– Да рассказывать особенно нечего… Я внештатный сотрудник женского журнала. Часто езжу за границу в деловые командировки. Иногда на полгода, – соврала она, надеясь таким образом положить начало расставанию.
– Тем приятнее нам будет вместе, когда ты вернешься, – прошептал Мишель и нежно погладил ее по щеке.
– Если буду уезжать часто, тебе вряд ли понравится, – предупредила она.
– Дорогая, ну зачем говорить о неприятном? – Он обнял ее за плечу. – Ведь мы любим другу друга, и это главное. Мы с тобой решим любую проблему.
Любую? Проблема одна: она его не любит. Дороти лишний раз убедилась в этом, когда руки Мишеля, скользнув у нее по спине, спустились на талию, а потом еще ниже и прижали ее к себе.
– Любовь моя! – задыхаясь от волнения, произнес он и приник к ее губам.
По части поцелуев Мишель оказался большим мастером, что не слишком удивило ее. Куда больше ее удивила собственная реакция: она почувствовала непреодолимое желание оттолкнуть его и убежать прочь. Лишь усилием воли она сдержала себя.
Однако Мишель заподозрил неладное и, оторвавшись от ее губ, вопросительно заглянул в глаза.
– Дороти, ты говоришь, что любишь меня, но по твоему поведению этого не скажешь.
– Прости, – шепнула она, отводя глаза. – Наверное, мне нужно время, чтобы обрести себя. Я так давно не была Дороти Грант…
– Ах ты, бедняжка! – Он взял ее лицо в ладони. – Тебе нужно поехать домой, побыть в родной обстановке, расслабиться…
Верное замечание, с благодарностью подумала Дороти и вздохнула. Жаль, что благодарность не перерастает в любовь…
– Хотя причина может быть и в другом, – шутливым тоном продолжил Мишель. – Бьюсь об заклад, ты с самого утра ничего не ела.
– Угадал. Я жутко проголодалась.
– Тогда для начала утолим голод.
– Для начала? – Дороти настороженно отстранилась. – Если ты рассчитываешь, что на десерт будет постель, вынуждена тебя огорчить!
– Любимая, я лишь надеялся. Все будет так, как ты захочешь. Я тебя не тороплю.
– Приятно слышать, – сдержанно заметила она, встала и подошла к зеркалу поправить прическу. – Пожалуй, завтра я поеду домой.
– И даже не останешься на выходные? – огорчился Мишель. – Останься, я не буду тебе докучать!
– Не будешь?
– Клянусь!
– Ну, раз так, остаюсь!
Дороти согласилась, решив, что внезапный отъезд из Парижа может показаться Анри подозрительным. Увидев, как обрадовался Мишель, дала себе слово разорвать помолвку при первом же удобном случае.
– Мишель, ты такой славный! – шепнула она. – Ты слишком хорош для меня…
– Глупышка ты моя! Разве ты не знаешь, как легко быть хорошим для того, кого любишь?
Дороти кивнула: ей тоже казалось, что легко быть хорошей для Анри. Но Анри принадлежит Эдит… и любой другой женщине, на которую положит глаз.
Господи! Хоть бы он поскорее уехал в свою Калифорнию! Может, когда он будет на другом конце света, ей будет проще стереть его из памяти? И тогда у нее появится шанс начать новую жизнь.
13
Сев в кресло самолета, Дороти надела солнечные очки, чем немало позабавила своего соседа.
– Мадам, разве солнце слепит глаза? – спросил он с заметным канадским акцентом.
Дороти вяло улыбнулась и промолчала. Она хотела спрятать за темными стеклами застилавшие глаза слезы. Ей стоило большого труда сдержаться при Мишеле. (Он настоял на том, что сам отвезет ее в аэропорт.)
Мишель очень расстроился, когда она передумала остаться в Париже на выходные под предлогом неотложных дел.
– Маме позвонила Лиз – это мой редактор – и сказала, что ей срочно нужна статья, – с воодушевлением врала Дороти. – Ее подвели, и теперь в номере три пустые полосы.
– Неужели в редакции нет на такой случай запасного материала? – ворчал Мишель. – Скажи лучше, что хочешь от меня уехать.
– Ничего подобного! Через неделю ты сам приедешь к нам.
– Как знать! А вдруг ты позвонишь и скажешь, что тебя послали на Луну? Знаешь, Дороти, сегодня утром я проснулся и подумал: может, вчера мне все приснилось? Я хотел показать тебе Париж, а ты…
– Мишель, я тебя предупреждала: я серьезно отношусь к своей работе, – прервала его Дороти. – Если тебя это не устраивает…
– Меня все устраивает. Просто я рассчитывал, что хотя бы два дня побуду с тобой…
Чувствуя себя лгуньей и предательницей, Дороти поцеловала Мишеля на прощание и чуть ли не бегом отправилась на посадку. Успокоилась она только тогда, когда самолет оторвался от земли и взял курс на Лондон.
Уже через час Дороти взяла такси в аэропорту Хитроу. По дороге домой она вспоминала, какой беззаботной всего пару недель назад ехала по этой же дороге с Анри. А сегодня чем ближе к дому, тем тяжелее на душе. Удастся ли ей справиться со своим разочарованием? А ведь придется еще успокаивать родителей, огорченных ее несостоявшейся помолвкой с Анри.
Однако когда такси подъехало к крыльцу родного дома и навстречу вышли отец и мать, настроение у Дороти заметно улучшилось.
– Наконец-то ты дома, родная моя! – растроганным голосом приветствовал ее отец. – Жаль, что я не знал о твоей затее проучить Анри, а то сразу все пресек бы. Признайся, ведь он рассвирепел, когда узнал правду?
Дороти покачала головой и обняла отца. На самом деле Анри вел себя на удивление сдержанно. Впрочем, его так заело, что она предпочла Мишеля, что ни о чем другом он и думать не мог.
– Жаль, что вы не поладили, – с грустью сказала леди Грант.
– Ничего не поделаешь! Кстати, Анри только что обручился с Эдит Фолен. Ее семья живет по соседству. Очень милая…
– Ты ее видела?
– Видела. Она с матерью приезжала навестить мадам Ромье. Я понимаю, вы огорчены, но так уж вышло.
– Ну и ладно! Детка, для нас главное, чтобы ты была счастлива. – Леди Грант поцеловала дочь в щеку. – А теперь садись и рассказывай все по порядку. Бьюсь об заклад, ты вдоволь поиздевалась над Анри!
– Да уж! Порезвилась на славу! – Дороти рассмеялась, надеясь, что ее веселость выглядит вполне естественно, и тут же начала свой рассказ – правда, с некоторыми купюрами, – ведь даже мама наверняка пришла бы в ужас от ее лихих проделок.
– Ты заставила Анри купить тебе самый большой флакон духов?! – Леди Грант сделала строгий вид, но не выдержала и расхохоталась. – Дороти, ну как ты могла!
– Легко! Мама, он надо мной так издевался и командовал, что надо было заставить его купить ведро духов! Если бы вы только знали, как противно он… – Дороти замолкла на полуслове: в комнату вошла экономка с огромным букетом чайных роз.
– Это вам, леди Дороти, – объявила она. – Только что доставили.
– От Анри? – спросила мать, когда экономка вышла.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
