— Мы все уяснили, сэр.
— Проваливайте.
А вот это интересная информация. Похоже, Коля до конца не в курсе, как всё делается у Глена. А реднек нам ничего не сказал. И мы чуть ли из-за этого не встряли. Ну ничего, я эту пометочку на будущее оставлю. Или тут у них, местных «ковбоев», так принято? Сомнительная, но интересная схема. Ещё один фактор в пользу того, что тут торговля под местными, а не под итальянцами или ирландцами. Разделяй и властвуй.
Я окончательно уверился, что Вирджиния — опасная, но прямо-таки золотая территория для таких одиночек, как мы. Похоже, местная система слияния бутлегеров и полиции представляет из себя настоящее сито. Множество мелких поставщиков постоянно приезжают сюда. Кто остаётся делать дела на таких вот жёстких условиях — тот и молодец, но товар и его количество строго отслеживается и контролируется.
При таких условиях в любом случае поток алкоголя будет. Зато крупная рыба сюда не суётся, встречая организованный отпор со стороны закона и фермеров-бутлегеров, которые привыкли палить во всё подозрительное, защищая своё. Организованная преступность любит всё контролировать сама, а тут придётся слишком распылять свои силы.
Мы помогли Гарри усесться в кабину и начали грузиться сами. Мишка выглядел напряжённым и побитым как собака.
— Мой кузен тоже был врачом в третьем восточном, и служил с Вудсом, — спокойно проговорил Тагерт, стоя около двери нашего «Шевроле».
— Сэр… — Гарри хмуро поднёс негнущуюся руку к козырьку грязной кепки.
Шериф кивнул и мы в полном молчании начали грузиться в «Шеви». Джон, уже проходя мимо, остановился на минуту и пристально посмотрел на Гарри, а затем перевёл взгляд на меня. Сейчас, вблизи, я рассмотрел большой шрам от ожога, уходивший через висок полисмена под его фуражку.
— Стандартная такса — двести долларов. Учтите это. Если бы не выходка Барнса, вы постоянно платили бы полную стоимость. Вам повезло. Но порядок — есть порядок. Отстёгивают все, — проговорил Джон и зашагал в ночи к полицейскому фордику.
Мы двинулись в сторону Нью-Йорка, обеднев на сто баксов, но приобретя кое-какие договорённости с копами в одном из округов Западной Вирджинии. Правильно говорят, в криминальном мире всё всегда всплывает наверх, и оставаться в тени постоянно — не получается ни у кого.
В Бакхэнноне нам, к сожалению, это не удалось. Хорошо, что до Нью-Йорка отсюда далеко. И тем не менее, первые большие деньги у нас в кармане!!!
Глава 15
Ферзь под ударом…
— Штука баксов! — Мишка даже забыл, что ему прошлой ночью съездили дубинкой по ногам и чуть не пристрелили.
Витя кивнул, закуривая:
— Нормально…
— Нормально-то нормально, только меня чуть не грохнули. И Гарри едва не забили насмерть!
Ан нет, не забыл ничего Рощупкин. Всё помнит!
— Можно раздать долги и не вспоминать про эту историю, — пожал плечами Громов и посмотрел на меня.
Ну да, это же в первую очередь у меня огромный долг. Сейчас мы действительно могли его закрыть. Вдобавок отдать Мишкины сорок долларов ирландцам. А если сбросить «грязные» стволы, так и ещё будет. Плюс, в нашем подвале тонна виноградного сока в бочках. Тоже деньги. А через пару месяцев будет бормотуха, которую можно будет толкнуть в подпольные бары, когда введут сухой закон.
— Блин, я прямо вижу много девок, — мечтательно задумался Мишка.
Удивительный он человек. Меняется как артист на глазах. Кстати, драматизма ему не занимать. Ещё бы выдержки побольше, и было бы совсем замечательно, но это придёт с опытом и возрастом.
— Вообще-то, у тебя есть Дина, — подколол его я.
— Так я это… просто к слову, — смутился друг.
— А я вижу почти четыре Форда, — всё-таки Витя тоже позволил себе помечтать, с усмешкой затянувшись сигаретой.
А что видел я? Даже не знаю. Выкупленные дома на Брайтон-бич, суповые кухни для мигрантов из России. Рабочие места… Ну и хорошую жизнь, чего уж греха таить. Не только же о других думать.
Наверное, во мне говорили сразу две стороны. Одна меркантильная, желающая красивые сверкающие и мощные машины в гараже у своего особняка. А другая — что-то сделать для русской общины в этой стране. Домой — в Союз, мне путь закрыт по понятным причинам. Мы уже эмигрировали. Если вернусь обратно, а точнее, вернётся мой реципиент, то предугадать его судьбу невозможно. Там вообще сейчас идёт Гражданская война. Почему мне хочется чем-то помочь соотечественникам? Тут тоже есть и добрая воля и расчёт. Они — моя потенциальная поддержка, с которой проще найти общий язык. И это моё внутреннее желание. Сколько ещё мне здесь отмеряно? Пятьдесят? Шестьдесят лет? В теории я могу прожить самую долгую жизнь на свете. И хотелось бы окончить ее с большой пользой и… наверное, подойдёт слово «интересно».
Вслух же я произнёс:
— Я вижу наш стартовый капитал для серьёзного бизнеса и больших денег, — подвёл я сухой итог нашим мечтаниям, — Действуем пока что так же. Не высовываемся лишний раз. Послезавтра мы едем на закупку виски и сразу в ночь в Вирджинию. Обратно тоже едем с соком. Нам надо заполнить наш «склад». Гарри как раз оклемается. Миша, ты на работе. А то уже часто пропадаем. Будем хотя бы меняться. За руль сядет Витя. У него теперь есть права. Кстати, поздравляю! — все отсалютовали кружками Громову, который стал обладателем заветных «корочек» на грузовик, пока мы были в отъезде, — Бухло покупаем в этот раз ЛЕГАЛЬНО, — подчеркнул я для своих друзей и убедился, что они поняли.
Рощупкин кивнул, но тут же вклинился в мою тираду:
— Да ясно всё! Только я сейчас не на работу. Надо будет заскочить к Дине. Ты как раз напомнил. У неё опять какие-то претензии ко мне. Капризничает, — вздохнул Мишка и затем уже оживлённо добавил, — Кстати! Ты слушал новость? Штармайера грохнули. Он что-то делал в Нижнем Бронксе. Поговаривают, что его застрелили конкуренты, когда он там продавал дурь.
— Серьёзно? — удивился я, сделав вид, что слышу об этом впервые, — Он ещё и ею приторговывал?
— Ну слушок такой есть, — утвердительно кивнул Витя, — Козаль был очень недоволен. Даже нет… Он рвал и метал! Но скорее бесился оттого, что это случилось в Бронксе, и тем, что Штармайер ему не отстёгивал процент со своих делишек. Ищут концы, а полиция сейчас в напрягах с Горским и его ребятами. Об этом тоже судачат на каждом углу. Новый шериф Бронкса — сатана во плоти. И поэтому фараоны сейчас боятся подставиться. Поэтому сидят тихо и делают вид, что и знать не знают — кто такой Горский и все его подручные типа Козаля…
О как. Звучит цинично, но это я удачно тогда на Штармайера нарвался. Минус один говнюк, но это ерунда. Главное, что сейчас местные бандиты в непонятках — что происходит? Плюс, когда Гарри случайно угробил копа — получается, что это совпало с новым назначением шерифа. И сейчас у Горского забот полон рот. Вполне возможно, что наши дела будут дольше оставаться незамеченными.
Интересно, как это всё скажется на ирландцах? Я уже начал грешным делом подумывать, как и им устроить такую подляну, чтобы полиция, русская группировка и ирландская банда сцепились в Бронксе. А то получается, что сейчас ирландцы пусть в небольшом, но выигрыше. Они на окраине, у них голова про убитого бойца не болит.
А моим парням эту информацию знать не нужно. Пусть случай со Штармайером будет моим личным секретом, который я унесу в могилу. Нда, наша жизнь как карточный домик. Толкнёшь одну карту — начнут падать и другие. Главное — не забывать, что и твой «домик» кто-то может подкосить.
Я хлопнул по коленям и встал с кресла, давая понять, что наше «заседание штаба» окончено:
— Ладно. Погнали на работу. И ещё — задание для всех. Нам надо поискать склад поближе к выезду с Ист-Сайда. Рядом с этим домом, — я передал парням бумажку с адресом своей съёмной квартиры и закончил, — Теперь мы будем собираться там.
* * *
