– У меня есть купон со скидкой! – гордо сообщает любимый. – Если прийти в одиннадцать тридцать, то скидка удвоится! И еще дадут купон в кино, и мы сможем купить два билета по цене одного!
Если вы в душе не романтик, то такой вариант вас тоже порадует. Но, как правило, до свадьбы девушки все же предпочитают, чтобы на них не экономили. Они очень болезненно реагируют на рестораны по купонам, подарки с метками рекламных акций и трогательной надписью «не для продажи», тестеры косметики и прочие приятности, доставшиеся дарителю бесплатно. Исключение составляют подростки. Но Ника из этого возраста уже давно вышла и мелочам, направленным на экономию карманных денег, не радовалась.
Так же она с негодованием относилась к цветам, которые нарвали в ближайшем палисаднике.
По прошествии времени она неожиданно поняла, что предъявляет своим принцам непомерные требования, и даже опустила планку. Но мужчины так измельчали, что были не в состоянии удовлетворить не только ее скромным материальным запросам, но и моральным. Из порядочных остался лишь Мямликов.
И Егор, если отбросить подозрительную историю с маминым недоверием.
Раньше богатых кавалеров у Вероники не было. Поэтому она наслаждалась незнакомыми привилегиями, которые может получить девушка состоятельного мужчины. Они ходили в дорогие рестораны, в закрытые клубы. Легко могли полететь в другой город на концерт какой-нибудь звезды. Егор умел удивлять. А в силу наличия у него денег делал это легко и непринужденно.
Но Веронике было страшно. Вроде все замечательно, но она так боялась в очередной раз обмануться, что не могла позволить себе расслабиться и влюбиться.
– Хоть переспи с ним! – возмущалась Барабанова на очередной дружеской встрече. – Олег, скажи ей! Секс сближает.
– Только временно, – флегматично заявил Мямликов.
– Это у тебя временно, – возразила Лариса. – Надо сближаться умеючи.
– У всех временно. Потом должны появиться более веские основания для близости. Или, наоборот, для расставания.
– У меня как раз со вторым очень ловко выходит, – уныло кивнула Вероника. – Я не понимаю. Он же классный. Я даже решила, что соглашусь, если он предложит переночевать вместе. А он не предлагает! Представляете?
– Да, – кивнул Олег. – Очень даже представляем. Он уважает твою позицию.
– Мямликов, ты тормоз, – пнула его Лариса и поддела вишенку с его куска торта. – Тебе же объясняют русским языком: наша Ника давно изменила позицию, а этот невнимательный Ромео изменений в упор не видит. Или не желает видеть.
– Может, он хочет сначала жениться? – робко предположил Олег.
Других версий у него не было. Собственно, он вообще стеснялся обсуждать столь интимные стороны Вероникиной жизни. Лучше бы никакого Егора не было, потому что… Нет, Олег не ревновал, наверное, просто очередной Вероникин «принц» ему не нравился на подсознательном уровне.
Его предположение Барабанова встретила истерическим пошлым смехом. Вдоволь навеселившись, она строго взглянула на Олега и отчеканила:
– Это только в твою больную голову может прийти столь дикая идея! Егор – бизнесмен. А бизнесмены сначала товар щупают, выворачивают наизнанку и пробуют на зуб и только потом берут. Надо на него давить.
Вероника немедленно вспомнила раздавленный пакетик майонеза в магазине. Наверное, так выглядит чувство, если на него давить.
– Не, я не могу навязываться. Да и вообще это неприлично. Как ты представляешь? Что нужно сделать, чтобы мужчина понял, что я с ним готова переспать?
– «Готова» и «хочу» – нетождественные понятия, – заметил Олег.
– Давайте порепетируем? – предложила Лариса, с видом Феллини усевшись на диван и закинув ногу на ногу. – Давай, Никуся, попробуй намекнуть Мямликову, что ты готова. Если этот поймет, то уж Егор-то и подавно догадается.
Вероника с сомнением посмотрела на жертву.
– Непоказательно, – отверг идею Олег. – Я знаю условие задачи, поэтому чистого результата не будет.
– Струсил, – хлопнула себя по колену Лариса. – А еще друг. Чего ты испугался? Это же репетиция. Физиологические подробности мы на тебе репетировать не станем, не дрейфь!
– Ладно, – вздохнул Мямликов. – Давайте. Я готов. Было бы чего бояться.
Он решительно допил чай и встал, аккуратно одернув футболку.
– Я не могу, – вздохнула Вероника, посопев и потоптавшись в непосредственной близости от Олега.
– Ой, всему-то вас надо учить! – резво вскочила Лариса. – Смотрите. Я только сегодня намекала Арчи. И у меня почти все получилось.
– Почти – это как? – заинтересовался Олег.
– Продолжение мы перенесли на ночь. У него спектакль сегодня, а потом мы едем к нему. В обед удалось только поцеловаться. Зато я первая намекнула, что не против.
Вообразив, как неведомый Арчи покорно дает себя облобызать, не справившись с барабановским натиском, Олег ухмыльнулся.
– Смешно ему, – презрительно проговорила Лариса. – Смотри и учись у мастера.
Она вдруг резко прижалась к нему своим костлявым тельцем и пристально уставилась в глаза, медленно облизнув губы. На губах у нее были крошки и остатки крема. Тушь под правым глазом потекла. А под носом назревал прыщ. И на щеке… В общем, Олег попытался отступить, но Барабанова крепко держала его за ремень.
– Что ты чувствуешь? – хрипло спросила она, снова облизнувшись.
– Липкий ужас, – пробормотал Мямликов, беспомощно дернувшись. – Я не ожидал, что все будет так натурально.
– Ты что, вообще на женщин не реагируешь? – неожиданно нормальным голосом поинтересовалась Лариса.
– Реагирую, но не на всех. Не надо считать мужиков кроликами. Каждому нужно что-то свое. Так и Егору этому! Может, он тоже пока не решил, хочет он чего-то с Никой или нет!
– Нужно. Всем нужно, – убежденно заявила Барабанова. – Вероника, давай! Твой выход. Представь, что это Егор. Встань поближе! Еще ближе!
Вероника с Олегом покорно топтались среди комнаты, следуя указаниям режиссера.
– Теперь посмотри на него! И протелепатируй. Чтобы до него дошло! Так, Мямликов, что чувствуешь?
– Ничего. Она мне на ногу наступила, – пожаловался Олег, трусливо отступив.
На самом деле он очень даже почувствовал. На него девушки никогда так не смотрели. А еще он испугался, потому что физиология наконец очнулась от затяжного обморока после нападения Барабановой и неприличным образом распирала брюки.
– Совсем ничего? – расстроилась Ника.
– Если ты на него так посмотришь, он твой, – буркнул Олег. – Ладно, я домой. Надоели мне ваши репетиции. Да и торта не осталось.
– Чего это он? – изумилась Лариса, когда Мямликов резво удалился, хлопнув дверью.
