не могла двигаться, я будто оглохла, окаменела…
— Девочка моя, ты почему не отпрыгнула как я просил? В тебя могли попасть, — услышала, когда ко мне вернулся слух.
— Но не попали, — только и смогла произнести, а после мир покачнулся и тёплые объятья небытия приняли меня в свои сети.
Очнулась я уже не в раздевалке, а в машине скорой. Влас волновался, что меня, возможно, задело, слишком уж неадекватно реагировала я на происходящее, и вызвал скорую, которая привела меня в чувство всего лишь обычным нашатырем. И пусть вокруг творился какой-то хаос, слышались звуки сирен и крики, для меня всего этого не существовало, ведь именно в этот момент я чувствовала такую заботу от него, как никогда до этого, что остальной мир для меня казался всего лишь фоном, а тонула в его озабоченном взгляде, что сканировали каждый взмах моих ресниц и не хотела всплывать.
— Переедешь ко мне? — спросил, обнимая меня, когда меня отпустила медсестра.
Я смогла только кивнуть в ответ, тихонько радуясь тому, что все осталось позади, после услышанного разговора медиков о том, что стрелявших задержали, но Влас приподнял мой подбородок и заставил заглянуть в свои глаза.
— Не пожалеешь после? — а я в ответ отчаянно замотала головой.
— Нет.
Не пожалею.
Пережитое не отвернуло меня от него, наоборот, наверное, приблизило еще больше, ведь я понимала, что несмотря на еще такое призрачное и неясное будущее хочу быть рядом с ним.
Эпилог
На моем месте любой другой после — сначала услышанного, а чуть позже — испытанного, сбежал бы, но не я… Я не убежала… я даже просто не ушла. Не знаю… но я не смогла уйти.
Это как вырвать собственное сердце с мясом из груди. Вместо того, чтобы бежать от него, как от огня, я с чемоданами, впопыхах собранными, спешила к нему. И пусть мама твердила, пока наблюдала за моими сборами, когда я вбежала в дом к тете, что-то сбивчиво говоря о том, что переезжаю жить к Власу, что я совершаю большую ошибку, ведь могла пойти учиться в университете, Алекса бы все устроила. Своим уходом я упускаю такой шанс… а я знала, этот поезд уже ушел, потому что мне нужно было сразу выбрать другое, работу, учебу, спокойное будущее, но я от всего этого отказалась. Я выбрала его, ждущего возле дома — опасного, брутального байкера, что сводил меня с ума одним лишь своим взглядом, но не адреналин меня вел вперед, после перестрелки, и не то, что я ветреная какая-то или безмозглая. Нет. Просто… если такой мужчина встретился на твоем пути, от него сами не уходят, это попросту невозможно, ведь именно он выбрасывает из своей жизни и тут же забывает, находя другую. Уверена. Потому я и хочу ловить этот момент. И это мой осознанный выбор. Да, мне страшно, я знаю, что отношения с ним могут быть опасны, но чувства к нему пересиливают страх и я могу только надеяться, что это ответно. Потому вместо того, чтобы одуматься, вернуться к матери и тети, я ехала к нему в квартиру, уже зная, что скажу «да». Любое «да» ему… И на его желание научить меня водить мотоцикл, чтобы и я тоже ощутила эту особенную связь с железным монстром, и даже на его желание иметь детей от меня… Ведь, когда в одно раннее утро меня начало тошнить он смел в клочья все мои барьеры одним своим уверенным — «ты беременна» и сказано это было с такой улыбкой, что хоть все мои прошлые опасения и подтвердились, теперь я не испугалась, ведь если он был рад этому ребенку, то и мне ничего не страшно.
Что в ней такого? А вот не знаю что… То ли глаза эти, то ли выражение лица эдакой невинной овечки, или же эта дерзость, что с самого начала привлекла, заставила внутри что-то встрепенуться заинтересовано… Не то чтобы я не привык к проявлению откровенного интереса, у меня много различных женщин было, но от нее не ожидал. Я вообще не ожидал интереса от такой как она. Юной, можно сказать еще совсем маленькой девочки… Да, именно маленькой. Смотрел на нее и ощущал себя старым извращенцем, чувствуя как между ног прострелило при виде ее в халатике. А ведь эта девочка даже не догадывалась о моих чувствах, о той буре, что творилась внутри, в ответ на ее заигрывания. Она с первого взгляда меня поймала в свои сети, и отпускать ее от себя не хотелось. Как бы не пытался быть правильным и не трогать племянницу друга, не смог справиться с чувствами, что бурлили внутри, стоило только услышать о ней от кого-то. «Ты сошёл с ума», — говорили друзья. «Она не нашего круга, малолетка», — а я слал их к черту, потому что давно ни к кому такого не испытывал. Пусть не вписывается, пусть не похожа на женщин, что рядом с нами ошиваются, но разве это плохо? Нет, только не с ней. Еще, когда увидел ее, понял — моя. Хочу выполнять все ее прихоти, оберегать, любить ее, как никого до этого. Да, а ведь я действительно никого так не любил как её. Да, что там, я кажется вообще не любил. Потому что то, что я раньше испытывал к женщинам меркнет на фоне острых чувств к ней.
— Детка, я персики принес, — захожу в нашу с ней квартиру.
— А клубнику? — спрашивает деловито, появляясь в прихожей.
— И клубнику тоже, — улыбаюсь, наблюдая за тем как она сует свой любопытный носик в пакет с продуктами.
— Что бы я без тебя делала, — вытягивает из пакета пакетик с клубникой и, поглаживая свой пока еще небольшой животик, приговаривает, улыбаясь.
«Сейчас будем кушать, малыш. О нас папа твой позаботился.»
А я смотрю на нее такую… и понимаю, что люблю её до безумия. Растрепанную, в домашних шортах и футболке… Забыть забыл уже о других, потому что нет никого сексуальней ее — беременной моим ребенком.
????????????????????????
Конец
Больше книг на сайте - Knigoed.net
