После нескольких удачных выстрелов Кейл взял у нее обрез.
— Ну что ж, мисс Зоркий Глаз, давай посмотрим, что у тебя получится с пистолетом. Здесь все по-другому.
Кейл стал объяснять ей, как правильно держать кольт, прочертив невидимую линию между целью и рукой, и прочие тонкости обращения с пистолетом.
— В этом случае тебе потребуется больше концентрации, каждое движение должно быть четко выверено, — говорил он, прикрепляя новую мишень на дерево. — Старайся держать руку параллельно земле.
Раздался выстрел. На листе бумаги появилась дырка. Конечно, он специально нарисовал на морде большие глаза. Но все же каков выстрел! Кейл закинул голову и счастливо рассмеялся. Его маленькая жена, которая не пригодна ни для одного из традиционно женских занятий, оказывается, прирожденный стрелок.
Ханна бросилась к нему на шею.
— Эй! Аккуратнее с этой штукой, — сказал Кейл, отводя дуло в сторону от своей головы.
— Извини, — смутилась Ханна, но вскоре лицо ее опять засветилось. — Я буду всю жизнь любить тебя за то, что ты помог мне поверить в собственные силы! Замечательно! Раз уж у меня все так хорошо получается, ты можешь рассказать мне все об оружии, и я буду управлять магазином, а ты сможешь посвятить все время Прайору.
Ханна поцеловала его, и Кейл мгновенно забыл о стрельбе, и о преследовании агентов, и о своей операции. Он был счастлив и обнимал женщину, которая так неожиданно и быстро стала неотъемлемой частью его жизни. Кейл гладил ее волосы, целовал лицо и шею.
— Нам надо срочно вернуться в магазин, — прошептал он.
— Правильно. Мне еще нужно столько узнать об оружии.
— Да, если уж так получилось, что ты умеешь стрелять, то обещай всегда носить с собой кольт и нож в сапоге. Так мне будет спокойнее.
Обнявшись, они пошли обратно в город. Слова Ханны эхом пронеслись в голове Кейла.
Я буду любить тебя всю жизнь.
Конечно, эту фразу не стоило понимать буквально. Она просто хотела сказать, что очень благодарна. Непонятным образом эти слова заставили Кейла нервничать. Он понимал, что никогда не сможет удержать рядом с собой такую женщину. Он не достоин ее. Они разные по социальному положению и воспитанию, Кейл никогда не сможет дать ей то, к чему она привыкла и чего заслуживает.
Он краем глаза взглянул на Ханну. Она шла, высоко подняв голову и расправив плечи, на губах играла довольная улыбка.
Ему и этого достаточно. Счастья обладать такой женщиной могло и не быть в его жизни. Кейл привык ничего не ждать от судьбы и довольствоваться малым.
Отис Прайор увидел всадника, скачущего к ранчо, и с горечью подумал, что Сэм Викерз, видимо, опять принес дурную весть из города. Последние несколько дней прошли спокойно, и ему очень хотелось надеяться, что ничего плохого не случится.
Совсем недавно Отис отругал своих нерадивых охранников за то, что те не уследили за скотом и плохо закрыли загон. Пришлось отправить значительное количество людей на работу, чтобы пополнить стадо. Теперь Прайор чувствовал себя несколько уязвимым, когда большой части войска не было на ранчо. Он привык ощущать свое могущество и власть.
С появлением новых жителей в городе в душе зародилось неприятное чувство беспокойства. Взгляд Грейсона Макклауда казался ему отдаленно знакомым, хотя он готов был поклясться, что никогда не встречался с этим лавочником раньше. Однако черты его лица очень напоминали Отису одного индейца, который набросился на него, когда тот решил поразвлечься с его скво. Та встреча едва не стоила Прайору жизни. Потерпев поражение, истекая кровью, им пришлось навсегда покинуть индейские территории и бежать в Техас. Прошло шесть месяцев, прежде чем ему удалось полностью восстановить силы. С тех пор Отис каждый раз с дрожью вспоминал о тех событиях.
Одержимость — вот что общего было в лицах того индейца и Грейсона Макклауда. И именно это вызывало беспокойство. Кроме этого, Прайор никак не мог перестать думать о красавице жене Макклауда. Ему, полноправному хозяину Техаса, нужна рядом как раз такая женщина. Но между ним и Ханной Макклауд стоял ее муж, который очень мешал исполнению желаний Прайора. Лицо Отиса исказила дьявольская усмешка. А ведь самое большое сокровище этого лавочника наверняка и есть его самая большая слабость.
— О чем задумались, босс? — спросил Сэм Викерз. — Когда я видел вас последний раз, вы на чем свет ругали своих ребят за то, что они не уберегли стадо.
Отис мгновенно выкинул из головы все эротические мысли, которые непременно возникали при воспоминаниях о Ханне Макклауд.
— Какого черта ты приехал? Я же сказал тебе глаз не спускать с оружейной лавки.
— Я так и делаю. — Сэм сплюнул на землю, вытер рот грязным рукавом и вытащил из кармана сложенный лист бумаги. — Тут пришла парочка телеграмм. Думаю, вам будет любопытно их увидеть.
Отис удивленно вскинул брови, узнав, что Ханна получила наследство. Интересно, сколько? Судя по всему, эта женщина из весьма благополучной семьи, значит, сумма может быть очень велика. Однако вторая телеграмма Ханны братьям на индейские территории заставила Отиса нахмуриться.
— Бенинген? Голову даю на отсечение, что Ханна говорила, будто они приехали из Нового Орлеана. Какого черта тогда ее братья делают на индейских территориях?
— Не знаю, — пожал плечами Сэм и запрыгнул на лошадь. — Четыре новых человека в городе — это проблема. За ними будет трудно уследить, особенно когда половина ваших людей в отъезде.
Отиса охватило неприятное предчувствие. Надо все проверить. Чутье никогда его не подводило, именно это помогало ему долгое время скрываться от правосудия.
— Возвращайся в город и глаз не спускай с Макклауда.
— Там следить-то особо не за чем. Только клиенты снуют туда-сюда. В перерыве они с женой обнимались у себя наверху. Я уже дважды это видел. Аппетитная она штучка!
Глаза Прайора сверкнули. Он должен получить эту женщину. И еще надо постараться не допустить приезда братьев Ханны в Кромвель.
Милли Робертс выглянула в окно ресторана и увидела троих хорошо одетых мужчин, спешившихся у входа в гостиницу Бенингена. Эти были ей незнакомы, но она уже встречалась с похожими людьми раньше и представляла, кто они такие. Агенты Пинкертона. Джулиус, сидевший за столиком, недовольно нахмурился:
— Какого черта им здесь надо?
— Охотятся за кем-то, — проворчал Пирс, поглощая вкуснейший обед.
Наливая кофе, Милли не сводила глаз с троицы, вошедшей в тот момент в ресторан. Один из них посмотрел на нее с интересом, и она приосанилась, принимая наиболее выигрышную позу. Однако, к ее полному разочарованию, их больше заинтересовали маршальские значки на рубашках Пирса и Джулиуса.
