— Спасибо. Но я хотел бы видеть расстановку сил противника. Отсюда лучший обзор.
— Значит, наблюдайте молча, — бросила я. А вот развернувшись, увидела построения подмоги.
К моим солдатам и простым мужчинам присоединялись воины герцогства Дюранец. И да, это была целиком конница. И хотя предполагались и пешие воины, но время внесло свои коррективы. Так что мы встречали целую армию в сильно меньшем составе, чем предполагали. И это удручало. Хотя лично меня больше злило.
Сделав ещё один глубокий вдох и крепко сжав серый камень, я заговорила:
— Приветствую воинов Анузы.
И да, Панок явно что-то напутал, ибо мой голос доносился и до нас. Неужели такую громкость бешеную поставил? Только бросать уже было нельзя. А было ли изображение — вообще непонятно.
— Меня зовут Элен Саноза Юбера Дюрах, урожденная графиня Монтеро, королева Шамбуры. И я обращаюсь к вашим правителям с последней просьбой переговоров, ибо любые вопросы можно решить мирно, без никому не нужных жертв. Мы готовы к битве, но не желаем её. Час. У вас час, чтобы выйти на переговоры. Если войско попытается пересечь границу, мы будем вынуждены принять бой, против которого сама Богиня. Время пошло.
— Что дальше? — спросил Панок.
— Ждём. Но я очень сомневаюсь, что моя попытка приведёт к успеху.
— Так зачем было её делать, если сама сомневаешься? — хмурился рядом Милон.
— Мой отец учил меня, что физическая сила — это последний путь решения проблемы. И если у тебя есть хоть мизерный шанс этого избежать, его нужно использовать. И нет, это совсем не слабость, это сила, а ещё она требует неимоверного терпения.
— Итак, — обратилась я к моим своеобразным воинам на стенах, — все помнят, что должны чётко выполнять приказы?
— Так точно, — хоровой ответ. Сама не ожидала, а Панок лишь усмехнулся.
— Тогда будьте внимательны. И удачи всем нам.
Ожидание — самое паршивое время. Напряжён каждый мускул в теле, каждая струнка души реагирует на малейший раздражитель. И самое ужасное, что больше сделать ты ничего не можешь.
Я заставила Низака и Панока проверить всё магическое оружие, чем ввела в окончательный шок Милона. Он сначала стоял на месте, а потом попытался сунуть нос в каждый ящик и мешочек. А затем надулся, что ему не разрешили. Может быть, от него и была польза. Он отвлёк меня от будущей, как я уже догадываюсь, неминуемой битвы.
Я смотрела на него и ничего не понимала. Почему в отсутствие своих старших братьев он ведёт себя более адекватно? Даже сейчас он уже не язвит, но не стесняется своего почти детского любопытства. Может быть, они на него как-то давят? Хотя какая мне уже разница. Я смотрела на этого юного мужчину и не чувствовала к нему ничего. Ну, обида на поведение, конечно, была. Только не было того омерзения, что я ощущала в присутствии Бабена, и ненормального желания что-то доказать Фросту. Вот ничего. Пусто.
— Время вышло, — раздался голос Самона, вытаскивая меня из задумчивости.
— Войска двинулись?
— Нет пока. Стоят.
— Может быть, ещё думают?
— Не могу знать, миледи, — пожал он плечами. Хотя это изначально был вопрос без ответа.
— Что в горах? Ничего не слышно уже давно. Где солдаты?
— Диверсанты не смогли прорваться и отступили. Наши не пошли на их территорию. Мало ли. Выжидают.
— Плохо. Нужно было ликвидировать всех. А теперь они по лесу разбредутся. Вылавливай их потом.
— Приказать зачистить?
— Нет. Если они ушли к своим, наших может ждать засада. Пусть стоят на границе в зоне видимости друг друга. Не мне объяснять им, как себя вести в лесу с врагами.
— Прикажете взять языка?
— Зачем?
— Миледи, прибыли несколько воинов. Говорят, что на помощь королеве, — доложил растерянно парнишка. Я чуть перегнулась через стену, чтобы увидеть десяток наёмников во главе с Кабаном. И несколько секунд спустя мы даже встретились взглядами. Не могли они ничего увидеть, кроме силуэта, но он кивнул мне в качестве приветствия.
— Отправить к воинам в горы. Там они будут очень кстати, — отдала я указание.
— Миледи, войска двинулись вперёд, — пришло по переговорнику. Ну вот и всё.
— Панок. Время. Споём?
Дальше по плану у нас было несколько песен. По нашим подсчётам, им хватит всего двух, чтобы дойти до границы. Потом уже в действие должны вступать артефакты и ловушки. По сути, у нас есть ещё около часа. Может быть, даже батальон Милона успеет прибыть. И вот сейчас уже не было столько надежды на то, что песни подействуют, солдаты если не развернутся, то хотя бы остановятся. Почему? Не спрашивайте. Не знаю. Просто ощущение.
Первые аккорды сильно удивили противников.
Ансамбль Сорока — дорога
Каждый день в каждый дом
Есть своя дорога,
По одной к любви придёшь,
По другой — к тревоге.
Все дорожки и пути
Выбираем сами,
Нам поможет солнца свет
Под небесами,
Нам поможет солнца свет
Под небесами.
Собираясь в дальний путь,
Попроси у Бога,
Чтобы доброю была
Твоя дорога,
А до дома 1000 вёрст
И ещё немножко,
И с друзьями веселей
Кажется дорожка,
И с друзьями веселей
Кажется дорожка.
Эх, дорога, эх, ещё немного,
Ждут тебя твои родные
Дома у порога,
Ждут тебя твои родные
Дома у порога.
По какому по пути
Нам с тобой ещё пройти,
Если б знать наверняка,
Где таится счастье.
Если радость ты несёшь
И с добром в душе живёшь,
То твою дорожку
Обойдёт ненастье,
То твою дорожку
Обойдёт ненастье.
Эх, дорога, эх, ещё немного,
Ждут тебя твои родные
Дома у порога,
Ждут тебя твои родные
Дома у порога.
Эх, дорога, эх, ещё немного,
Ждут тебя твои родные
Дома у порога,
Ждут тебя твои родные
Дома у порога.
Эх, дорога, эх, ещё немного,
Ждут тебя твои родные
Дома у порога,
Ждут тебя твои родные
Дома у порога.
Да что там, среди наших были волнения. Конечно, все были предупреждены, но реальность их привела в замешательство. Особенно воинов герцога. А как относиться к самому герцогу, я пока не решила.
Руслан Алехно — ждёт меня любимая
Бил прямой наводкой
Точно пулемёт
Разрывая глотку,
Бил, стреляя в рот.
Разлетелись в клочья
Синие глаза,
Заливала поле
Алая роса.
Разоделися сосны
В красный сарафан.
Вечер, болью сожжённый,
Умирал от ран.
Ждёт меня любимая, ждёт меня домой,
Здесь моя семья, здесь мой дом родной.
Здесь моя любимая, здесь мой дом родной,
Я вернусь живой, я вернусь домой.
Налетели стаей
Сорок семь стрекоз.
Кровью обливая
Крылышки берёз.
Коршуны без крыльев
Били наугад.
Город превратился
В краснощёкий ад.
Шевелилось поле,
Издавая стон.
Русское раздолье
Золотых погон.
Ждёт меня любимая, ждёт меня домой,
Здесь моя семья, здесь мой дом родной.
Здесь моя любимая, здесь мой дом родной,
Я вернусь живой, я вернусь домой.
Изморозь наутро
Пеплом занесло.
Время встало в ступор,
Спрятавшись в дупло.
Напиталась болью
Ржавая земля.
И упала с неба
Детская слеза.
Ждёт меня любимая, ждёт меня домой,
Здесь моя семья, здесь мой дом родной.
Здесь моя любимая, здесь мой дом родной,
Я вернусь живой, я вернусь домой.
Ждёт меня любимая, ждёт меня домой,
Здесь моя семья, здесь мой дом родной.
Здесь моя любимая, здесь мой дом родной,
Я вернусь живой, я вернусь домой.
Артефакт работал отлично. Музыка, записанная на него, воспроизводилась без сбоев и изменений. Я пела вживую с усилителем голоса. Первой песней «Чёрный ворон» я хотела заставить противников задуматься, сомневаться в их готовности распрощаться с жизнью. Только, судя по докладам из переговорников, толку не было. Солдаты не уходили с поля, не отступали. Хотя пограничники докладывали о волнениях в их рядах.
