— Мне нравится твое платье, — выпалил он, едва Оливия открыла рот, чтобы потребовать объяснений по поводу его присутствия.
Комплимент почему-то смутил ее. Она машинально глянула вниз на свое прямое вечернее платье из плотного черного шелка. Единственным украшением на нем была узкая серебряная оторочка строгого закрытого ворота и обшлагов длинных узких рукавов.
— Эго был единственный наряд в моем гардеробе, на котором мне удалось отыскать что-то серебряное, — призналась Оливия.
Губы Джаспера, оглядевшего убранство площадки, дрогнули в едва заметной улыбке.
— Никогда бы не подумал, что в Сиэтле можно отыскать столько фольги и блесток.
— Я выгребла у своих поставщиков все подчистую, — не смогла сдержать улыбку и Оливия. — Надеюсь, что никто из моих конкурентов не проводит сегодня ночью празднование серебряной свадьбы. Голову даю на отсечение, что в городском прокате не осталось ни одного серебряного подсвечника или подноса.
— Не сомневаюсь.
— Ладно. — Улыбка сошла с лица Оливии, и она вперила в Джаспера строгий взгляд. — Что ты здесь делаешь? Утром ты и не заикнулся о том, что собираешься здесь присутствовать.
— Мы говорили с тобой до того, как я узнал, что на торжествах «Сильвер Гэлакси фудз» присутствует деловая пресса.
— Разумеется, почти вся деловая пресса здесь. Миссис Сильвертон лично пригласила репортеров экономических разделов «Сиэтл баннер джорнэл», «Сиэтл тайме»и «Пост интеллидженсер». Так делается большой бизнес. Ставка на то, чтобы пополнить представительские амбары «Сильвер Гэлакси фудз».
— Под вечер я узнал, что она пригласила и Энди Эндрюса.
— Ну и что?
— Вы вчера беседовали?
— Нет. — Оливия помрачнела. — После обеда меня не было в студии. Куча горящих дел. Он оставил мне три или четыре сообщения. Я ни на одно не ответила.
— Гм-м… — Джаспер озабоченно оглядел зал. — Возможно, именно поэтому он все еще так интересуется нами сегодня ночью.
— О чем ты? — Проследив за взглядом Джаспера, Оливия увидела невысокого роста кругленького человека в скверно сидящем на нем смокинге. В одной руке мужчина держал бокал шампанского, а в другой — большую тарелку, доверху наполненную канапе, бутербродами с сыром и копченой лососиной. Незнакомец наблюдал за совладельцами «Глоу», и Оливия даже с такого расстояния разглядела в его глазах хищный блеск. — Это Эндрюс? Похож на плюшевого медвежонка.
— Не дай невинному взгляду якобы тугодума обмануть тебя. Я знаю Энди годы. У него настоящее шестое чувство на слухи о каких-либо темных делишках в бизнесе.
Одарив Эндрюса самой очаровательной улыбкой, Оливия опять повернулась к Джасперу.
— Мне он представляется довольно безобидным. Не вижу никаких проблем.
— Увидишь, если Эндрюс надумает напечатать в «Хард каренси» рассказ под заголовком: «НАСЛЕДСТВЕННАЯ ВРАЖДА В» ГЛОУ «.
— Джаспер, мне кажется, ты преувеличиваешь.
— Я знаю, что говорю, — прищурил глаза Джаспер. — В прошлом я уже прошел этот путь с другими фирмами.
— Правда? — Оливия окинула его любопытным взглядом. — И ты танцуешь со мной, чтобы продемонстрировать Энди Эндрюсу, что между партнерами» Глоу» мир и дружба?
К великому ее удивлению, на щеках Слоуна выступил румянец. Во взгляде его мелькнула досада.
— Это одна из причин.
Ответ Джаспера взбесил Оливию. В голове у нее мелькнуло воспоминание о жарком поцелуе на балконе. А может, у этого поцелуя источники совсем другой природы, нежели взаимное влечение?
— Понимаю, — холодно заметила она. — Скажи, а притворные романтические отношения с обещающим быть норовистым бизнес-партнером — твой обычный стиль работы?
Оливия пожалела о своих словах сразу же, как только фраза слетела с губ, но было поздно: Джаспер с такой силой стиснул ее ладонь, что удивительно, как ее пальцы остались целы. Слоун по-прежнему улыбался, но в глазах его теперь светилось какое-то новое, опасное выражение. Он наклонил голову к уху Оливии, что для наблюдавших за ними, несомненно, стало фактом, указывающим на достаточную близость отношений, и прошептал:
— Нет. Обычно я не притворяюсь в романтических отношениях с «норовистым бизнес-партнером». Я считаю, что это наиболее неэффективный, скучный и ужасно разрушительный способ управления компанией.
— Наши мнения совпадают. — Теперь уже запылали щеки Оливии.
Джаспер поймал ее взгляд.
— Если я заведу роман с бизнес-партнером, в одном можешь быть уверена всегда…
— В чем?
— Я не буду притворяться.
В глазах Джаспера вспыхнул огонь. В душе его все еще тлели угольки их поцелуя. Оливия остолбенела и крепче схватилась за широкое плечо Джаспера.
— Прости, — пробормотала она. — Сама себе на ногу наступила — давно не танцевала.
— Пойдем что-нибудь выпьем. — Слоун остановился и, взяв Оливию за руку, увел с площадки.
По пути в усеянный серебряными блестками бар Оливия бросила еще один взгляд на Энди Эндрюса: журналист крался за ними под прикрытием серебряной пальмы и ложного фонтана.
— Боюсь, нам не избежать встречи с мистером Эндрюсом, — вздохнула она.
— А я и не намерен его избегать. Но предпочел бы, чтобы он сам подошел к нам.
— Несмотря на желание миссис Сильвертон, я не могу оставаться здесь надолго: все же это моя работа.
— Знаю. — Джаспер остановился в отделанном фольгой баре. — Но на одну порцию выпивки у тебя времени хватит?
— Разве что эспрессо, — поколебавшись, пожала плечами Оливия.
— А тебе не кажется, что у тебя скоро выработается иммунитет на кофеин? — простонал Джаспер.
— Сегодня был трудный день, — сама не зная почему, стала оправдываться Оливия. — И кончится он в любом случае не скоро.
Покачав головой, Джаспер обратился к бармену:
— Эспрессо и коньяк, пожалуйста.
— Эспрессо двойной, — поспешила добавить Оливия.
— Одну минуту. — Бармен кинулся выполнять заказ.
Опершись локтем о стойку, Джаспер рассеянно посмотрел на танцплощадку. Проследив за его взглядом, Оливия увидела направляющегося к ним Энди Эндрюса.
— Когда ты освободишься? — не сводя глаз с Эндрюса, спросил Джаспер.
— Практически лишь завтра утром, по возвращении «Прайвит айленд»в Сиэтл, после того как корабль разгрузят и произведут на нем уборку.
— Ты собираешься работать всю ночь? — помрачнел Джаспер.
— Отчасти, — криво усмехнулась Оливия. — У меня внизу каюта. Если не случится ничего из ряда вон, я, возможно, вздремну пару часиков после закрытия бара-караоке. В лучшем случае часа в три ночи.
— Пару часиков? И это все?
— В пять мне надо будет встать и проверить, все ли готово к прощальному завтраку, который намечен на восемь утра. А потом я должна проследить за выгрузкой на берег.
