В приемной его встретило множество взглядов, — у кого-то злорадных, а у кого-то и сочувственных — жадно выискивающих на лице сэра Алана признаки эмоций. Противников Лаворы этот осмотр явно удовлетворил, хотя тот и пытался выглядеть невозмутимым.
— Алан, дружочек, да никак Арин на тебя осерчал? — герцогский шут подхватил первого советника под руку и незаметно вложил ему в ладонь записку — Пойдем-ка со мной, я тебя винцом угощу, а то бледный ты как моль…
— Пшел вон, дурак!!! — заорал Лавора, грубо оттолкнув Тревора.
— Ну надо же, какие мы нежные… — Массена скорчил рожу и отошел.
Сэр Алан обвел приемную яростным взглядом и стремглав вылетел на лестницу. Хромая, но не сбавляя скорости, он колобком скатился по лестнице и целеустремленно отправился к воротам. Весь вид благородного Лавора говорил о том, что его незаслуженно оскорбили, унизили, и, вообще, не стойте лучше на дороге.
Едва сэр Алан вышел за пределы дворца, как на башне храма Лёра Пресветлого часы начали отбивать полдень. Первый советник глянул на единственную бронзовую стрелку этого новомодного изобретения — механических часов — грязно выругался про себя, и спешно направился через дворцовую площадь.
Ресторация "Белый единорог", а именно туда спешил сэр Алан, бормочущий себе под нос "Опаздываю, как я опаздываю, моя прекрасная леди будет в ярости", была самым фешенебельным заведением во всем Айко. Умопомрачительная кухня, вышколенная обслуга, просторная зала и уютные, отделанные алым и голубым бархатом кабинетики, а также все тридцать три удовольствия и еще одно — это, и многое другое, предлагал своим посетителям "Белый единорог". Большинство стоящих заговоров, интриг, сделок века и любовных историй начиналось именно тут, что, строго говоря, было совсем неудивительно. Решать свои дела гораздо приятнее сидя в мягком кресле, с бокалом доброго вина, при свете ароматических свечей и под аккомпанемент тихой ненавязчивой музыки, чем, подобно персонажам аазурских романов, плести заговоры и интриги в глубине грязных и мрачных катакомб, среди насквозь асоциальных личностей.
Лавора, впрочем, гостем в «Единороге» был нечастым. И хотя он любил вкусно поесть, предпочитал это делать дома, или, на худой конец, в явочных корчмах, что, кстати, не так било по кошелю чуточку скуповатого советника, который хотя и зарабатывал хорошо, деньги, в силу профессии, считать привык.
— Сэр Алан, вас уже ждут, — негромко произнес метрдотель, подскочивший к первому советнику, едва тот переступил порог, — Леди, пожелавшая остаться неизвестной, уже сделала заказ, и ожидает Вашу Доблесть. Позвольте, я провожу вас.
"Представляю, на какую сумму заказец", вздохнул про себя сэр Алан, послушно следуя за метрдотелем.
Стол в кабинете был уже накрыт. Несколько свечей неярко горели среди разнообразных блюд и бутылок, оставляя в приятном интимном полумраке стены и фигуру изящной стройной девицы в неброском но дорогом платье и шляпке с плотной вуалью.
— Господин советник желает, чтобы им прислуживали, или…
— Или, — отрезал Лавора, задергивая бархатную штору перед носом метрдотеля.
К одним из несомненных достоинств прислуги "Белого единорога" относилась их безусловная привычка не лезть в чужие дела и, следовательно, не подслушивать разговоров. Последние лет сто-сто пятьдесят, Канцелярии первого и второго, а, порой, и третьего советников, равно как и резидентуры всех сравнительно сопредельных держав, безуспешно пытались внедрить в ресторан имени герба герцогства[15] своих агентов. Для лазутчиков это, обычно, заканчивалось весьма плачевно — отрезанием головы в лучшем случае. Конечно, заведение можно было бы и прикрыть, если бы не одно но. Ресторан принадлежал последнему осколку клана имперских ассасинов, канувшим в Лету вместе с Империей, и, несмотря на то, что клан давно легализовался и заказными убийствами уже не промышлял, связываться с сими, крутого нрава людьми, желания не возникало даже у Его Сиятельства. Кроме всего прочего, "Белый единорог" исправно платил все подати, и приносил в казну герцогства немалые деньги.
Закончилось все тем, что спецслужбы герцогства и старейшины клана заключили негласное соглашение, по которому власть не лезет в дела ассасинов, а те не гадят в родном государстве. Лавора, впрочем, пошел гораздо дальше…
— Ф-фух, ну и денек, — сэр Алан без сил упал в кресло и потянул узел на шейном платке, — А ведь он едва дошел до середины.
Собеседница благородного Лаворы аккуратно сняла шляпку с вуалью, явив свету коротко стриженую голову мужчины средних лет, с сухими невыразительными чертами лица и бесцветными глазами профессионального убийцы.
— Я просмотрел те материалы, которые вы прислали. Тайник, кстати, пора сменить, — голос у говорившего был негромкий, но твердый и запоминающийся, - Легенду тоже.
— Ба, да вам просто надоело приходить в женском платье, почтенный Генкору. Шучу-шучу, надо — значит надо.
Гораций Генкору, с которым сейчас разговаривал первый советник, был личностью в узких кругах не просто известной — одиозной. Никто, кроме него и сэра Алана не знал, как и на чем сошлись первый советник герцога и глава силовой структуры ассасинов, которым, собственно, Генкору и являлся, но факт оставался фактом — первый чиновник и первый, если так можно выразиться, душегуб в Айко, давно, и весьма продуктивно, взаимодействовали.
— Времени, как понимаете, было немного, — Гораций отхлебнул из кубка и отправил в рот маленький кусочек рокухарского сыра с маслиной, нанизанные на палочку, — Мои выводы таковы: к провалу вашей явки непричастны ни Троцера, ни герцог, ни Тайра. Вероятнее всего, ни Аазур, ни Саагор тоже ни при чем.
— Ну, насчет наших любимых соседей — я полностью согласен. А вот на чем основываются ваши выводы касаемо остальных? — Лавора придвинул к себе блюдо с мясным пирогом и начал разделывать его сервировочным ножом.
— Извольте, — пожал плечами Генкору, — «Нетопырь» был контрольной точкой возврата, не так ли?
Сэр Алан молча кивнул и откусил от пирога здоровенный кусок. Гораций Генкору подцепил двузубой серебряной вилкой сочную грушу, поднес ее к лицу и начал задумчиво рассматривать.
— Троцера, безусловно, об этом знал, — продолжил Генкору после незначительной паузы, — Соответственно, если он хотел вашей смерти, он бы вас живым оттуда не выпустил. Наверняка у него есть преданные лично ему люди, причем числом поболее трех. Айко — страна небольшая и подтянуть их он бы успел. Если и не к «Нетопырю», то к следующей точке вашего маршрута. Да, в конце-концов, легче всего было бы устранить вас у самой столицы. Отсюда вывод: если это Троцера, то он не имел желания вас убивать — только проверить. Смысл?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
