Дребезжащее такси, которое везло ее по Девятой авеню, ухитрялось налетать на каждую выбоину и подминать каждую банку из-под содовой, валявшуюся после выходных.
Подпрыгивая на заднем сиденье, Кик вспоминала всех мужчин, с которыми ей приходилось столкнуться за тот год, что она провела в доме Лолли. Их было семеро.
Двое китайских посыльных: один из „Хунана" на Коломбус-авеню, другой из закусочной на вынос „Ю Со". Был еще Лерой из конторы срочной доставки „Крылатые ноги". Ему позволяли подниматься к дверям их дома. Потом два швейцара, управляющий и лифтер – Майк. Да, еще кто-то из телефонной службы Манхэттена.
За целый год она общалась лишь с восемью лицами мужского пола.
Ну и ну! Восемь существ, обладающих, скорее всего, первичными половыми признаками, низкими голосами спрашивали ее: „Где засор в туалете?" и „Будьте любезны расписаться вот здесь, мисс". Нет, это явно не назовешь общением. Черт возьми, как же ей выдержать ленч с особой мужского пола, столь существенно отличающейся от прочих. Ведь именно Джо первым узнает обо всех событиях в мире?
Легкая беседа, вот что ей нужно. Поверхностный, остроумный, вполне толковый треп, который покажет Джо Стоуну, что она не только образованна и сообразительна, но и ориентирована в том, что такое девяностые годы.
Да что же с ней происходит? Никогда в жизни она не пугалась встреч с незнакомыми людьми. Во время путешествий, в школе, в газете она всегда считала, что общение с незнакомцами – самое интересное дело в мире.
Но Джо Стоун – мужчина. В этом-то и проблема. Человек, имеющий возможность круто изменить жизнь Кик, если она ему понравится. Ее никогда не волновало, нравится ли она людям: обычно они симпатизировали ей. Если последний из тех, кого она встретила, предал ее, не стоит делать вывод, что таковы и другие.
Когда такси оказалось на углу Девятой авеню и Семнадцатой Вест, Кик наклонилась к водителю.
– Здесь! Остановите здесь! – крикнула она, перекрывая звуки радио и дребезжание разболтанных механизмов.
Если объехать квартал лишь для того, чтобы оказаться прямо перед входом в ресторан, это обойдется ей в лишний доллар. Что бы ни сулил ей этот ленч с Джо Стоуном, постоянный доход он пока явно не гарантирует. А сейчас каждый пенни на счету, поскольку она принялась искать квартиру. В соответствии с законом управление домами любезно согласилось подождать плату месяц, но грузчики уже, конечно, наготове.
Очутившись после залитой солнцем улицы в полумраке холла, она сначала ничего не могла разглядеть. Потом увидела слева от себя длинную стойку бара, пустые столы, покрытые клетчатыми скатертями, и полосу света в дальнем конце помещения. Скорее всего, она падала из садика, где собирался загорать Джо Стоун.
Прислонясь к стене, за стойкой бара стоял грузный человек; скрестив на груди руки, он наблюдал за игрой в футбол на экране большого телевизора.
Когда Кик сделала несколько шагов, бармен опустил руки и повернулся к ней.
– Мисс Батлер? – спросил он.
Слава Богу, подумала Кик, он не пришел. Могу повернуться и идти домой. У меня ничего не получается. Придется преподавать в какой-нибудь начальной школе в Ист-Сайде, и в один прекрасный день я выйду замуж за учителя физкультуры.
Кивнув, она улыбнулась.
– Да, я мисс Батлер.
– Джо в саду.
Ну и ладно, подумала Кик. Не так уж мне хочется выходить замуж за учителя физкультуры.
Кик направилась к задним дверям. Она еле передвигала ноги, словно к ним были привязаны свинцовые гири. „Отлично, – подумала она. – Я хорошо выгляжу, неплохо соображаю, значит, в прекрасной форме".
Оказавшись в маленьком садике, она окинула себя взглядом и пожалела о том, что у нее небольшая грудь. Роскошные формы почему-то придают уверенность, а ей этого явно не хватает. Мужчины первым делом смотрят на грудь. Даже интеллектуалы начинают разглядывать ваш бюст, стоит вам отвести от них взгляд. Печальная истина или одна из истин. Только женщины с большой грудью говорят, что им это безразлично.
Кик испытала облегчение, убедившись, что в садике почти так же прохладно и спокойно, как и в холле. Над головой шелестела листва могучих платанов, под ногами – каменные плиты пола. За столиком, покрытом скатертью, сидел мужчина лет сорока с небольшим, с темно-каштановыми волосами и крупным подбородком. Он откинул голову и прикрыл глаза.
Подойдя к столу, Кик обнаружила, что глаза у него полуприкрыты и из-под ресниц он наблюдает за ней. Он удивленно поднял голову.
– Приветствую вас, – сказал он, встал и отодвинул складной стул, который с противным металлическим скрежетом протащился по полу. – Джо Стоун, – представился он, протянув одну руку, а другой придерживая сползающую с колен салфетку.
На нем была темно-синяя спортивная рубашка, аккуратно заправленная в хлопчатобумажные брюки. Он ничуть не походил на то помятое потное создание, каким она представляла его себе. Белые ровные зубы, густые брови и весьма привлекательная физиономия.
– Кик Батлер, – застенчиво представилась она, надеясь постепенно обрести уверенность. Она улыбнулась, глядя ему прямо в глаза, и неожиданно почувствовала напряжение.
– Вам здесь нравится? – он указал ей на стул. – Мы можем устроиться и внутри.
– О нет, – с деланной бодростью ответила Кик. – Здесь очень приятно. Такое неожиданно укромное местечко в Нью-Йорке: ребенком я ходила по этому кварталу сотни раз, не подозревая о его существовании.
– Вот как, – улыбнулся он. – Вы родом из Нью-Йорка? Мы с вами редкие птички. Я вырос в Ривердейле.
Садясь, Кик усмехнулась.
– Для девочки, выросшей в Гринвиче, Ривердейл – что-то вроде Северного полюса.
Джо взглянул через плечо.
– А вот и мой Джино спешит на помощь. Кик повернулась и увидела перед собой бармена со стаканами. В них, казалось, плавало облако: это был крошеный лед. Один стакан он поставил перед Стоуном.
– Фетуччино для вас и леди, Джо? – спросил Джино, отходя от стола.
Джо улыбнулся и подмигнул Кик.
– Я сам сделаю. У вас есть ветчина, Джино? – спросил он.
– Ну уж нет, – буркнул Джино. – В прошлый раз, когда вас пустили на кухню, вы там чуть все не спалили. Отдыхайте, я приготовлю спагетти.
Провожая глазами Джино, Кик подумала, что отплывает спасательная шлюпка, а она вот-вот потонет. Она повернулась к Джо, лихорадочно соображая, что бы сказать.
– Кажется, вы тут часто бываете, – решилась она.
– Лишь потому, что не стоит из-за ленча ходить далеко, – улыбнулся Джо. Кик с благодарностью отметила, что пока он не бросил ни одного взгляда на ее грудь. – Я живу в соседнем квартале.
– Удобное соседство, – закинула удочку Кик. Сказав, что живет рядом, он, может, добавит что-нибудь и об условиях жизни. Но он не сделал этого.
