
Разговор выходил из-под контроля. Я проклинал себя за слабость, за тот момент, когда
