не говорил, что у тебя мамочка есть?» Он улыбнулся: «Мама далеко жила, недавно наконец-то продала свою квартиру, приобрела дом в Подмосковье. Теперь она рядом». И отправились мы в Рукино. Тетя Лена добрая, ласковая, сразу меня дочкой назвала. Коттедж у нее хороший, восемь комнат. И очень она будущему внуку обрадовалась. Да не получилось у меня ребенка родить – выкидыш случился. Я поплакала, тетя Лена меня утешила: «Какие твои годы, еще появится у вас ребенок, девочка. – А потом предложила: – Ребятки, перебирайтесь ко мне. За городом воздух – сплошной кислород, свои овощи, фрукты. Боре каждый день на работу не надо ходить».
Арина опустила голову.
– Я обрадовалась. Квартира, в которой жили, крошечная, дом старый. То труба течет, то батарея не работает. В Капотне обитали. Район ну никак не престижный. А у Елены Григорьевны домина огромный, сад, от Москвы недалеко. Конечно, с радостью согласились.
Великанова всхлипнула.
– Знать бы раньше, куда попаду! История длинная!
– Мы никуда не торопимся, – заверил женщину Кулагин.
Из уст Великановой полился подробный рассказ.
Выйдя замуж, первое время Арина просто летала от счастья. Свекровь оказалась замечательной. Елена сразу начала называть невестку дочкой, не делала ей замечаний, не заставляла работать по дому, никогда не ругала. Когда мать мужа узнала, что девушка подрабатывает шитьем сумок, она спросила:
– Заинька, а почему не работаешь по профессии?
– Никогда не хотела быть финансистом, – призналась Арина. – После школы решила пойти учиться на швею. Но мама прямо заплакала, она спала и видела, чтобы я получила высшее образование. Пришлось отправиться в заведение, где, по словам мамули, давали «нестыдную» профессию. Вот и сижу в бухгалтерии теперь, от тоски умираю, а для души сумки мастерю. Жаль, нет у меня специальной швейной машинки и стола для раскройки. Кабы все было, могла бы хорошие деньги добывать.
Через день Елена оборудовала в доме мастерскую и сказала невестке:
– Работай в свое удовольствие.
Арина от восторга все слова забыла. За месяц смастерила восемь сумок, получила на руки больше, чем имела в ненавистной ей бухгалтерии. Ну не жизнь, а сплошная радуга!
Но в разноцветных полосах кое-где мелькали темные пятна. Еще перед переездом в село Боря предупредил жену:
– В доме у мамы никогда нет ни мяса, ни мясных изделий. А рыба – по праздникам.
И в самом деле любимые девушкой докторская колбаска, буженинка, котлетки на столе не появляются. Потом выяснилось, что не следует покупать хлеб, печенье, конфеты, пирожные. Хочется сладенького? Возьми курагу, чернослив, изюм. Под запрет попало и сливочное масло. Дальше – больше. Оказалось, что утром завтрак, в три часа обед, и все. За стол члены семьи садятся два раза в день. Поход в супермаркет не приветствуется. Что ест семья? Где берутся продукты? При доме есть огромный огород. У Елены растет все: картошка, капуста, помидоры, огурцы… В специальном домике живут куры, они исправно несут яйца. За молоком-творогом семья ездит в соседнюю деревню к коровнице тете Тане. Из фруктов – свои яблоки, груши, сливы, вишня.
– Мы «натуральные человеки», – один раз произнесла свекровь.
– Кто? – не сообразила невестка.
И потом часа два слушала лекцию о людях, которые решили жить, как в древние времена. После этой беседы Арина поняла, что попала в каменный век. Свекровь объяснила ей, что белье стирают на речке зимой и летом. Вместо стирального порошка – песок. К большому удивлению Арины, простыни и пододеяльники становятся после такой процедуры идеально чистыми и приятно пахнут. Электричество в доме есть, в придачу во дворе стоит генератор, но вечера проводятся при свечах. А готовят в печи, которую топят дровами.
Из гардероба Великановой исчезли джинсы, мини-платья, юбки в обтяг, кофты с соблазнительным декольте. Теперь жена Бориса носит длинные платья.
Узнав, что невестка беременна во второй раз и снова должна родить сына, свекровь пришла в полный восторг. Но, увы, опять случился выкидыш. Арина очень переживала, плакала, мечтала выносить ребенка. Елена ее утешала, обеспечила невестке идеальные условия, чтобы та смогла опять забеременеть. После обеда молодую женщину просили выпить лечебный травяной отвар, потом укладывали спать на два часа. Прежде Великанова не могла дремать днем, а теперь еле доходила до кровати, падала в нее и с трудом просыпалась, когда Борис начинал ее будить.
Глава тридцать третья
Как-то раз Борис встал из-за стола раньше, чем жена допила травяной отвар. Обычно муж сидел, смотрел, как супруга опустошает кружку, а тут вскочил и быстро ушел. Елены не было в комнате. Девушка взглянула на чашку с жидкостью. Ей отвар никогда не нравился, но сегодня вливать его в себя вообще никаких сил не было. Великанова схватила емкость и выплеснула содержимое во двор. Не успела она сесть, как вернулся муж, и, как всегда, пришлось идти в спальню. Вот только ложиться ей совершенно не хотелось. Арина решила почитать, а за короткое время до прихода Бориса сделать вид, что видит десятый сон.
Девушка уютно устроилась в кресле, и тут из открытого окна донесся тихий голос свекрови:
– Она дрыхнет?
– Мама, от твоего варева даже бегемот свалится! Лариска так вообще не проснулась!
– Ни при чем я, – возразила мать. – Кто же знал, что у нее после третьего выкидыша тромб оторвется! Мой настой не виноват, он просто сонный. Хорошо, что ты с Ларкой не расписался, закопали ее в лесу, и все. Арина намного лучше той девки – сирота и беременеет быстро. Только у нее постоянно мальчики, а нам девочка нужна!
– Выкидыши устраиваем, пока дочка не получится, – согласился Борис. – Парень ни к чему!
– Еще наши предки сговорились, что все потомки Великого Тимофея должны жениться только на дочерях Юдина! Онуфрию уже двенадцать лет исполнилось, а у тебя все малышки нет.
Наверное, на наших лицах отразилось недоумение, потому что Арина на короткое время прервала рассказ. Но потом продолжила:
– Сейчас все объясню. Натлюди – на всю голову мешком прибитые. Я теперь хорошо знаю историю этого сообщества. Много лет назад купцы Тимофей Скорин и Владимир Юдин создали объединение, в которое вступали те, кто хотел жить по заветам предков. Их идея понравилась, к мужчинам пришло много народа, огромная получилась армия, почти десять тысяч человек, среди них немало богатых. Потом случился большевистский переворот, царя прогнали. Скорин успел уехать в Париж вместе с сыном, который к тому времени женился на дочери Юдина. Владимир остался в России – он не мог бросить очень больную маму, а та отказалась отправляться в дальнее путешествие. Перед расставанием друзья поклялись,
