Истинную цель похода «Хэлибат» знали только ее командир Мур и еще несколько офицеров. Даже специально подготовленные операторы подводной аппаратуры разведки не были информированы о миссии «Хэлибат» в полном объеме. Их начальник, тридцатилетний лейтенант-коммандер Джон Кук, обладающий двойным титулом «офицера управления подводными операциями» и «ответственного офицера специального проекта», знал только то, что «Хэлибат» должна искать на океанском дне на глубине более 5000 метров любые предметы, боiльшие по размерам, чем канистра. Система управления разведывательным комплексом размещалась в большом отсеке в носовой части лодки. Ввиду строгой секретности, окружавшей их действия, операторы-разведчики получили от экипажа прозвище «летучие мыши», а сам отсек прозвали «пещерой летучих мышей». Размеры отсека, оборудованного вместо ангара самолетов-снарядов «Регулус», составляли 16 метров в длину, 9 в ширину и 10 в высоту. Он был разделен на три уровня. В нижнем размещались «рыбки» — подводные аппараты, составляющие особую гордость Крэйвена. Он был уверен, что это лучшие разведывательные аппараты того времени. Каждая «рыбка» весила около двух тонн и была буквально напичкана различной поисковой аппаратурой. Одновременно на борту лодки находились два аппарата, они могли выпускаться из лодки на расстояние в несколько миль. На следующем уровне размещался пост управления подводными аппаратами. Третий уровень «пещеры» представлял собой центр анализа информации, оборудованный мощным компьютером «Юнивак 1124» и другим оборудованием.
С прибытием в район операции команда Джона Кука успешно осуществила разметку океанского дна при помощи специальных приемопередатчиков транспондеров (англ. Transmitter-responder). Каждый из этих приборов имел уникальный звуковой код, и с «прибытием» его на дно при активизации излучения штурманская служба «Хэлибат» точно фиксировала его местоположение в определенной точке на карте.
Опять же по соображениям секретности экипажу была сообщена «легенда», которая гласила: «Транспондеры — это новый тип мин, о которых никто не должен знать». Они были доставлены на борт лодки соответствующей минно-торпедной службой и имели маркировку морских мин. Лично Крэйвен предупредил весь экипаж о недопустимости разглашения сведений о «новых минах».
Разметка дна заняла около 36 часов. Затем «Хэлибат» выпустила одну из «рыбок» — специальный подводный аппарат Крэйвена. Видеоканал «рыбок» все еще не был надежен, и «спецназ пещеры» предпочитал изучать дно главным образом посредством акустического сканирования его поверхности. Операторы в напряжении вглядывались в мерцающие экраны акустического канала управляемых подводных аппаратов, пытаясь различить какую-нибудь полезную информацию. Строгому контролю также подлежал поток цифровой информации, характеризующий местоположение и динамику движения аппарата относительно океанского дна. Обязанности команды «летучих мышей» были сложными и ответственными, так как малейшая оплошность могла привести к потере «рыбки».
Трудности в работе усугубились с выходом из строя основного компьютера «Юнивак 1124». Однако к этому времени операторы были готовы к любым капризам техники, они легко приспособили возможности ручного калькулятора для производства сложных компьютерных расчетов. Кому из подводников не знакома эта способность экипажа творить чудеса из подручных средств, ведь «мир» в походе ограничен прочным корпусом! Однако вскоре «злые духи» «Хэлибат» пошли дальше: возникли проблемы, которые Крэйвен предчувствовал при подготовке похода. Дело было в катушке, на которую наматывался стальной плетеный кабель-трос длиной в одиннадцать километров. Трос соединял маневрирующую «рыбку» с «Хэлибат». Так вот, катушка оказалась мала по размерам. В результате усилие натяжения при сматывании кабеля было почти предельным для его прочности. Одна из точек сварки (трос был сварен по частям) не выдержала. В какой-то момент где-то в глубине океана раздался треск, и одна из нитей порвалась! «Рыбка» стоимостью 5 миллионов долларов беспомощно закрутилась на другом конце кабеля. Часть экипажа вручную (!) удерживала двухтонную алюминиевую «рыбку», пытаясь втянуть ее в лодку посредством поврежденного кабеля. «Хэлибат» всплыла на поверхность океана. Последующие три дня экипаж проделал работу, соизмеримую с чисткой «авгиевых конюшен». Сначала 11 километров кабеля были выпущены с катушки, а затем были уложены в, казалось, бесконечную «восьмерку» внутри «пещеры летучих мышей» атомного подводного шпиона. В дальнейшем удалось зафиксировать поврежденную часть троса на катушке, что позволило снова выпускать «рыбку» на его целой части и продолжить поиск советских боеголовок. Однако успеха этот поход не принес. Ничего полезного, с точки зрения военно-морской разведки, обнаружено не было.
В конце октября 1967 года «Хэлибат» вернулась в Пёрл-Харбор. Крэйвен, ожидавший лодку на пирсе, уже знал, что кабель для «рыбки» должен быть бесшовным — никакой сварки! В то время цельный одиннадцатикилометровый кабель был технологической проблемой даже для высокоразвитых отраслей промышленности США. Только при участии министра ВМС удалось «договориться» с известным концерном «Ю.С. Стил». Его инженеры внесли изменения в технологический процесс производства стальных тросов, и только после этого можно было создать стальную многокилометровую нить без единого шва. Все приготовления и производство троса заняли три месяца. И только в январе 1968 года «Хэлибат» смогла отправиться в море для продолжения поисков. В короткий срок лодка прибыла в прежний район с «размеченным дном» океана и начала поиск советских боеголовок. На этот раз автономный подводный аппарат с новым кабель-тросом работал надежно, непрерывно передавая акустический образ океанского дна на экраны мониторов.
Поисковые действия продолжались почти два месяца, и в течение этого времени вся аппаратура работала нормально: сам подводный аппарат, линии связи, кабели, соединения, компьютеры — все было «о'кей!»… Но ни одна боеголовка не была найдена на океанском дне. Теперь уже разочарование командования разведки ВМС было серьезным — под угрозой был весь проект «спецназовских» подводных лодок. Во что бы то ни стало требовалось добиться результата…
В начале апреля командир лодки Мур отдал приказ держать курс в базу. «Хэлибат» прибыла в Пёрл-Харбор 11 апреля 1968 года, в день 68-й годовщины ввода в состав американского флота первой подводной лодки. Личный состав по этому случаю отправился на бал в честь «Дня рождения подводного флота», а офицеры отправились в ресторан «Розовая леди» на пляже Вайкики. Словом, относительная неудача похода не испортила праздника возвращения. Но период бурного веселья продолжался недолго: вскоре и приключилась эта, одна из самых главных историй в «разведывательной карьере» «Хэлибат». Связана она была с поиском советской подводной лодки К-129, погибшей во время несения боевой службы в Тихом океане…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
