Читаем без скачивания Восход двойного солнца - Александр Ярославцев

на гауляйтера со стороны военных. Господин Черчилль намерен использовать немецкий опыт в борьбе с нами, но мы не будем лить воду на его мельницу. Если он мертвой хваткой вцепился в Голландию, пусть держит ее до второго пришествия. Мы намерены нанести удар вдоль голландско-германской границы, выйти к Рейну в районе Везеля, с последующим наступлением на Брюссель, Гент, Кале. Таким образом нарушается целостность англо-американского фронта, а господин Черчилль получает свой «голландский котел», как в свое время Гитлер получил «курляндский».

– Это очень рискованный ход, товарищ Сталин. Совместный контрудар англичан и американцев может серьезно нарушить все наши планы, – высказал опасение маршал, но Верховный поспешил успокоить его:

– Вполне разделяю ваши опасения относительно контрудара, товарищ Рокоссовский. Однако у товарища Антонова есть довольно весомые аргументы в пользу нашего наступления к Рейну. Послушайте их и выскажите свое мнение.

Исполняя приказ Сталина, генерал Антонов встал и, взяв в руки указку, пустился в объяснения.

– Бои за побережье Голландии свяжут нас по рукам и ногам, что крайне выгодно англичанам. Они выиграют время и смогут беспрепятственно перебросить в Голландию подкрепления с острова. Расстояние между берегами минимальное, и мы не будем иметь ни малейшей возможности хоть как-то помешать этому процессу. Если это случится, то по расчетам Оперативного отдела уже через две недели англичане смогут начать наступление против наших войск. Как со стороны Голландии и Ганновера, так и со стороны Шлезвига. Не думаю, что в этих условиях американцы окажутся в стороне и откажутся поддержать своих союзников, – Антонов сделал многозначительную паузу. Число людей, знавших о появлении у американцев нового оружия, было крайне мало, и маршал Рокоссовский не входил в их число. «Советский Багратион» моментально уловил скрытый подтекст в словах Антонова и воспринял их как не требующую доказательств аксиому.

– Единственный выход из этой ситуации, по мнению Генштаба, – нанесение удара с целью полного развала фронта союзников и полная изоляция друг от друга их армий. В этом случае будет не только нарушено общее командование войск противника, но и серьезно затруднено их снабжение. В частности, это коснется американцев, чьи войска наиболее удалены от побережья, и длина плеча их снабжения сильно уязвима.

Указка начальника Генштаба хищной змейкой скользнула по карте и послушно замерла в исходном положении.

– Константин Константинович высказывал опасения относительно возможного контрудара со стороны союзников. Опасно недооценивать противостоявшего тебе врага, но также не следует его переоценивать. Хочу напомнить, что с самого начала конфликта мы вели действия на расчленение английских войск на части и добились в этом серьезных успехов. В результате Эльбинской наступательной операции мы разбили вторую английскую армию на две части, с образованием «датского» котла. Затем после наступления на Бремен и проведения Нижнее-Саксонской наступательной операции, мы еще уменьшили численность войск генерала Демпси и изолировали от них канадцев во Фрисландии. В борьбе с нами англичане израсходовали все свои резервы, и в случае прорыва нами фронта заткнуть дыру им будет нечем.

– Для ликвидации прорыва англичане могут попытаться перебросить часть войск с любого второстепенного направления. Если учитывать разветвленности местных железных дорог и автострад, это не составит для них большого труда. Кроме того, не следует забывать об авиации противника. Пока мы воюем только с одними англичанами, и нам удается нивелировать действия их авиации. Когда же им на помощь придут американцы, а в словах Алексея Иннокентьевича мне сомневаться не приходится, то численное превосходство в авиации будет полностью на стороне противника. Я много говорил с летчиками о возможности налета американцев, и все они в один голос сказали, что они не смогут сорвать их знаменитую «ковровую» бомбежку, – высказал свои опасения Рокоссовский.

– Да, сорвать их знаменитую бомбежку мы не можем. Это надо прямо признать, как бы ни была горька эта правда. Весь расчет нашей Рейнской операции строится на быстроте, это наш главный козырь. Благодаря нему мы сможем заставить противника действовать по нашим правилам и в значительной мере обесценим его любимое оружие. Фельдмаршал Александер, конечно же, попытается ликвидировать прорыв фронта. Это азбучная истина, и в этом не приходится сомневаться. Поэтому маршалы Жуков и Конев постараются сделать все, чтобы во время вашего наступления ни у британцев, ни у американцев не было второстепенных направлений, – заверил Рокоссовского Антонов.

– Черчилль и Александер уверены, что наступательный порыв наших войск полностью выдохся, и у них есть время для передышки, – вступил в разговор Сталин. – В целом их рассуждения верны. Ради достижения поставленных целей мы полностью задействовали танковые соединения как вашего фронта, так и танковые соединения 3-го Белорусского фронта. Убыль их такова, что оставшимися силами вам будет трудновато осуществить новое наступление в обозначенные Ставкой сроки. Однако у нас есть еще один козырь, способный доставить немало хлопот нашим бывшим союзникам. Для успешного разгрома войск противника и скорейшего выхода к Рейну Ставка решила передать в ваше распоряжение 25-ю особую танковую дивизию, в состав которой входят тяжелые танки ИС-3. Это мощное оружие мы намеревались использовать во время штурма Берлина, однако не уложились в сроки. Теперь вот решили с его помощью попытаться взять Брюссель.

Сталин усмехнулся, чуть заметно двинув рукой, предлагая Антонову продолжить доклад. Генерал моментально понял вождя, и его указка вновь пришла в движение.

– В настоящий момент 25-я особая дивизия находится под Бременом и ждет сигнала к выступлению. Начало нашего наступления назначено на 22 июля, 4.30 утра по московскому времени. Место нанесения главного удара район Лингена. По данным разведки, англичане по-прежнему считают, что в случае наступления в Саксонии мы будем пытаться захватить Ганновер и Оснабрюке. Поэтому главные свои силы они сосредоточили по линии Ганновер – Оснабрюке – Мюнстер. Подобное положение войск противника благоприятствует прорыву его фронта и выходу наших ударных соединений на оперативный простор в течение первых двух суток. Только в этом случае у англичан не будет возможности нанесения контрудара, и они будут вынуждены начать отвод своих войск из Нижней Саксонии. Скорее всего, противник будет отступать к Рейну, чтобы, опираясь на эту водную преграду, а также расположенные там свои материальные базы, попытаться остановить наше наступление.

– Не слишком ли смелый прогноз, товарищ Антонов? Строить свои расчеты только на том, что из-за угрозы окружения Александер даст приказ на отход, на мой взгляд, довольно рискованно. Могу сказать со всей ответственностью, что англичане хорошие солдаты и всегда будут бороться до конца.

– Никто не принижает боевых качеств британцев, товарищ Рокоссовский. Да, они хорошо дерутся, но большей частью в позиционных сражениях. Готовясь к сражениям с ними, Генштаб самым тщательным образом проанализировал тактику британцев и пришел