Зачастую безумные «экспертныеоценки» численности мигрантов, которые провоцировали ксенофобские настроения, давали официальные или самозваные лидеры национальных диаспор и общин. Отвечая на вопросы о количестве «охваченных» соплеменников, они стремились «добавить веса» самим себе, а пресса распространяла потом эти басни без каких-либо комментариев и уточнений. Именно основываясь на данных национальных общин, один из идеологов Движения против нелегальной иммиграции (ДПНИ) утверждал, что в Москве осталось около 3,5 млн. русских, т. е. чуть более 30 %.
Масла в огонь подливали и расплодившиеся «эксперты» и «политологи», ленящиеся заглянуть в общедоступные справочники, но зато пользующиеся популярностью на телевидении и в околонаучной «тусовке». Естественно, обыватель пугался авторитетов и отдавал свои голоса тем, кто ратовал за ужесточение законодательства по отношению к иммигрантам из других стран. И это при том, что 2/3 всех иностранцев СНГ, находящихся на территории России, — выходцы из Украины и Белоруссии, а также славяне из других республик. Их присутствие в значительной мере ослабило последствия демографической катастрофы. Но это — малоизвестный факт.
По переписи 1989 г. славян в СССР было более 200 млн. человек. По официальным данным УФМС по г. Москве, сегодня в столице постоянно находится около 335 тыс. иностранных граждан. Из них по 33,5 тыс. человек — из Узбекистана, Таджикистана и Киргизии, 67 тыс. человек — с Украины и около 8 тыс. человек — из Китая.
Конечно, как отмечает член Ассоциации социально-политических экспертов (АСПЭК) Дмитрий Журавлев, цифры нельзя абсолютизировать. У нас, как и во всем мире, имеется и значительная скрытая иммиграция. Скрываются от ФМС многие, но едва ли более 1/10 от общего числа мигрантов, однако и эти оценочные цифры завышены, ведь в России правоохранительные органы так поставили свою работу, что мигранту гораздо проще зарегистрироваться, чем получить массу проблем. Ходить без регистрации — все равно что ездить на машине без прав.
Как отмечалось на заседании научно-экспертного совета Общественного совета при УФМС России по г. Москве в 2010 г., основная проблема заключается в том, что, хотя большинство иммигрантов находятся в нашей стране абсолютно легально, на законных основаниях, до сих пор не наведено должного порядка в контроле их трудовой деятельности. Находясь легально на территории страны, многие из них работают нелегально, не платят налоги, создают дополнительную нагрузку на бюджет. Правда, по фискальной части в Российской Федерации нет порядка и для своих граждан — стала нормой работа без договора, выплата заработанных денег «в конверте», нарушение трудового законодательства. А уж о том, что классики называли «сверхэксплуатацией трудящихся», и говорить не приходится, в этом плане общие проблемы существуют и у граждан России, и у иммигрантов. Просто мигранты более заметны, на них обращается усиленное внимание прессы, властей да и граждан.
Не потому ли, что они стали мишенью еще одного вымысла — об их особой склонности к преступлениям? О том, что это очередной миф, свидетельствуют сводки МВД России. Так, например, в январе 2010 года иностранцы и лица без гражданства совершили в РФ 4,9 тыс. различных преступлений. Это впечатляющая цифра, но она все же меньше, чем за тот же период в целом по стране, — 213 тыс. преступлений. Если же говорить о половозрастной группе, наиболее склонной к совершению преступлений, к которой относится большинство иммигрантов, т. е. мужчины от 18 до 55 лет, то соотношение будет еще более любопытным, поскольку мигрантов в России, по официальным данным, около 4 % населения. Конечно, глупо было бы уверять, будто мигранты совсем не нарушают законов. Но немалую часть преступлений, совершенных приезжими, составляют нарушения, связанные с подделкой документов на право пребывания в России. Попавшись с фальшивкой, человек становится частью пугающей статистики преступлений, хотя, по сути, истинным преступником является тот, кто продал ему «липовый» документ.
Как охарактеризовал мигрантов в одном из своих публичных выступлений директор ФМС России Константин Ромодановский, «в большинстве своем это тихие, напуганные люди, трудяги, которые боятся нос высунуть, чтобы не было проблем». Разумеется, преступления, совершаемые иммигрантами, это дополнительная, сверхнормативная криминальная нагрузка на общество и государство. Нельзя сбрасывать со счетов и то, что преступность развращает общество, увеличивает нагрузку на полицию, способствуя ее криминализации. С этим нельзя спорить. Это факт. Но фактом остается и то, что в Российской Федерации иностранными гражданами совершается в процентном отношении к их численности гораздо меньше преступлений, чем собственно гражданами России.
Также мифологизирован и объем вывоза иностранными рабочими капиталов за рубеж. О слабой изученности этого вопроса говорит то, что, по разным экспертным оценкам, суммы, ежегодно вывозимые трудящимися-мигрантами из России, колеблются от 6 до 15 млрд. долларов. Взятое вне экономического и социального контекста это число производит сильное впечатление, однако… По данным Центробанка, вывоз частного капитала из России в 2009 году достиг объема в 130 млрд. долларов. Причем многие из компаний — импортеров капитала зарегистрированы не в России, а в офшорных зонах за границей, т. е. мало того, что они вывозят средства из страны, так еще и не платят налоги.
Следует также учитывать, что мигранты вывозят на родину товары, приобретаемые в России. По ряду оценок, на 1 заработанный рубль они приносят 7–8 рублей прибыли, к тому же, например, стройматериалы, из которых строятся дома, производятся в России, причем в основном нашими согражданами. А это новые рабочие места. Также важна работа мигрантов в социальной инфраструктуре, например ЖКХ. Она и не может быть оценена большим процентом от ВВП, но без этой работы невозможно представить нормальную жизнь страны, хотя сегодня и этот вопрос уже спорный — найдется немало безработных россиян, готовых трудиться в этом секторе экономики.
По нашим оценкам, сегодня в России каждый двадцатый работник-мужчина — иностранец. Это необходимость, с которой нельзя не считаться. Но, соглашаясь принимать на работу иностранцев, нам все же необходимо учитывать не только демографические реалии, но и перенимать ценный зарубежный опыт. В частности Китая, где существует незыблемое правило: работу, которую может сделать гражданин Китая, должен делать только гражданин Китая. Вот бы нам так! К сожалению, позиция российских работодателей (включая муниципальные власти) иная. По их мнению, незачем тратить усилия на привлечение россиян в Москву, скажем, из Поволжья или Центральной России, если таджикские, узбекские, киргизские граждане едут сами по уже накатанной дороге. Для их трудоустройства не надо вновь создавать систему оргнабора, как было при советской власти, — вполне достаточно той системы, которая возникла сама по себе. Так, по данным исследования, проведенного в прошлом году в южной Киргизии британским социологом Мадлен Ривз, лишь около 2 % киргизских иммигрантов нашли в России работу через агентства. Остальных привлекли родственники, друзья, знакомые. Государство палец о палец не ударило для их привлечения. Так зачем тратиться на своих работников, если есть чужие? Им и платить можно меньше.
Вопрос внутренней трудовой миграции как был, так и остается до сего времени нерешенным — в этом нам видится главная проблема трудовой миграции. Не мифическая, а реальная, бьющая по интересам страны. Знаменательно в этом плане заявление Президента России Д.А. Медведева. Он сказал, что только внутренняя миграция, а лучше сказать внутренняя мобильность, может стать серьезным резервом для экономического роста России, укрепления безопасности и благосостояния нашего народа. Надежда на внешнюю миграцию трудовых ресурсов из стран СНГ призрачна. Совершенно очевидно, что органы власти должны изменить ситуацию на рынке труда, создать условия для более выгодного распределения внутренних трудовых ресурсов, не отдавая рынок труда на откуп иностранцам. Пусть даже их число и не столь велико, как хотелось бы им самим.
Точка зрения генерала: Цель — «удержаться на плаву»
На протяжении значительного периода времени я с горечью наблюдаю за тем, что происходит у нас в сфере миграционной политики: как она строится, образуется, претворяется в жизнь. И пришел к выводу, что действия лиц, ответственных за нее, на самом деле направлены не на политику, не на поиск путей и способов решения государственных задач и, уж конечно, не на то, как облегчить жизнь простых россиян или иностранцев, а на желание «удержаться на плаву» или пиар собственных личностей.
Они пытаются, с одной стороны, «уловить», что сейчас обсуждается в народе, а с другой — что хотят услышать «наверху», и бросают всевозможные, абсолютно оторванные от жизни лозунги. Вот только несколько последних перлов…
